Темноты
Шрифт:
Не все спасители — ангелы,подумал Кален. И не все убийства смотрятся красиво и происходят быстро.
Вор бессильно давился слюной и пытался разжать хватку.
— Кален, — раздался голос Мирин откуда-то из ночного тумана. Он был тихим, но Дрену почудилось, словно девушка стояла совсем рядом с ним.
Действительно ли это был её голос или лишь игра воображения? И было ли это столь важно?
Кален ослабил цепь и позволил дварфу бессильно свалиться на землю, а затем
Неожиданно всё вокруг заволок туман — Кален знал, что без магии тут не обошлось. Воры попадались ему на пути, нападая из укрытий и пытаясь остановить, но голос Мирин неумолимо вёл рыцаря вперёд.
Дрен увидел ещё одного похитителя, нёсшего босоногую девушку на плече. Кален догнал его и врезался прямо в спину. Мужчина перекатился в сторону, надеясь, что рассчитал всё верно. И действительно — вор упал в одну сторону, а девушка приземлилась прямо на Калена. Из-под капюшона выпросталась прядь серебристо-белых волос.
Дрен сорвал накидку, и на него уставились полные ужаса глаза Талантресс Роринхорн. Волшебство, сменившее цвет кожи на тёмный, уже окончилось — настоящий цвет был очень бледным — но длинные волосы так и оставались белыми. Ей удалось выплюнуть кляп. Девушка мигнула, глядя на Калена.
А затем по её лицу расплылась улыбка.
— Мой…мой герой!
Кален застонал от разочарования и оттолкнул девушку в сторону. Похититель уже поднялся на ноги и метил рапирой прямо в грудь Дрена. Кален откатился в сторону, а затем обратно, подмяв под себя клинок. Вор не удержал рапиру, и Кален подсёк ему ноги. Дрен поднялся на ноги и отвесил упавшему бандиту хороший пинок прямо в челюсть.
— Кален! — снова раздался крик Мирин, на этот раз громче. Талантресс, судя по всему, его не слышала. Кален огляделся в поисках источника звука и увидел зеленоватое свечение: магия.
Рыцарь схватил рапиру. Мужчина закашлялся, чуть приоткрыл шлем, чтобы сплюнуть кровь, а затем снова опустил забрало. Он двинулся вперёд.
— Подожди! — стоявшая на коленях Талантресс поймала его за руку.
Кален спокойно тряхнул рукой и расстегнул перчатку. Цеплявшаяся за неё Талантресс упала прямо на свою высокоблагородную задницу.
— Стой! — крикнула та. — Вернись сейчас же!
Воин продолжил забег, но на этот раз немного медленнее — всё-таки бой не прошёл даром. Ну и поделом — заслужил. Юная леди Роринхорн встала и попыталась догнать его, но мужчина не обратил внимания. Кален растворился в тумане, ориентируясь по голосу Мирин и зелёному свечению.
Чем дальше пробирался Кален, тем гуще становился туман. До рыцаря дошло, что он приближался к источнику, но вскоре воин потерял чувство направления и слепо плыл по вязкой дымке. Всё болело, лёгкие задыхались, а сердце и не думало замедлять бешеного ритма. Кален поддерживал нестерпимо болевшую левую руку. Такое чувство, что на грудь ему уселся тот самый полуорк.
— Ещё нет, Око Правосудия, — прошипел сквозь зубы Дрен. — Ещё нет.
Кален попытался исцелить себя, надеясь, что доказал собственную
Кален был один в пустом, чёрно-сером мире, а вокруг клубился туман.
— Мирин! — выдохнул мужчина. Такое чувство, что сделай он вздох, тут же упадёт.
— Кален, — раздался голос девушки, снова ведущий вперёд. — Кален… — шатаясь, Дрен поднял украденную рапиру и пошёл вперёд, но там был лишь туман.
— Покажите себя! — выкрикнул мужчина. — Трусы!
Словно в ответ туман расступился, и Кален увидел женщину, из чьих сложенных рук сочилась дымка. Зелёный свет окружал её пальцы — магия. Рядом с ней стоял вор — судя по его виду, он боялся того, что творит женщина, больше всего остального. В руках он держал обмякшую девушку в красном платье.
— Что-то прервало моё заклинание, — пробормотала женщина глубоким резким голосом, который никак не соответствовал её стройному телу. Колдунья выглядела как обычная человеческая женщина, но подобным голосом могло бы разговаривать чудовище. — Это девчонка. Каким-то образом, без сознания, она…
— Тогда положим этому конец! — вор обнажил кривой кинжал и занёс его над Мирин.
— Нет, глупец! — взревела женщина.
Кален рванулся вперёд и вонзил кинжал бандиту в грудь. Ошеломлённый мужчина посмотрел вниз на клинок, затем на с трудом дышавшего Калена. Он споткнулся и уронил Мирин.
Кален прыгнул и успел поймать девушку — та почти ничего не весила. Дрен бережно прижал её.
Голос произнёс активирующее слово — это было больше похоже на скрежет могильной плиты — и Кален оглянулся на женщину. Та потянулась рукой в перчатке, больше напоминавшей лапу с когтями, к его лицу и пальцем коснулась брови.
Чужая сила завладела им — злая и ненасытная, высасывавшая из тела жизнь. Разряд молнии ударил по рыцарю, заставив взвыть от боли даже кости. Обессилевший Кален упал на колени.
— Что ж, — сказала женщина с замогильным голосом. — Вот что случается, Сэр Дурак, когда ты переходишь дорогу сильнейшей волшебнице Глубоководья.
Женщина подняла руки и начала плести заклинание, которое, как предполагал Кален, отправит его в могилу. Между ладоней волшебницы вперемешку мелькали огонь и тени — так, наверное, выглядело пламя Девяти Адов.
Вот так всё и окончится,подумал Дрен.
Взор рыцаря затуманился, и он провалился в благословенное забытье.
Глаза Мирин раскрылись, и аллею залил голубой свет.
Глава 26
При свете странной вспышки Мирин сначала увидела беспомощного Калена, стоящего на коленях, а затем женщину — мёртвую женщину с фальшивым лицом — нависшую над ним.
— Нет, — сказала девушка не своим голосом.