Темная страсть
Шрифт:
Я недоверчиво покрутила головой. Потом, бросив взгляд на часы, машинально отметила, что уже почти девять, значит, офис Дэвида откроется с минуты на минуту.
– Марк-то? Никогда не поверю.
– Ты просто его не видела. – Ральф выразительно покрутил носом.
И, сделав страшную рожу, исчез. Мои брови поползли вверх. Марк всегда выглядел безупречно. Представить, что он может выглядеть иначе, было попросту невозможно. Но поскольку от Марка, как-никак, зависело мое будущее, это разожгло мое любопытство.
Выскочив из-за стола, я ринулась догонять Ральфа, надеясь вытянуть из него побольше, пока он в настроении посплетничать.
– Завтра встречаюсь с Рикко Альваресом, – объявила я, плюхнувшись на стоявший возле стола стул. Я начала издалека, чтобы Ральф не понял, что меня интересует Марк.
– Правда? – Брови Ральфа поползли вверх. – А Боссмен в курсе?
– Еще нет.
– Что-то мне подсказывает, что он не сильно удивится. Альварес обожает окружать себя красивыми женщинами, которые не устают повторять, что он рисует, как мексиканский бог. А поскольку ты и раньше пускала слюнки насчет его картин, я был уверен, что он тебя не пропустит. Продолжай в том же духе, и вы с ним поладите.
– Как мексиканский бог? – Я расхохоталась.
Ральф пожал плечами.
– Своими ушами слышал. А тот тип, что подписывает нам чеки, только и делает, что тешит его самолюбие.
– Помню, Аманда говорила, что Альварес оказался гораздо лучше, чем она себе его представляла.
Ральф сдвинул очки на кончик носа.
– Ну, о вкусах не спорят. Но вообще говоря, Аманда права. Боссмен, конечно, правит железной рукой, но при этом заботится о тех, кто на него работает. И не устраивает разнос за ошибки, не важно, серьезные они или нет. И еще он может одним взглядом привести кого угодно в ужас, и частенько этим пользуется. А вот Альварес проклинал меня на чем свет стоит, когда я как-то ошибся на один паршивый доллар.
– Неужели? – ахнула я.
– Точно тебе говорю.
– Невероятно, – пробормотала я, невольно вспомнив, как Ребекка писала в дневнике, что от ее художника исходит ощущение мягкой силы. Как-то это было не похоже на Рикко Альвареса. Скорее уж на Криса. Я постаралась затолкать эту мысль подальше, сосредоточившись на том, что говорит Ральф.
– Единственный человек, которому Альварес нравился – как человек, а не только как художник, – тут уже не работает. Я про Ребекку. Она питала к нему слабость, а он – к ней. Кстати, сразу после ее ухода он забрал из галереи свои картины.
– Но разве он в свое время не предоставил их для благотворительной выставки?
– Незадолго до своего ухода Ребекка как раз устраивала нечто подобное.
– Точно. Помнится, Аманда тоже что-то такое говорила. – Я нахмурилась. – А почему Альварес забрал свои работы?
– Не мог простить мне того доллара, – хихикнул Ральф. – Брось, Сара, на это может быть сотня причин.
– А он уже сотрудничал с Марком до того, как тут появилась Ребекка? – Мне казалось, я начинаю понимать…
– Много лет.
Я гадала, неужели Альварес и есть тот человек, с которым она встречалась. Но что-то тут было не так… ведь она уехала, а он остался в городе. Может, они встречались раньше?
– Между ним и Ребеккой что-то было?
– Нет, не думаю. Она никогда не упоминала ни о ком, кого я знаю. И не думаю, что у нее было время ходить на свидания. У Ребекки ведь была и другая работа, когда она пришла в галерею.
– Другая?!
– Да. Она подрабатывала официанткой. В ночную смену.
У меня сжалось сердце.
– Чтобы было, чем оплачивать счета. –
– Припоминаю, – подтвердил Ральф. – По-моему, она вообще не спала, сандвич приносила с собой из дома, а перекусывала на стуле в одном из пустых офисов. Боссмен не любил конфликтных ситуаций, но она неплохо справлялась и даже как-то умудрялась зарабатывать неплохие комиссионные.
– А что же здесь такого? Похоже, тебя это удивляет.
– А тебя нет? Она ведь была совсем зеленой, опыта с гулькин нос, всего год, как окончила колледж.
– Разве? Мне казалось, она старше.
– Нет. – Ральф покачал головой. – А ты знаешь, чего стоит добиться того, о чем мечтает большинство профессионалов, вернее, о чем они могут только мечтать? Снимаю перед ней шляпу. И при этом Ребекка не задирала нос и не воспринимала свои успехи, как нечто само собой разумеющееся. Работала, как проклятая, без обедов и выходных. Ей давно пора было взять отпуск, хотя для нее это и непривычно. Как-то не верится, что она вернется. Может, какой-нибудь богатый парень убедил Ребекку, что ей нужен папик?
– Ты его видел? – встрепенулась я.
– Нет. И даже не представлял, что такое возможно, пока она не исчезла. Говорю тебе, она никогда не говорила о мужчинах.
Зато Ава слышала о каком-то мужчине. И даже видела его как-то раз, слушок проходил. Возможно, Ребекка старалась держать своего приятеля подальше от галереи и Марка, однако они с Авой были намного ближе, чем я думала.
Мои мозги буквально закипали всякий раз, как я пыталась разгадать загадку, которая носила имя «Ребекка». То же самое можно было сказать о Марке. Я покосилась на часы – было уже больше девяти. Если бы мне удалось наконец дозвониться Дэвиду в офис, услышать, что с Эллой все в порядке, и она наслаждается медовым месяцем, может, это бы меня успокоило.
– Пойду за кофе, – объявила я и встала, решив, что приму свою дозу кофеина и сразу засяду за телефон.
– Налей и мне чашечку, – попросил Ральф, сунув мне в руки кружку.
– С удовольствием.
Я отправилась на кухню, помахав по дороге сидевшей за секретарским столом Аманде – вся в розовом с головы до ног, она смахивала на одну из своих обожаемых Барби. Почему-то вдруг вспомнилось, как Крис сказал, что Марка тянет к тем, кто не вписывается в его собственный мир. Идея Марка взять на работу Аманду, еще не окончившую колледж, совершенно не знавшую жизни и только и думающую, как бы всем услужить, прекрасно укладывалась в эту концепцию. Но тогда зачем ему я? Я-то ведь не Аманда. Может, причина крылась в том, что я пристаю ко всем с вопросами о Ребекке? Такое объяснение напрашивалось само собой. Возможно, Марк хотел, чтобы я была у него на глазах, ведь так он мог быть уверен, что будет не только знать, какие вопросы я задаю, но и кому я их задаю. Или, хмыкнула я про себя, ему просто понадобился сотрудник, а твое умение разбираться в искусстве произвело на него неизгладимое впечатление. А я в нем действительно разбираюсь – больше того, в мире искусства я чувствую себя как рыба в воде. Не в «Логове льва», не в клубе, который принадлежит Марку, а в галерее, в индустрии искусства – да, безусловно. Если я решусь поставить крест на карьере школьной учительницы, то на этом поприще меня скорее всего ждет блестящее будущее.