Темные горизонты
Шрифт:
– Но пригласить к себе совершенно незнакомых людей… – возражаю я. – Что, если они разнесут дом, обворуют тебя?
– Люди на сайте регистрируются, их личность проверяют, им дают рекомендации. Например, те американцы, которые приезжали к нам, уже восемь раз пользовались услугами сайта, и все хозяева домов, где они останавливались раньше, оставили свои отзывы. Архив отзывов сохраняется, и если все проверить, то можно быть уверенным, что этим людям можно доверять.
Стеф улыбается:
– Ух ты, звучит здорово! Что думаешь, Марк?
И я вижу, как в ней растет надежда, – все из-за того, что сказал этот тип.
– Да, особо денег мы не потратим… Кроме таких мелочей, как авиабилеты, визы, проезд по стране, билеты в музеи, кофе за сто рэндов [1] … И бог его знает, что нам еще взбредет в голову в Париже.
Я в отчаянии вижу, как на лице Стеф появляется разочарование, как улетучивается ее энтузиазм. Да уж, с этим я прекрасно справляюсь, верно? Подрез'aть крылья молодым людям. Я каждый день занимаюсь этим в колледже. По крайней мере, за этот навык кто-то готов мне платить. Стеф уныло кивает, и я сожалею о сказанном. Как и всегда, я недооцениваю всю мощь своего депрессивного цинизма. Я забываю о том, как она молода, сколько у нее желаний… Нужно быть осторожнее с ней.
1
Рэнд – национальная валюта Южно-Африканской Республики. (Здесь и далее примеч. пер., если не указано иное.)
– Но все равно, это довольно интересно, – лицемерно добавляю я. – Это самая здравая идея из всех, что нам в последнее время предлагали.
Я отчаянно пытаюсь вернуть улыбку Стеф, но уже слишком поздно.
Я просыпаюсь среди ночи в коридоре: сердце бешено стучит, левую ногу сводит судорога, в руке зажат телефон. На панели сигнализации светятся зеленым цифры часов – 2: 18. Соседская овчарка заходится лаем, и я могу поклясться, что только что слышал какой-то грохот – опять? – с нашей стороны забора.
Мне нужно выглянуть в окно кабинета, проверить, что там такое – кто там такой? – в переулке, но у нас включена сигнализация, комната сканируется. Я не хочу отключать систему – может быть, именно этого они и ждут, – поэтому стою в коридоре посреди дома, медленно поворачиваюсь, стараясь не скрипеть половицами и не разбудить Хейден, вслушиваюсь и всматриваюсь в темноту, будто у меня суперслух, будто я Супермен с рентгеновским зрением. Это не так. Я не Супермен, я жалкий и бессильный человечишко.
Я говорю себе, что если в переулке действительно кто-то есть, то его движение включит прожектор. Я говорю себе, что мы в безопасности.
Собака успокаивается, и больше я ничего не слышу, прожектор не загорается, поэтому я в конце концов возвращаюсь в кровать. Стеф лежит на спине и смотрит в потолок.
Я останавливаюсь у кровати на ковре.
– Мне стоило бы проверить кабинет, но, если я туда зайду, им легко будет пробраться внутрь через окно.
– Да, лучше не отключать сигнализацию.
– Но тогда я не смогу выглянуть на улицу.
– Датчик движения сработал бы, если бы там кто-то был.
– Да. – Я кладу телефон на прикроватный столик. – Наверное, тебе по душе наши полуночные разговоры. Так романтично!
Стеф не отвечает и не смеется, да и что
– Попытайся поспать. Вставать еще рано.
– А ты?
Я не буду говорить ей, будто считаю, что кто-то из нас всегда должен бодрствовать, пока другой спит, что мне вообще не следовало сегодня ложиться спать. Такими словами делу не поможешь.
– Сейчас успокоюсь немного и присоединюсь к тебе.
– Знаешь, иногда я ненавижу этот дом.
– Знаю.
– Слушай, может, ты хотя бы подумаешь насчет поездки? Разве тебе не кажется, что это пойдет нам на пользу?
– Я просто считаю, что это… невозможно. Такой отпуск – роскошь, которую мы не можем себе позволить.
Стеф садится в кровати, подкладывает подушку под спину и вздыхает.
– Я не считаю, что это роскошь. Я считаю, что это нам необходимо. Я уверена, нам это поможет. Особенно тебе.
– Мне?
– Да, тебе. – Теперь она смеется, но это невеселый смех. – Мне кажется, отъезд позволит тебе взглянуть на случившееся со стороны. Позволит обрести покой. Кто знает, может, ты даже будешь счастлив в этой поездке?
Мне не нравится вести разговор, когда я нависаю над Стеф, словно начальник над подчиненным, поэтому я сажусь в изножье кровати и отворачиваюсь, глядя на ее отражение в трюмо.
– Даже если бы мы могли себе это позволить, я не хочу ехать просто потому, что тебе кажется, будто я на пределе. Не хочу, чтобы ты считала меня больным и шла ради меня на невесть какие жертвы, тратила деньги, которых у нас нет, чтобы я почувствовал себя лучше, чтобы у меня не случился нервный срыв. Поверь, никакого нервного срыва не будет. Со мной все в порядке. Я справляюсь.
Стеф не спорит по поводу моего психологического состояния – она не соглашается, но и не оспаривает поставленный мною же диагноз. Она хорошо меня знает.
– Я много думала об этом и уверена, что с Хейден все будет в порядке. Она в последнее время намного лучше спит. Клара говорит, что там можно взять в аренду коляску и все остальное, что в Париже всех малышей возят в колясочках. Только представь, мы могли бы гулять в парке, как настоящая французская семья!
Я знаю, что ничего из этого не выйдет, но вижу в зеркале ее мечтательную улыбку и на этот раз решаю не гасить лучик надежды. Мы все равно никуда не поедем, этот отпуск – всего лишь мечта, мечта, которая дарит Стеф улыбку, поэтому можно просто промолчать.
Глава 2
Стеф
Нужно было устроить скандал, когда Марк сказал, что Клара напросилась к нам на ужин. Он предложил мне отказать ей – он знает, что после ограбления я могу общаться только со своими родителями, – но я решила, что лучше уж перетерпеть ее визит и больше не думать об этом. К тому же пришло время столкнуться с миром реальности. Мои друзья пытались поговорить со мной, но мне до чертиков надоело слушать их дурацкие благоглупости вроде «Ну, по крайней мере, Хейден все это время спала. Ну, по крайней мере, тебя не изнасиловали». Марк просил меня не раздувать из мухи слона, но я, как и всегда, слишком тщательно готовилась к приходу Клары. Отмыла весь дом, как делали невротичные домохозяйки в пятидесятых, накупила в «Вулворте» продуктов, которые нам не по карману… Я всегда так поступала, когда Клара изъявляла желание к нам заглянуть.