Телохранитель
Шрифт:
— Посмотри на меня.
Я неохотно открываю глаза, находя тёмный взгляд Джейка, который несмотря на это был мягким и успокаивающим. И это только ухудшает моё состояние, потому что он так хорошо меня понимает.
Он улыбается.
— Я не собираюсь говорить тебе, что это неправда. Я этим не горжусь. Я трахал женщин. Ни больше, ни меньше.
— Остановись, — я отвожу взгляд, ненавидя саму мысль о том, что он дарил такое же удовольствие другим женщинам, то удовольствие, что получаю и я.
— Нет, выслушай меня, — Джейк сильнее хватает
Его искренность нельзя спутать ни с чем. Я слышу это, и чувствую. Но как насчёт женщины на фотографии? Она явно много значила для него. И она не безлика. У неё есть лицо, и оно на той фотографии. И всё же я хочу, чтобы она оставалась для меня безликой. Как будто её никогда и не существовало.
Устало и со вздохом я киваю и обещаю себе никогда больше не позволять себе даже думать об этом. Я обнимаю Джейка за талию и прижимаюсь к нему.
— Так-то лучше, — он поднимает меня отрывая от земли — полотенце соскальзывает на пол — и несёт в спальню. Он опускает меня на кровать и покрывает всё моё тело поцелуями, пока не находит губы. Мне потакают и поклоняются, его рот поглощает мой, когда его пальцы оказываются к непосредственной близости от моих бёдер, всё внутри начинает трепетать от предвкушения.
— Я думаю, нам следует оставаться в постели в постели весь день, — бормочет он около губ, целуя меня за ухо, касаясь мочки языком.
Приглушённые стоны, его горячее дыхание, доносящееся до меня, — прекрасное средство, которое избавляет меня от последних остатков раздражения и беспокойства. Его предложение меня вполне устраивает. Чем больше у меня будет времени для подготовки к разговору с отцом, тем лучше. А до тех пор я с радостью позволю Джейку развлекать меня весь день, всю ночь… вечно.
— Хм-м.… — я позволяю своему разуму отключится, а своему телу ожить благодаря столь трепетному отношению. Это блаженство, его губы на моих, его тело, скользящее, по-моему. Я чувствую, его готовый член у своего бедра.
— Господи, ангел, я просто не могу насытиться тобой.
Бах!
— Джейк! — голос Люсинды, сопровождаемый громким стуком, вырывает нас обоих из нашей эйфории, словно нас окатили холодной водой. Джейк рычит и через секунду вскакивает с кровати, оставляя меня лежать в одиночестве.
— Я думала, что она ушла, — раздражённо бормочу я.
— Так и есть.
— Джейк! — раздражённый крик Люсинды раздаётся ещё раз.
— Ради всего святого, что случилось? — кричит Джейк, удаляясь.
Я перекатываюсь на бок, испытывая к ней ещё большую неприязнь. Если она принесла ещё один журнал, набитый нашими снимками, то я с большим удовольствием
Вздыхая от разочарования, я упиваюсь видом обнажённой спины Джейка, когда он подходит к двери спальни. Но моё восхищение немедленно сменяется ощущением беспокойства, когда я вижу, как он замирает в дверном проёме, а каждый мускул на его спине напрягается.
Я вскакиваю с кровати, как подстреленная, мои ноги работают быстрее, чем мой мозг, подбегаю, чтобы присоединиться к нему и выяснить, что так привлекло его внимание. Стоит мне только подойти к нему, как он без предупреждения отступает назад, и я оказываюсь прижатой к его спине. Приподнимая руку, он прижимает меня к себе и заводит к себе за спину.
— В чём дело? — спрашиваю я, пытаясь разглядеть хоть, что-нибудь за его огромным телом, даже не задумываясь о своей наготе. — Джейк! — не без усилий, но я всё же протискиваюсь мимо него и пролезаю под его рукой, достаточно, для того чтобы видеть происходящее, но и в тоже время всё ещё оставаясь надёжно прикрытой его телом.
— О Боже мой! — я задыхаюсь, когда осмысливаю уведённое, переводя взгляд в разные стороны, пытаюсь найти в открывшейся мне картине хоть какой-то смысл.
И не могу.
Джейк притягивает меня к себе. Его кожа кажется наэлектризованной, что шокирует меня.
— Что, черт возьми, это такое? — спрашивает он, а его уверенный взгляд фокусируется лишь на одном из присутствующих.
На моём отце.
Он стоит у дивана Джейка, выглядит встревоженным, но решительным. Он окидывает меня взглядом, его глаза отказываются опускаться ниже моей шеи. Моё сердце замирает, когда я цепляюсь за Джейка, как будто я полностью ожидаю, что мой отец физически оттащит меня. Ему придётся это сделать. Я не двигаюсь с места.
— Ты аморальный засранец, — рычит он, бросая на Джейка презрительный взгляд. — Я доверил тебе охранять её, а ты воспользовался ею?
Я крепко зажмуриваюсь, все внутри меня разрывается.
— Он не воспользовался мной, — проскрежетала я, чувствуя, как возвращается гнев, который только что прогнал Джейк. Я взрослая женщина. У меня есть свой собственный разум и это моя жизнь.
— Тише, Ками, — шепчет Джейк, заставляя меня открыть глаза и поднять их на него. Он всё ещё смотрит на папу сверху вниз, такой же непоколебимый в своём смертоносном взгляде. Джейк, похоже, готов броситься в атаку, и часть меня хочет, чтобы он это сделал.
Окинув взглядом комнату, я осматриваю остальных названных гостей. Люсинда выглядит обеспокоенной больше всех, по сторонам от неё стоят Грант и Пит.
— Как ты узнал, где я живу? — спрашивает Джейк, бросая свирепый взгляд на Люсинду.
Она качает головой.
— Сегодня утром ты уже направлял на меня свой пистолет, — возмущённо бормочет она Джейку. — Мне не нравится быть зажатой между этими двумя болванами, — она бросает на Пита и Гранта непристойный взгляд. — Они, должно быть, следили за мной.