Темное прошлое
Шрифт:
Мара толкнула Вивьен. Та перестала плакать и опустила Мару в грязь лицом.
– Не утопи свою сестру, Вивьен, – крикнула Саманта, затем сказала, обращаясь к Агнес, бредущей к краю ямы: – Ты тоже можешь поиграть. Все равно без меня отсюда никто не уйдет.
Агнес задумалась. Саманта видела, как она перебирает в голове различные варианты. Затем, приняв решение, Агнес вылезла из ямы, цепляясь за растушую сверху траву, добрела до камня и уселась на нем спиной к сестрам, сложив руки на груди, с обиженно оттопыренной нижней губой.
Убедившись,
Вокруг приятно пахло свежей зеленью и немного – мятой. Сорвав листик с какого-то растения и растерев его между пальцев, она поняла, что приятный запах исходил именно от него. Но тут же поспешила вытереть руки – а вдруг растение ядовито и приятный запах служит ему приманкой для будущих жертв. Оставалось надеяться, что сам запах несмертелен. Надо было привезти с собой из Лондона книгу, в которой говорилось бы обо всех подстерегающих в диких местах опасностях, включая змей.
Откинув на спину шляпу, Саманта подставила лицо солнышку. Она знала, что не стоит этого делать, особенно при ее молочно-белой коже, но в Лондоне солнце никогда не светило так ярко. В Сити в воздухе всегда висела угольная пыль, и Саманта ни разу в жизни не видела над головой такого пронзительно синего неба. Но если бы только… а впрочем, глупо жалеть о том, чего не может быть. Она здесь в ссылке, вдали от своего любимого Лондона, и обещала полковнику Грегори остаться в Сильвермере не менее чем на год.
Не такое уж плохое обещание. Леди Бакнел ни за что не позволила бы ей вернуться, пока она не докажет, что способна жить в семье своих хозяев, не вмешиваясь во все их дела. Двенадцати месяцев, пожалуй, вполне достаточно. За это время лондонские матроны наверняка успеют забыть все, что наплетет про нее мистер Уорд-лоу, и тогда Адорна подыщет ей другое место.
Она посмотрела на часы и объявила:
– Десять минут истекли.
Девочки были покрыты грязью с ног до головы. Они вылезали из ямы, помогая друг другу. Саманта подумала, как не похожи девочки на тех угрюмых детей, которые шли сюда час назад. Пожалуй, ей удалось добиться кое-каких успехов.
Она посмотрела на сгорбившуюся на камне фигурку Агнес. Похоже, старшая дочь полковника не собиралась сдаваться так быстро. Что ж, у Саманты впереди целый год.
8.
– Мы не можем обедать в таком виде, – Генриетта указала на свою юбку, покрытую слоем грязи.
– После того как приведете себя в порядок, обед ждет вас, – пообещала Саманта. – Пойдемте скорее. Для быстрых ног дальний путь не помеха!
Агнес шла за весело щебечущей группкой сестер на некотором отдалении и, когда Вивьен попыталась подойти к ней, оттолкнула сестру.
Саманта вновь подумала, что должна что-то предпринять по поводу Агнес. И как можно скорее.
– Почему вы делаете такие ужасные вещи, юные леди? – строго спросила Саманта. Впрочем, ответ был ей известен.
– Какие вещи? – Генриетта захихикала. – Купаем в грязи наших гувернанток?
– Или сажаем пауков к ним в карманы? – подхватила Мара.
– Или кладем жмей к ним в штол? – прошепелявила Эммелин.
Саманта посмотрела на малышку.
У Эммелин дрожали губы.
– Все говорят, что сердце нашего папы разбито из-за смерти мамы, – вмешалась Вивьен. – Но это не так. Его никогда не было дома. Он все время командовал своим любимым полком, – в голосе ее звучало негодование. – Это мы потеряли нашу мамочку, это мы скучаем по ней, а он – настоящий эгоист и все время злится, потому что ему приходится сидеть дома с нами и он не может снова идти воевать вместе со своими приятелями.
– Каждую ночь, когда мы уже в кроватках, он садится на своего коня и уезжает из дома, – пожаловалась Кайла.
– Неужели он думает, что мы не замечаем? – подала голос Агнес.
Саманту не удивило то, что она услышала, но ее поразил тон, которым девочки говорили об отце. Надо срочно что-то предпринять! Но что? Ведь она должна быть уверена, что выбрала правильный путь. И представится ли ей возможность поговорить с полковником до следующего понедельника?
– Мисс Прендрегаст, – дернула ее за юбку Эммелин. – Шмотрите!
О нет! Возможность не заставила себя ждать. На лужайке у озера стояли два лакея с ведрами, полными воды, а рядом с ними – полковник Грегори с лицом мрачнее тучи. Он нервно постукивал хлыстом по сапогам.
– Так вот откуда у Агнес эта неподобающая привычка, – пробормотала себе под нос Саманта, поправляя шляпу. Ей требовалось вдохновение, чтобы пережить предстоящую сцену. Но вдохновение не торопилось ее посетить.
Когда они подошли ближе, Саманта отметила, что полковник внимательно изучает своих измазанных с ног до головы отпрысков. В глазах его был лед, а густые брови изумленно застыли.
Он что-то сказал одному из лакеев, который поставил ведро на землю и побежал к дому.
Дети следовали за Самантой, сбившись в стайку, словно надеясь на ее защиту от отцовского гнева.
Что ж, если не посещает вдохновение, пусть уверенность в том, что она делает, займет его место. Когда они подошли поближе, Саманта растянула губы в улыбке и радостно произнесла:
– Полковник! Какая удача встретить вас здесь. Я собиралась найти вас сразу по возвращении. – И это почти не было ложью. Каждый ведь волен вкладывать свой собственный смысл в слово «сразу». – С детьми произошло… недоразумение. Они упали в лужу.