Темное влечение
Шрифт:
— О Господи! — девушка прикрыла рот ладонью.
Хэл шагнул вперед, отчасти заслонив ее собой, словно пытался защитить.
— Что случилось?
— Его татуировка. Дракон. Он двигался, Хэл! — Кэсси повернулась к горцу.
А Хэл внезапно перевел взгляд на остальных, и Кэсси поняла, те тоже уставились на
упомянутый рисунок.
Казалось, все четверо только сейчас заметили татуировку. Наступила жутковатая тишина, которую нарушал только вой ветра. Потом незнакомец поднял голову
громкий вопль.
— Мы отведем его в дом, — сказал один из спутников Хэла.
Мужчина отчаянно сопротивлялся.
— Отпустите меня!
— Лучше пойдем с нами, — ответил другой и бросил многозначительный взгляд на Хэла.
Хэл кивком поблагодарил Риса и Бэнана, которые с помощью магии разрядили обстановку.
Теперь нужно увести невольную свидетельницу.
— Пойдем, Кэсси. Я провожу тебя.
Девушка не сопротивлялась, когда он увлек ее за собой в противоположном направлении.
Так они прошли еще какое-то время. Потом Кэсси остановилась и повернулась к спутнику.
— Рисунок двигался. Я уверена.
— Татуировки на это не способны.
Короли Драконов, конечно, чувствовали, как изменяются изображения на их телах перед
переходом в иную форму.
Но никто и, в частности, ни один человек, никогда прежде не утверждал, будто наблюдал
нечто подобное.
Однако что бы ни заметила Кэсси, Хэл не сомневался в ее искренности.
— Мне это известно, — тем временем ответила девушка. — Но также я уверена в том, что
видела.
Горец тяжело вздохнул. Он столь многого не мог ей рассказать. Лишь по неудачному
стечению обстоятельств она наткнулась на того парня раньше всех. Кэсси видела больше, чем
кто-либо из смертных со времен войны.
Теперь надо как-то ее успокоить.
— Кэсси… — начал было мужчина.
Она приложила руку ко лбу.
— Я не сошла с ума. Возможно, просто ударилась головой. А может, это из-за холода. Точно
не знаю.
— Давай пойдем домой и погреемся. Я же говорил, тебе нужны перчатки и шарф,а еще
пальто потеплее.
— Это все, что у меня есть, — ответила Кэсси, и они продолжили путь.
Хэл заметил, что Герцог держится поближе к девушке.
— Пока ты не сможешь купить теплые вещи, советую не выходить из дома в снегопад.
Особенно вечером.
— Ты прав.
Больше они не произнесли ни слова. Хотя Хэл дорого бы дал за возможность узнать мысли
спутницы, он все никак не мог выбросить из памяти картину ее падения с обрыва.
У парадной двери коттеджа Кэсси снова повернулась к Хэлу.
— Ты же видел, как татуировка шевельнулась, верно?
— Нет, милая.
Хэл действительно упустил тот момент, о чем сейчас сильно
опасался, что не успеет вовремя уйти и неизбежно попадет под шквал вопросов.
— Не лги мне.
— Это правда. Ничего подобного я не заметил.
Ее глаза сузились.
— Ты не находишь странным, что человека нашли обнаженным в снегу? Да еще и с мечом?
— Это, конечно, более чем необычно, но тут, в горах, тьма и холод иногда сводят людей с
ума.
— Признаю, его разум находился в смятении, но безумцем этот парень не был. Хэл, в
отличие от меня, ты не смотрел ему в глаза. А я видела в них страх, когда он понял, что не
помнит даже своего имени.
Хэл подошел ближе. Свет, льющийся из дома, озарял лицо девушки, в темных волосах
вспыхивали рыжие и золотистые блики.
— Не волнуйся. Мы позаботимся о нем и обеспечим медицинский уход. Я так и не спросил, как ты? Не ранена?
— Уверена, синяк, оставшийся со времен прибытия, будет отлично смотреться с новыми, но, полагаю, в целом со мной все отлично.
— Тебе приставили меч к горлу, и ты чуть не сорвалась с обрыва. Не найдется на свете
человека, который чувствовал бы себя в полном порядке после подобного.
Кэсси фыркнула и опустила глаза.
— Не спорю. Я собираюсь войти и налить себе полный стакан вина. Потом долго отмокать в
горячей ванне и стараться не думать о том, как близко подошла смерть.
Горец осторожно провел пальцами по прохладной щеке девушки. Она подняла голову, Хэл
встретил взгляд темно-карих глаз и… это все, на что он имел сейчас право.
Иначе наклонился и поцеловал бы ее. Страстное желание именно так и поступить оказалось
непреодолимым и
всепоглощающим. Хэл едва себя контролировал. Ему хотелось пробовать на вкус полные
губы, еще раз почувствовать изгибы этого тела. С того самого мгновения, как он вытащил Кэсси
из снега и прижал к себе, ничего более совершенного держать в объятиях ему не доводилось. За
все минувшие годы.
Кэсси прильнула ближе, и в тот момент Хэл готов был сделать для нее все, что угодно, лишь
бы заставить забыть о случившемся. Он и так уже осмелился прикоснуться к ее щеке, решился
подойти слишком близко. Но на этот риск стоило пойти, упустить такой шанс было бы
ошибкой.
Ручка Кэсси накрыла его пальцы, и девушка, закрыв глаза, прижалась щекой к ладони Хэла.
Слившиеся воедино страсть и вожделение мгновенно воспламенили кровь горца, в жилах
чистейшим огнем пылала потребность в этой женщине.
Прикосновение Кэсси вызвало почти болезненное желание ласкать ее, узнать о ней как