Темное сияние

Сэнь Соня

…Теодор сидел на краю дивана в полуосвещенной гостиной, куда он перенес лишившуюся чувств Кассандру, и задумчиво смотрел на ее лицо, все еще бледное после встречи с кошмарной иллюзией Морок. Выходка демоницы его порядком разозлила — в последнее время она вообще стала позволять себе больше, чем следовало — но и он был хорош: не стал вмешиваться сразу, желая посмотреть, к чему она приведет. Увы, провокация Морок провалилась, и Кассандра, так и не выказав никаких сверхъестественных способностей, совершенно по-человечески упала в обморок.

Вспомнив, какой ужас

плескался в ее светло-зеленых русалочьих глазах, Теодор вдруг ощутил легкий укол вины. Ему нравилась эта девушка — в ней чувствовались смелость и сила характера — и он совершенно не хотел причинять ей вреда. Что ж, если он ошибся и в ней действительно нет ничего «демонического», придется ее отпустить, несмотря на то, что Риннон наверняка будет очень недовольна.

Впрочем, прежде он отведет Кассандру к той, что сможет точно сказать, демон она или все-таки человек.

Вздохнув, Теодор наклонился, чтобы осторожно убрать упавшую на щеку девушки прядь волос, и тут она слабо пошевелилась и открыла глаза. При виде нависшего над ней демона вскинулась, но тот успокаивающе поднял руки, на всякий случай отодвинувшись подальше.

— Тише, тише, ты в безопасности. Не бойся.

Кассандра резко села, окинула комнату быстрым настороженным взглядом.

— Где… — начала было она и запнулась, словно само слово «паук» было ей омерзительно.

— Здесь никого нет. Все ушли, в том числе Морок со своими иллюзиями.

— Иллюзиями?..

— Паук был ненастоящим, — мягко пояснил Теодор. — Один из талантов Морок — видеть потаенные страхи людей и материализовывать их в виде иллюзий, наваждения. Но они не могут никому причинить физического вреда.

— Только довести человека до сумасшествия или сердечного приступа? — зло бросила Кассандра.

— Прости. Понимаю твои чувства.

— Да неужели? А потом вы возмущаетесь, что люди, мол, вас недолюбливают!

Теодор нахмурился, затем потянулся к стоящему рядом журнальному столику, взял приготовленный заранее стакан с водой и вручил его девушке.

— Держи. Попей и успокойся. Люди, Кэсси, будут ненавидеть демонов всегда, независимо от их поступков — просто потому, что боятся их.

— Да есть за что…

Разом осушив полстакана, Кассандра вернула его на столик и с вызовом уставилась на демона.

— Ну? Теперь, когда вы окончательно убедились в том, что я — всего лишь человек, мне можно идти?

— Не так быстро. Завтра мы отвезем тебя к одной демонице, и если она подтвердит, что ты — человек…

— Меня хватятся, — предупредила его девушка.

— Не скоро. Твой телефон у меня, и я могу при необходимости отвечать всем ищущим тебя сообщениями.

— Бред какой-то…

Вскочив, Кассандра пересекла комнату и остановилась у такого же, как в спальне, панорамного окна во всю стену с широкой раздвижной дверью посередине. Оно также выходило на террасу, откуда открывался прекрасный вид на простирающийся внизу пляж и бескрайний океанский простор — пейзаж, которым Теодору никогда не надоедало любоваться. С минуту он наблюдал за неподвижно застывшей у окна девушкой,

невольно скользя взглядом по изящным изгибам ее ладно сложенного тела, после чего тоже поднялся на ноги и, приблизившись к ней, примирительно предложил:

— Пройдемся?

Снаружи было свежо и прохладно, и прежде чем покинуть дом, Теодор подхватил брошенный на спинку дивана плед и молча набросил его на плечи Кассандры. Вместе они пересекли террасу, на которой демон мимоходом включил свет, а затем спустились по широкой деревянной лестнице, утыкающейся своим подножием в песок. Он мягко шелестел и проседал под их ногами, и Теодор на миг совсем по-детски пожалел, что еще слишком холодно для прогулок по пляжу босиком.

— Красиво, — тихо сказала девушка, когда они остановились в опасной близости от лижущих берег волн.

— Согласен, — кивнул он, глядя на раскинувшуюся перед ними чернильную бездну. Казалось, тьма царила повсюду — единственным крошечным островком света в ней был его дом. — Я люблю здесь бывать, отдыхать от городской суеты.

— Ты живешь здесь совсем один?

— Да.

— А твои демоны? Морок, Тролль… Призрак?

— Они редко сюда приезжают. Обычно мы встречаемся в городе.

— Не боишься, что этот ваш Артур на тебя нападет, пока ты без охраны?

— Не боюсь. Во-первых, об этом моем доме никто не знает — официально я проживаю в Руннсе — а во-вторых, в случае чего я сумею за себя постоять, поверь. Но Артур, надо отдать ему должное, никогда не пытался напасть на меня в моем жилище. Впрочем, как и я на него…

— Ты так о нем говоришь, будто вы хорошие знакомые, — заметила Кассандра.

Продолжая смотреть на ворочающийся в ночи океан, Теодор невесело усмехнулся.

— Мы были друзьями… когда-то давно.

— Расскажешь? Или после этого тебе придется меня убить?

Он фыркнул, чувствуя странную, всевозрастающую симпатию к этой девушке.

— А ты действительно храбрая.

— Ну, если не принимать в расчет мой недавний позорный обморок…

— О, ты еще хорошо держалась. Что ж… кое-что, полагаю, я могу тебе рассказать — тем более, обещал.

Демон помолчал, погружаясь в воспоминания, которые предпочитал не ворошить, после чего заговорил, ровно и отстраненно, словно история его нисколько не касалась:

— Я познакомился с Артуром Нуаре в карантинном лагере, куда нас, тогда еще совсем детей, привезли вместе со всеми уцелевшими жителями Бравена. Мне тогда было всего восемь, ему — около десяти. Родители у обоих погибли. Позже мы попали в один детский дом — взять над нами опеку никто не захотел — и выросли вместе, став лучшими друзьями. Способности у нас проявились почти сразу: у меня — телекинез и генерирование силовых полей, у него — предвидение и телепатия. Естественно, мы их всячески скрывали… После, уже в университете, в нашу компанию влилась Риннон Келли, демоница-пирокинетик. Они с Артуром стали встречаться, поженились, и очень скоро у них родилась дочь, Кристина. Та, которую сейчас зовут Саламандрой — она унаследовала от матери дар управлять огнем.