Тёмная сторона

Фрай Макс

– Твоя правда. – Задумчиво согласился он. – Ладно, тогда давай действительно «удалимся от реки».

Некоторое время мы молча брели по перламутровым переливам песчаных дюн. Мои ноги касались земли, но не оставляли следов, так что эксклюзивное право обозначить наш путь целиком принадлежало отпечаткам сапог Лонли-Локли. Я уже ничему не удивлялся, только запоминал. «И так, оказывается, бывает, – лениво думал я, – и вообще, как только не бывает, оказывается…»

– Смотри, какие здесь деревья. – Восхищенно сказал Шурф. – Я много раз был на Темной Стороне, но никогда не видел ничего подобного…

– Я тоже. – Согласился я, осторожно прикоснувшись рукой к тонкому полупрозрачному стволу. Вообще-то я всегда

знал, что деревья – такие же живые существа, как и я сам, но до сих пор это знание оставалось сугубо академическим, а дерево, которое я только что погладил, было таким очевидно живым – дальше некуда! Оно нежно задрожало под моей ладонью и тихо мурлыкнуло, как котенок.

Мы еще немного поплутали по этой невероятной роще. Я старался не очень-то отвлекаться от созерцания переменчивой земли у себя под ногами: где-то здесь должны были обнаружиться следы удивительной мыши, из-за которой нам пришлось предпринять это невообразимое путешествие, которое пока казалось мне таким приятным – я и надеяться не смел! Честно говоря, в глубине души я был готов к каким-нибудь мрачным сценам из готического романа, по сравнению с которыми мое недавнее общение с неравнодушной к холодному оружию Тенью короля Мснина могло бы показаться очаровательным пикником в городском парке…

Вскоре я действительно обнаружил следы Дорота – маленькие темные отпечатки его лапок казались неправдоподобно яркими и глубокими на серебристой песчаной почве.

– Вот они, Шурф. – С облегчением вздохнул я. – Ты их видишь?

– Нет. Но это и не обязательно, правда? Вполне достаточно того, что их видишь ты. – Улыбнулся он. – Мое дело – волочь твои тюки, и благодарить небо, что эта ваша мышь превращает людей в тряпичные игрушки, а не в каменные скульптуры… Так что иди по своему замечательному невидимому следу, сэр Вершитель, а я просто понесу твой багаж. Договорились?

– У меня такое впечатление, что мы окончательно поменялись ролями! – Вздохнул я. – Еще немного, и я начну советовать тебе стать немного серьезнее…

– Не надо! – Рассмеялся Лонли-Локли. – Если я когда-нибудь услышу от тебя такое заявление, я решу, что наш прекрасный Мир наконец-то рухнул – раз и навсегда!

– Спасибо. – Улыбнулся я. – Вот это, я понимаю, комплимент!

Мы пошли дальше, утопая в белесых потоках ветра, петляя между полупрозрачными древесными стволами, увязая в хрупкой, темной траве, туда, куда уводили нас маленькие следы Дорота. Мое чувство времени всегда было далеко от совершенства, а уж тут оно и вовсе пришло в негодность, поэтому я не знаю, как долго мы брели по невероятному призрачному лесу – немного больше, чем полчаса, чуть-чуть меньше, чем вечность…

– Макс, подожди. – Вдруг сказал Лонли-Локли. Его голос показался мне шелестящим шепотом – так говорят не люди, а смутные видения. – Что-то не пускает меня дальше. И я уже ничего не вижу… почти ничего.

Я обернулся к нему. Шурф стоял прислонившись спиной к одному из деревьев, свертки с игрушками лежали на земле. Сначала я не понял, что именно не так с этой картиной, а потом до меня дошло. Ствол дерева под зеленоватой изморозью мха был совершенно настоящим, темным и морщинистым, никакого призрачного мерцания, к которому я уже успел привыкнуть во время нашей долгой прогулки по этому странному месту, а вот тело моего спутника уже стало полупрозрачным – сэр Шурф Лонли-Локли медленно таял у меня на глазах, как горка мороженого в теплой комнате. Целую секунду я растерянно хлопал глазами: до сих пор мне и в голову не приходило, что нам придется столкнуться с такого рода проблемой. А потом понял, что сейчас самое время открыть рот и убедиться, что мои слова все еще остаются могущественными заклинаниями: это было как нельзя более кстати!

– Я хочу, чтобы Шурф был в полном порядке… и чтобы он мог пойти со мной дальше. – Наверное

я говорил испуганным голосом неизбалованного ребенка, которому вдруг разрешили выбрать себе подарок на день рождения, и он рискнул попросить о чем-нибудь невозможном, вроде мотоцикла, или домашнего бегемота, заранее зная, что сейчас его пошлют подальше, со всеми его капризами, а может еще и в угол поставят – так, для профилактики, чтобы аккуратно закатал раскатанную было губу и больше не зарывался… Почему-то на этот раз я был почти уверен, что моя просьба относится к разряду невыполнимых.

– Ты еще не понял. Это уже не Темная Сторона, Макс. – Хрипло сказал Лонли-Локли. – Наверное это и есть ее легендарная изнанка… В свое время я читал в одной старинной рукописи, что люди исчезают, когда попадают сюда… тают, как тени в темноте, а теперь мне приходится убедиться в этом на собственном опыте. Ничего, мне не на что жаловаться. По крайней мере, я все-таки добрался сюда, а в моей жизни было столько возможностей умереть куда более банальным образом…

– Не говори чепуху. Мне нет никакого дела до ваших дурацких легенд! – Я сам удивился резкости своего тона. – Так что никаких смертей, никаких исчезновений! Сейчас ты отлипнешь от этого грешного дерева, возьмешь свою тюки и пойдешь со мной, как миленький, просто потому, что я так хочу. – Под конец я сорвался на крик, сам не понимая, на кого и зачем я ору. Эта вспышка гнева совершенно меня обессилела, так что перед глазами несколько секунд насмешливо прыгали дурацкие цветные точки, а потом их сменила полная темнота, наглая и неуместная, как душевнобольной полицейский. Мне даже пришлось осторожно усесться на землю – просто для того, чтобы не шмякнуться на нее со всего размаху мгновением позже.

– Какой ты оказывается грозный! Спасибо, хоть драться не стал. – Голос Лонли-Локли больше не шелестел на ветру, как крылья мертвой бабочки – это был нормальный человеческий голос, довольно ироничный, следует заметить.

– Ну вот видишь, все получилось, стоило только как следует рассердиться. – Равнодушно отозвался я. – А ты уже куда-то исчезать собрался, зачем-то… Помоги мне встать, ладно?

– Запросто. – Лонли-Локли поднял меня с земли, как новорожденного котенка: если он и прилагал какие-то усилия, так только для того, чтобы случайно меня не раздавить. Я с удовольствием уставился на него. Никакой он был не прозрачный, самый настоящий сэр Шурф, периодически сводящий меня с ума своим кошмарным сходством с Чарли Уотсом!

– Хорошо, что ты не исчез. – Улыбнулся я. – А то как бы, интересно, я волок эти дурацкие тюки?

– Действительно хорошо, что я не исчез. – Совершенно серьезно согласился Шурф. – Стою тут с тобой, на изнанке Темной Стороны, и никуда не исчезаю. Кто бы мог подумать, что такое возможно…

– А ты уверен, что мы действительно попали на эту самую «изнанку»? – Нерешительно уточнил я.

– Хвала Магистрам, что с практикой у тебя обстоит гораздо лучше, чем с теорией! – Усмехнулся он. – В противном случае я бы уже совершенно точно знал, что случается с безумцами, которых заносит в это негостеприимное местечко… Сам подумай, Макс, если бы мы все еще оставались на Темной Стороне, со мной все было бы в полном порядке, как всегда, тебе так не кажется? И вообще, посмотри по сторонам. Видишь, как все изменилось?

– Это правда. – Тихо сказал я, изумленно уставившись себе под ноги. Я стоял на самом обыкновенном мокром асфальте – честно говоря, я был готов к чему угодно, только не к этому. Какая-нибудь живая трава, хищно цепляющаяся за мои сапоги, или говорящие камни, изрыгающие нецензурные ругательства, когда на них наступает неосторожный путник, или еще какая-нибудь галлюцинация в таком духе – это было бы в порядке вещей, все что угодно, только не потрескавшийся асфальт, мокрый и потемневший, словно здесь только что прошел дождь.