Тем летом
Шрифт:
Но теперь возникла новая трудность. Этим утром Кэрол снова позвонила и, истерически рыдая, сказала, что ее нареченный отказался ехать на свадьбу к кому-то, с кем он незнаком, и не хотел бы, чтобы она заставляла ждать всю его семью. Трубку взяла мама, она выслушала стенания девушки и пообещала, что Эшли перезвонит ей. Затем, когда пришла Лидия, мама сообщила ей о произошедшем, и теперь они обе сидели на кухне и ждали Эшли.
Я услышала шаги сестры, звук открывающейся двери – и их голоса, внезапно замолкнувшие.
– Доброе утро, - неуверенно проговорила
– Милая, - осторожно предложила мама, - может, сперва поешь чего-нибудь?
– Да, это бы не помешало, - согласилась Лидия.
Естественно, Эшли послушалась. Тостер зажужжал, но я так и не услышала, чтобы кто-то открыл его. Вместо этого донесся звук притягиваемого по полу стула.
– Скажите.
– Ну, - начала мама. – Сегодня утром звонила Кэрол.
– Кэрол, - повторила Эшли.
– Да, - подтвердила Лидия.
– И она была очень расстроена, потому что поссорилась со своим женихом, и… - пауза, затем мама произнесла на одном дыхании, - не сможет приехать на свадьбу.
Повисло молчание. Все, что я слышала – как кто-то размешивает кофе ложечкой. Динь, динь, динь. Наконец, Эшли произнесла:
– Ладно. Хорошо. Наверное, этого и нужно было ожидать.
– Ммм, понимаешь, милая, - начала мама, - я не уверена, что она понимает, какие проблемы создает этим. Я сказала, что ты перезвонишь ей…
– Черта с два! – взорвалась Эшли. – Это – самая эгоистичная и подлая вещь, которую она могла сделать! Клянусь, не живи она в Охио, я бы уже пришла к ней домой и ударила бы по лицу.
– Боже мой, - нервно рассмеялась Лидия.
– Я серьезно. С меня довольно, - рявкнула сестра.
– Я долго все это терпела, хватит! Никто не может сделать даже самой простой вещи, о которой я прошу, такими темпами какая-нибудь катастрофа может случиться и прямо на свадьбе, и все это будет ее вина. Да пошла она вместе с этим платьем и своим женихом! Что она о себе возомнила, что звонит сюда и дергает нас всех? Чертова идиотка!
– Теперь ты понимаешь, что пригласить ее в подружки невесты было плохой идеей? – поинтересовалась Лидия.
– Я ненавижу ее. Я ненавижу все это! – раздался грохот, словно что-то упало на пол. – И она мне не нужна. Мне вообще никто не нужен, кроме Льюиса. Мы просто сбежим – и все будет превосходно!
– Милая, - позвала мама, пытаясь оставаться спокойной, но даже в ее голосе были слышны недовольные нотки. – Эшли, пожалуйста, успокойся. Мы разберемся с этим.
– Знаешь что? – крикнула сестра, - Отмени свадьбу. Я не собираюсь трепать себе нервы всем этим. Всё, я звоню Льюису, и мы уезжаем. Сегодня же. Богом клянусь!
– Ох, не будь глупой.
М-да, Лидия Котрелл определенно не знала Эшли так же хорошо, как мы с мамой, а потому не знала, в какие моменты рот лучше держать на замке.
– Вы не можете просто взять и уехать. Приглашения уже разосланы, будет большой скандал.
– Да пошло всё…!
Как я уже говорила, с Льюисом Эшли сильно изменилась, и я уже очень давно не слышала непечатных выражений, слетающих с ее губ. На мгновение
– Эшли, - быстро сказала мама, - пожалуйста…
– Я просто не могу так больше! – теперь голос сестры стал тонким и дрожащим. – Я так устала от всех этих дурацких деталей и мелочей. Почему никто не может понять, что иногда можно было бы оставить меня в покое? Это моя собственная свадьба, и меня бесит, что вокруг вертится куча народу, и каждый лезет со своими советами! Я так больше не могу!
Она расплакалась, все еще продолжая что-то говорить, но слов было уже не разобрать.
– Детка, - говорила мама, - Эшли, девочка моя…
– Просто оставьте меня в покое! – стул отлетел в сторону и приземлился на пол, и внизу повисло молчание, как будто все вдруг куда-то ушли. Через несколько секунд входная дверь хлопнула, и я подошла к окну. Эшли, все еще в пижаме, стояла перед входом, скрестив руки на груди. Она выглядела такой маленькой и одинокой, что мне захотелось постучать в стекло и привлечь ее внимание. Затем я поразмыслила над этим получше и пошла в ванную – умываться и чистить зубы под аккомпанемент голосов Лидии и мамы и звона их чайных ложечек.
***
Дождавшись, когда отгремит последняя гроза гнева на сегодняшнее утро, я спустилась на кухню и на ходу взяла печенье с тарелки, направляясь к выходу. Я шла на работу: сегодня, в воскресенье, детский обувной магазин «Little Feet» в местном торговом центре ждал меня с часу до шести.
Вполне вероятно, что эта работа была худшей на свете, потому что там ты проводишь весь день, снимая ботинки с неряшливых маленьких детей, и это я еще не говорю о необходимости прикасаться к их ногам. Но все же это какие-никакие, а деньги, да и без опыта работы вариантов может быть не так уж и много. Я работала в «Little Feet» с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать в ноябре, и продвинулась до должности ассистента продавца. Это одна из тех должностей, названия которых звучат так, словно ты что-то решаешь – на самом же деле, нет.
За первую неделю работы я прошла некий курс обучения, то есть мне выдали стопку аудиокассет и брошюру-подсказку, где были записаны стандартные ответы на часто задаваемые вопросы. Брошюра была разделена на главы под названиями: «Ваш размер?», «Метод «Little Feet», «Шнурки и подошвы», «Привет, обувь для малыша!» и, наконец «Носки и аксессуары – кое что-то необычное». Наш менеджер, Барт Искер, был старше моего дедушки, одевался в старомодные деловые костюмы и держал на своем столе календарик с цитатами из Библии. Он выглядел очень хрупким, а еще был обладателем невероятно плохого запаха изо рта, так что дети его боялись. Но лично ко мне он относился сносно. По большей части он наблюдал за работой продавцов и никогда не бегал с коробками по магазину сам. Мне было его немного жаль: он всю жизнь проработал в «Little Feet», поднявшись от ассистента продавца до менеджера, но так почему-то и не сменив место работы.