Тёмное пламя
Шрифт:
— Вот и чего ты ждешь? — повар не то чтобы недоволен, но не может смотреть на битву вежливости с голодом. — На кухне именно едят, а не соблюдают приличия! Будь добр, ешь! — пододвигает тарелку и ложку.
Дважды приглашать Бранна не надо, аппетит у него сегодня самый волчий, что несказанно радует огромного и жуткого на вид повара, лицо которого, кажется, создано, чтобы отражать все оттенки свирепости.
— Вот и молодец, ты ешь, ешь, а то еле-еле душа в теле! — Бранн поднимает глаза, собираясь спорить, и получает в ответ на несказанные слова. — А вот не надо! Что чуть больше, чем еле-еле,
Наша Ворона подкрепляется дальше спокойно. Жмурится от удовольствия. Общение радует его так же, как еда.
— Я вот тоже в детстве маленький был! Мама недаром назвала меня Воганом, — широкие брови приподнимаются, волк опирается локтем о стол и устраивает на ладони голову, склоняясь в сторону Бранна. — Представляешь! Я! И маленьким!
Басовитый хохот разносится по кухне, заставляя подкравшихся поварят опять прыснуть по местам.
— И вот питался нормально! И волком вырос самым обычным! — глаза Вогана лукаво блестят, можно поклясться, обычным он не является точно. — Разве что не стоит сражаться со мной на ножах, тут уж, прости, даже неблагому без шансов.
Бранн оценивающе разглядывает мощные руки, притаившиеся за поясом ножи, и серьезно согласно кивает.
— Ты ешь, ешь, — стоит Бранну отодвинуть опустевшую тарелку, её место занимает другая, занятая крошечными бутербродами. Странно представить, что делали их те же самые руки, однако доказательством этого служат еще несколько на месте собранных закусок. — Будешь есть, будут силы, а силы тебе точно понадобятся!
В ответ на это Бранн весьма задумчиво кивает, подхватывая придвинутую кружку с морсом. Удивленно приподнимает гнутые брови, заглядывает в глиняную глубину, принюхивается, облизывается. Да, Бранн, вкус другой, это облепиховый морс, клюква тут не растет, в Благих землях нет болот.
Вместо ответа или молчаливого согласия Ворона фыркает прямо в кружку, явно что-то припомнив. Воган стучит по спине нашего неблагого волка… Ах, ну да. Первым Бранну о благих болотах, вернее, об их отсутствии сообщил как раз мой Дей. Во время знакомства.
— Ну вот что ты за несчастье! На ровном месте подавился, — Воган не сердится на Ворону, скорее, переживает и не хочет навредить. — Вот ровно как дитя! Хотя, например, наш король Дей, — слова звучат для Бранна музыкой, так как произносятся с теплотой, — и в самом вот своем пострелячьем возрасте тебе сто очков вперед дал! Вечно норовил какую ерундовину на кухне учинить! Один раз даже мои ножи стащить пытался, — Воган смеется, сам и веря, и не веря в дерзость тогдашнего наследника.
Бранн заинтересованно навостряет ушки и косится попеременно то на повара, то на дальнюю тарелку с закусками. Воган опять грохочет смехом на весь нижний этаж, отпугивая пытающихся подобраться молодых ши, служащих поварятами. Их взгляды прикованы к Бранну, его ушам, его куртке — неблагой выглядит диковато, на вкус молодых. Воган, переживший явно не одно поколение королевской семьи на своем посту, уже, похоже, встречал неблагих, так откровенно он на Ворону не пялится. Скорее, посматривает, проверяя — как его подопечный. И огромный волк неизменно внимателен даже к мелким деталям, закуски переставляются ближе, а рассказ льется дальше.
— Наследник оказался весьма ловким и наглым мальчишкой, однако вот мои ножи ему не достались! — довольно похлопывает себя по поясу. — Пришлось, правда, все равно
Я чувствую, нашему неблагому странно представить Дея, который не владел бы хоть каким-нибудь из оружейных навыков. В голове Вороны проносится воспоминание о Белом змее, где нож врезается пяткой не в затылок Бранна, а в глаз Белого змея. Змей обиженно заворачивает кольца и размазывает Бранна по мостовой тоненьким слоем. Наш неблагой хмыкает и произносит:
— Спасибо!
— Уф, ну вот, я уж думал, ты, кроме того, что неблагой, вдобавок немой! — Воган снова хлопает Ворону по плечам.
Сытый и довольный жизнью Бранн сдерживает зевок, прикрывая рот и отворачиваясь, но от Вогана на его собственной кухне не скрыться: Бранна выдает отражение в начищенном боку кастрюли.
— Ха, недаром говорят, волки ночные создания! День ещё не закончился, а ты уже зеваешь!
Бранн покаянно поднимает изумрудные глаза на повара, тот не выдерживает и расплывается в улыбке:
— Ах ты волк, ах ты неопытный неблагой волк! — раздумывает секунду, а потом решительно машет рукой. — На ужин можешь не приходить. Я тебе лучше еды с собой дам!
Наш неблагой радостно улыбается в ответ и вежливо интересуется:
— А можно вас попросить собрать еды и для короля Дея? Он сегодня отдыхает от коронации, но волчий аппетит, думаю, проснется вместе с ним. Я бы занес по пути.
Воган одобрительно кивает, поднимается и почти отворачивается, когда Бранн, стриганувший ушком пару раз, договаривает:
— …если бы вы объяснили, как отсюда туда дойти! — и смотрит с надеждой.
Повар ухмыляется, грозит Бранну пальцем, наигранно хмурится, но его темные глаза таят веселье.
— Вот теперь я верю, что ты королевский волк, хотя и жаль мне, конечно. Такой бы из тебя вышел поваренок! Неблагой! — и это звучит как настоящая похвала.
Воган собирает Бранну отдельный поднос, приправляя всё действо наставлениями, проговариванием дороги и примечательными местами. Бранн кивает, запоминая. Я вижу, как в голове его рисуется своего рода карта, Ворона старается представить пространство именно как пространство. Составленный в воображении макет дает ему представление о своем нынешнем местоположении: судя по тому, что комната Дея налево, в обход, направо и вверх, то есть наискосок и повыше, если смотреть из окна, значит, комната Бранна на несколько этажей выше и правее кухни. Дело, конечно, путает внутренний дворик, но Ворона готова с этим смириться. Маршрут озвучен понятно, поднос собран — и можно идти к Дею. Надо сказать, Бранна эта перспектива весьма радует.
Воган, мне кажется, видит и его радость, и его осознанное слушание, довольно хлопает по спине, вручает поднос, выслушивает еще одно горячее «спасибо!», а потом смотрит за удаляющейся фигурой нашего неблагого, пока тот не поворачивает, скрываясь из виду.
Бранн идет уверенно, минуя приметные вазы, развилки, смену декора, прослеживая периодически появляющиеся по стенам оскаленные головы королевских волков. Это своего рода указатель, как поведал нам Воган, чем ближе ши к сердцу замка и королевства, тем больше волков следят за ним отовсюду. Бранн восхищен логичностью благих.