Темные измерения
Шрифт:
Лицо Мэйхью исказилось и побелело.
— Это моя вина, Джон, — прошептал он. — Надо было плюнуть на этический кодекс Райновского Института… и подслушивать.
— Но ты этого не сделал. А я тебе не приказал… — Граймс обвел взглядом рубку. Тяжесть ситуации ощущалась всеми.
Молчание нарушил Граймс II.
— Конечно, мне претит мысль оставить Аутсайдер этим… аутсайдерам, но мой «Дальний поиск» в вашем распоряжении, коммодор. В конце концов, мы можем обо всем договориться в тесном семейном кругу.
— Бунт — это преступление, — заявила Эйрин. —
— И меня сосчитайте, — с некоторым огорчением добавил Фландри.
— Спасибо. Спасибо вам всем, — Граймс был глубоко растроган.
— И куда мы теперь отправляемся? — спросила Мэгги Лэзенби.
Глава 15
В самом деле, куда?
Куда исчез «Дальний поиск»?
И где, в конце концов, эти вальдегренцы?
По крайней мере, обсуждение этих вопросов выглядело более достойным занятием, чем спор о владении Аутсайдером, походивший на драку в песочнице.
Было решено, что Граймс, Соня и Мэйхью, а также Фландри перейдут на борт «Дальнего поиска»-дубль-два. «Карающий», личный корабль Фландри, для преследования первого «Поиска» не подходил. Его сверхсветовой двигатель и оборудование для связи в Глубоком космосе работали на иных принципах, чем Манншенн и Карлотти. Он мог перемещаться из точки А в точку Б так же быстро, как «Дальний поиск» и «Скиталец», но до выхода в нормальный пространственно-временной континуум связаться с ним будет невозможно.
Таким образом, «Карающий» оставался на орбите Аутсайдера в качестве сторожа. Фландри велел временно исполняющему обязанности капитана без колебаний отвечать огнем на любые враждебные действия «Адлера».
Но с «Дальним поиском I», если он вернется, следовало соблюдать осторожность. Пока имелась хоть какая-то вероятность, что законный экипаж корабля уцелел, его безопасность оставалась первостепенной задачей.
Обсуждение заняло некоторое время, но продлилось недолго. Затем Фландри со своим помощником ненадолго вернулись на свой корабль, Эйрин со спутниками — на «Скиталец», а Граймс I на челноке последовал за своим двойником на «Дальний поиск II». Размещение липшей шлюпки в трюме не составило особых проблем. К тому времени, как ее закрепили, капитан Фландри уже прибыл к шлюзу и был допущен внутрь.
В рубке «Дальнего поиска» сразу стало тесно. Граймс занял свободное кресло, Мэйхью сел по одну сторону, Соня — по другую, Фландри — рядом с Соней. Граймс с завистью наблюдал за Граймсом II: тот был на собственном корабле. Он с любопытством разглядывал дежурных офицеров, а они — его, Соню и Фландри. Коммодор чувствовал, что почти знает их. Наверняка их копии жили и в его Вселенной, а с некоторыми он, должно быть, даже был знаком. Например, радист, рядом с которым устроился Мэйхью… Точно, это молодой Каррадайн: во Вселенной Граймса он занимал
Граймс II раздавал приказы неторопливо, взвешенно, его понимали с полуслова. На маленьком экране НСТ-передатчика можно было разглядеть рубку «Скитальца»: Траффорд занимался тем же самым. Затем лицо капитана выросло во весь экран:
— Все двигатели готовы, коммодор.
— Благодарю вас, капитан, — ответил Граймс II за долю секунды до того, как Граймс I собирался произнести то же самое.
«Надо следить за собой, — смущенно подумал коммодор. — В конце концов, я здесь только пассажир».
— Старт на счет «ноль».
— Есть старт на счет «ноль».
— Пять… — начал Граймс II — четыре… три… два… один… ноль!
Снизу донесся тонкий нарастающий вой гироскопов, возникло знакомое чувство дезориентации во времени и пространстве и нереальности происходящего… Граймс покосился на Соню.
«Интересно, — мрачно подумал он, — в каком количестве она видит меня сейчас?»
Изображение рубки «Скитальца» исчезло с экрана НСТ и переместилось на экран Карлотти. Ярко освещенный «Карающий» и далекий шаарский корабль растаяли в пустоте за иллюминаторами, но причудливая громада Аутсайдера, источающая холодное сияние, упорно не желала никуда пропадать.
«Он во всех пространствах, во всех временах, — молча размышлял Граймс. — Но как случилось, что никто до сих пор не сообщал об этом феномене?»
И сам себе ответил: «Мертвые и пропавшие без вести никогда ничего не рассказывают».
Внезапно мир вновь стал нормальным — настолько нормальным, насколько это возможно при работающем Движителе Манншенна. Слегка побледневший Фландри воззрился на Граймса.
— Так вот он каков, ваш Манншенн. Пожалуй, я останусь верен «стоячей волне».
— К этому можно привыкнуть, — равнодушно отозвался Граймс.
— Говори за себя, — вмешалась Соня.
Граймс II — в конце концов, это был его корабль — снова взял ситуацию в свои руки.
— Мистер Каррадайн, ловите любой, даже самый слабый сигнал на главном Карлотти. Если получится, запеленгуйте. Мистер Дэнби, если заметите малейшую вспышку на радаре — сообщайте немедленно. Коммандер Мэйхью, думаю, вы в инструкциях не нуждаетесь. К сожалению, на этом корабле нет псионического усилителя. А вот у мистера Метцентера и миссис Триаланн на «Скитальце», думаю, найдется.
Фландри пробормотал что-то насчет поисков черной кошки в угольной шахте в полночь. Граймс II расхохотался:
— Да, капитан, это как раз такое дело. И даже если мы их засечем, это вряд ли решит проблему. Для любого физического контакта между кораблями при работающем Движителе Манншенна необходима точная синхронизация уровней темпоральной прецессии. Есть, конечно, приспособления, которые позволяют такое провернуть. Но большинство судов — и, разумеется, все военные — оборудованы устройствами, которые не позволяют установить синхронизацию без согласия капитана.