Темное влечение

Грант Донна

жена, это точно. Шелли, супруга Дэна, была британкой, а также славилась общительностью и

считалась известной светской львицей.

Хэл прислонился к спинке дивана.

— Так кто же ты, Кассандра Хантер из Аризоны? И зачем ты здесь?

Переговорив с Рисом, горец выключил телефон и подкинул дров в камин. Почему-то

показалось неправильным оставить Кассандру одну на всю ночь, поэтому он попросил Риса

привезти продуктов. С Дэном связаться не удалось, но, как только

выяснится, кто эта красавица

и имеет ли она право здесь находиться, Хэл предоставит американку самой себе. Горец

откинулся на стуле, вытянув ноги. Его взгляд вернулся к незнакомке по имени Кассандра.

Женщина не издала ни звука с тех пор, как оказалась в доме. К счастью, синюшный оттенок губ

постепенно исчез, после того, как он не меньше часа растирал ее руки, ноги и ступни.

Герцог по прежнему нес стражу. Если этой Кассандре доверяла собака, то и Хэл, скорее

всего, мог сделать то же самое. У животных есть некая сверхъестественная способность видеть

людей насквозь.

Должно быть, Хэл задремал и проснулся от звука приближающегося автомобиля. Даже не

глядя, он знал, что это Рис. Прежде чем друг успел постучать, горец поднялся и направился к

двери.

— Она все еще без сознания? — первый вопрос, который задал Рис, едва лишь с сумкой в

руках переступил порог.

— Да. И не шевельнулась.

— Я вижу, с ней Герцог.

Хэл поставил один из пакетов на стойку и убрал в холодильник молоко, апельсиновый сок и

воду.

— Да. И это наводит на мысль, что сюда ее направил Дэн. Но тогда почему она не смогла

зайти в дом?

— Ты до сих пор не разыскал Дэна? — спросил Рис, вытащив булку хлеба, хлопья и

несколько рогаликов.

— Нет. Что тебе удалось узнать?

— Я обнаружил, что некая Кассандра Хантер из Финикса села на самолет в штате Аризона, сделала пересадку в Миссури, потом еще одну в Нью-Йорке и, наконец, добралась до

Шотландии. Да, и ее багаж был утерян.

Хэл приподнял бровь.

— Как она связана с Дэном?

— Это его сестра.

— Вот оно что. Хотелось бы знать, зачем она здесь?

Рис пожал широкими плечами и улыбнулся, в уголках темно-синих глаз собрались

морщинки.

— Мне тоже интересно. Кон вернется нынче утром. Я скажу ему, где ты.

Хэл кивнул, не отрывая взгляда от Кассандры. Странно, что после стольких тысячелетий его

до такой степени увлекла смертная. Драконья магия должна была воспрепятствовать этому. Ну, или ему так казалось. Хэл наблюдал за этой женщиной всю ночь, гадая, какого же цвета у нее

глаза, и что она делает в Шотландии.

Мужчина погладил кисть подушечкой большого пальца, вспоминая ощущение мягкой кожи и

восхитительных округлостей, которые почувствовал, когда раздевал ее. Пальцы все еще

покалывало. К тому же в нем кипели желания, которые горец не мог ни обуздать, ни даже

приблизиться к их пониманию.

— Хэл, — позвал Рис от двери. — Будь осторожен, друг мой. Ты же знаешь, мы не можем

сходиться с людьми.

— Она нуждалась в помощи, — ответил Хэл, оторвав взгляд от Кассандры. — И это все.

— Хмм. Я вижу, как ты смотришь на нее. Не то, чтобы я тебя винил. Она очень хорошенькая.

Но мы...

— Я знаю, кто мы! — перебил друга Хэл и отвернулся. — Мне не нужно напоминать.

— Каждому из нас время от времени это нужно. Нам суждено вечное одиночество — это

часть возмездия.

— Возмездия за то, чего мы не совершали. Не нас следовало наказывать. Но мы приняли кару

вместо людей, и теперь они процветают.

— А мы скрываемся. Но я с этим не спорю. Мы делаем то, что должны.

— Вечность — это очень долго, Рис.

— Особенно, если ты стар как само время. Просто береги себя.

Хэл услышал, как за Рисом захлопнулась дверь, а мгновение спустя завелся двигатель

автомобиля.

— Вечность — это слишком долго, — пробормотал он снова.

Предполагалось, что драконы свободны, но как можно быть свободными, если их роду

суждено постоянно остерегаться и идти по вечности в одиночестве? Некоторые столетия

пролетали быстро, пережить другие оказалось сложнее. Но за последние недели горец

обнаружил, что внутри растет... голод, который не утолить едой. Словно он жаждал чего-то , но

не знал, чего именно. Хэлу было очевидно одно — то самое нечто совсем рядом и ждет его.

Просто эту загадку надо решить. Но как? Драконам запрещалось покидать настоящее более чем

на несколько месяцев. Хэл и другие Короли проявляли большую осторожность, совершая

прыжки во времени, скрываясь, пока не сменится одно-два поколения смертных. В прошлом у

них это получалось намного легче. Тогда не было ни компьютеров, ни видеокамер, ни сотовых

телефонов. А сейчас личность заносили в базу данных, вот в чем дело. Драконы прилагали

неимоверные усилия, пытаясь себя не выдать, но когда-нибудь истина откроется. Как это всегда

и происходило.

Сколько жизней, столько и имен. Хэл не помнил даже своего настоящего имени, так много их

у него было. Нынешнее мужчина не менял уже несколько столетий, но подобным образом

поступали все его сородичи. Так было проще.

А еще на Королях Драконов лежала ответственность. Долг, что невозможно переложить на