Темное сердце
Шрифт:
— Еда весьма хороша, — сказал Патрик Кит с извиняющейся улыбкой, как будто поведывал ей какой-то секрет, — И конечно, у Стратко тоже нет никаких замечаний. Думаю, мне стоит заказать еще немного еды и питья. Боюсь, своим колебанием я встопорщил перья у хозяина гостиницы. Возможно, новый заказ пригладит их. Вы уверены, что ничего не хотите?
— Нет-нет, спасибо, — ответила Кит, стараясь, чтобы ее голос звучал беспечно, — И не волнуйтесь о задетом самолюбии Отика. На самом деле ничего не расстраивает его, кроме кендера, пытающегося уйти не оплатив счет.
В то время как Патрик
Некоторое время единственными звуками за столом были прихлебывание и жевание Стратко, поглощавшего свою порцию. Глаза его метались между хозяином и Кит.
— Вы должны извинить Стратко, — сказал Патрик, — Он не был воспитан должным образом, но у него много других качеств. Плохие качества в худшем случае только забавны. — Он улыбнулся и глотнул вина. — Он не может говорить, бедный негодяй. Мой отец отрезал ему язык за какой-то проступок — я уж не помню за какой. И он был понижен до должности моего слуги. Он весьма предан, хороший борец и отличный попутчик. Хотя он и не может говорить, мы с ним очень хорошо общаемся. Я шучу, а он смеется над моими шутками.
Китиара скептически посмотрела на Стратко, но было очевидно, что большой человек все слышал и понимал. Он тут же с энтузиазмом покивал головой и на его лице распространилась широкая улыбка. Это полностью изменило его облик и на то мгновение, прежде чем исчезла улыбка, он выглядел как веселый медведь.
Патрик тоже улыбнулся, не сводя глаз с Китиары.
— Вы знаете наши имена. А как зовут вас?
— Китиара Ут-Матар, дочь Грегора Ут-Матара, — гордо проговорила Китиара и щеки ее вспыхнули. Затем она улыбнулась своей всегдашней кривой улыбкой.
— Я слышал о картофеле Отика и о его эле очень далеко отсюда, хотя эль мне и не по вкусу, — сказал Патрик, пристально изучая ее глаза. — Но я не слышал о том, что молодые женщины Утехи настолько красивы.
Китиара задержала дыхание и еще сильнее залилась краской. Никогда прежде еще она так не помнила о пятнах грязи на своем лице и руках, как в эту минуту. Китиара часто слышала такие речи от мужчин, посещающих заведение Отика, но обычно эти слова бывали произнесены грубо, полушутя и она не обращала на них внимания. Кит порылась в мозгу в поисках ответа, но не смогла найти никаких слов.
Возможно ощутив ее дискомфорт, Патрик опустил взгляд и сменил тему.
— Мы в дороге уже девять недель. Это традиционное путешествие, которое я совершаю каждый год. В этом году мы ушли дальше, чем ожидали. Теперь мы идем к побережью, где нас ждет корабль, который отвезет нас домой. Гвиннед находится на западном побережье острова Северный Эргот.
Кит, конечно, знала где находится Северный Эргот, но насчет Гвинедда не была настолько уверена. Но скорее всего до него должно быть не меньше месяца морского путешествия.
— Что вы ищете во время своих странствий? Приключения? — нетерпеливо спросила Китиара.
— Нет-нет, — поспешно ответил молодой господин. — Иногда приключения, конечно, случаются,
Китиара задумалась о том, от чего этот родовитый молодой человек хочет сбежать и на что это похоже — путешествие по желанию, без беспокойства о расходах.
— О, вы искатель приключений. Я вижу это, — продолжил Патрик, пассивно перебирая тусклый зеленый кулон на своей шее. — Я ничего не имею против этого, но почему вообще люди ищут приключения? Обычно для того, чтобы приобрести богатство или власть. Там, где я родился, мой отец — правитель обширной территории. Я его наследник. В свое время у меня будут богатство и власть. Я не тороплюсь получить их, но в то же время не ищу никаких приключений.
Он сидел прямо и при последних словах выдвинул подбородок вперед, как бы бросая вызов Кит спорить с ним. Как будто кто-то в его жизни это делал, подумала она. Не увидев в ее глазах никакого намека на вызов, Патрик опустил взгляд, внезапно задумавшись. Все время его краткого монолога глаза Кит были прикованы к его зеленому кулону, который был оплетен тонкой серебряной филигранью и постоянно вращался на свой цепочке. Кит не могла определить название камня, но он был очень изыскан. Вероятно, очень ценный, подумала она.
— Вы восхищены моим крисантом. — сказал Патрик, подсказывая Кит название камня.
— Он очень красив. — признала Китиара.
— Тот факт, что он вам нравится, показывает, что у вас превосходный вкус. Он принадлежал моей матери. А до нее — матери моей матери.
Несколько мгновений Патрик снова задумчиво перебирал свое ожерелье. Затем он отпустил его и поднял взгляд, выглядя приободренным. Он улыбнулся Кит и она ответно улыбнулась ему.
— В этому году наше путешествие было трудным и я хотел бы отдохнуть перед последним походом к дому. Утеха кажется вполне гостеприимным местом. Если бы мы остались здесь, могли бы вы сделать нам одолжение и показать нам некоторые из местных достопримечательностей?
Стратко что-то проворчал, отодвигая свою тарелку. Его глаза с тяжелыми веками сузились до настороженных щелочек.
— Стратко согласен, что это хорошая мысль. — сказал Патрик.
Китиара вынуждена была усмехнуться.
— Откуда вы можете знать, что он говорит? — поддразнила его она.
— Я же сказал вам, что мы прекрасно общаемся, — небрежно ответил Патрик. — Это талант, который действует с людьми, сильными сердцем.
Он порывисто потянулся и схватил Кит за руку.
— Вы будете нашим гидом?
Китиара снова покраснела. Ее рука задрожала в его теплой влажной ладони. Она выдернула руку и встала из-за стола.
— Если ты хочешь рискнуть поселиться в этой ночлежке, то делай как знаешь, — тут она бросила взгляд искоса на Отика, который принялся бормотать протесты и трясти пальцем в ее направлении. Едва способная удержаться от смеха, Кит продолжила, — И я не знаю, чего ты ожидаешь увидеть в Утехе, — добавила она, качая головой с ложной серьезностью, глядя на Патрика, не сводившего с нее глаз. — Но я буду твоим гидом. — мягко закончила Кит.