Телохранитель для Недотроги
Шрифт:
– Ладно. Отдыхай пока. Поспи, что ли, а то бледная, как моль. Если что, я буду в гостиной. Наверху куча комфортабельных комнат, но ты выбрала эту, а мне придётся находиться рядом… Может, подумаешь всё-таки о переселении на второй этаж?
Инна лишь отрицательно мотнула головой, а Олег не решился спорить с ней, пожелал хорошего отдыха и ушёл.
Виня себя за то, что не умеет правильно общаться с людьми из-за внутренних блоков, Инна тихонечко всхлипнула.
Оставив кружку от чая на столе, девушка заправила постель чистым бельём, закрыла дверь на щеколду и переоделась в просторный спортивный костюм. Она прилегла, надеясь, что если поспит, то обязательно станет легче,
Ворочаясь на ужасно неудобном, твёрдом диване, Инна всё-таки смогла заснуть, а подскочила в холодном поту, когда за окном уже стемнело. Сгорая от жажды, она медленно спустила ноги с дивана, встала и, покачиваясь, направилась в сторону кухни.
В коридоре было так темно, хоть глаз выколи, а лихорадочное состояние только подстёгивало. Инну чуть ли не бросало из стороны в сторону, ноги заплетались. Споткнувшись обо что-то тяжёлое, женщина чуть не растянулась на полу. В доме поднялся страшный грохот. Каких-то несколько мгновений, и вот уже резкий свет заставил зажмуриться от нестерпимой рези в глазах, но в ту же секунду глаза Инны широко распахнулись. Девушка мгновенно протрезвела, испуганно подняла руки и уставилась на наведённый на неё пистолет.
События прошлого тут же проскочили перед глазами, напоминая о том страшном судном дне, когда Инна пошла на поводу подстрекательницы, взявшейся из ниоткуда, выкрала отцовский пистолет и попыталась лишить человека жизни. Она до сих пор отчётливо видела испуганный взгляд хамоватого мажора, посмевшего надругаться над ней. Отсчитывая секунды своего жалкого существования, он молил о пощаде, просил её сжалиться над ним, хоть несколько дней назад не сжалился над ней, лишив чести. Теперь на его месте стояла Инна, а Олег замешкался, но быстро опустил руку с оружием и смахнул свободной рукой капельки пота со лба.
– Вот это ты меня перепугала. Думал, что кто-то выследил нас и всё-таки нашёл. Нельзя так пробуждать человека, а то ведь и сердечный приступ может случиться. Ты сама как? Бледная, выглядишь неважно.
– Н-нормально, - кивнула Инна, двигаясь в сторону кухни.
Жажда стала только сильнее. Казалось, что сейчас она готова выпить целое ведро воды… Сначала тяжёлый сон и мокрые от пота простыни, а потом такая неожиданная встряска. Трясущейся рукой налив стакан воды, Инна залпом выпила его и набрала ещё.
– Прости, я сам виноват. Не подумал оставить свет в коридоре. Не ушиблась?
Олег уже спрятал пистолет и вошёл на кухню. Он приблизился к Инне, взяв её локоть, но женщина мгновенно отшатнулась.
– Со мной всё нормально. Нужно спать. Поздно уже… Я пойду.
Налив себе ещё один стакан воды, чтобы взять в комнату, Инна быстренько ушла, оставляя недоумевающего Олега один на один с собственными мыслями.
Часть 5
Геннадий Викторович не рассказывал никаких подробностей о своей дочери, когда позвонил Олегу и попросил его приглядеть за девушкой. Да и не требовалось этого, ведь Олег в любом случае выполнил бы просьбу человека, который в своё время спас его от тюрьмы и плохих парней. Кто знает, где бы был сейчас Олег, не помоги ему тогда отец Инны? И эту девушку он запомнил хорошо. Получается, что уже однажды неосознанно защитил дочку своего старого знакомого. Однако говорить об этом Геннадию Викторовичу Олег не собирался. Ни к чему ему благодарности. Тогда он поступил так, как попросила Лера, жена Артёма, у которого Олег теперь работал генеральным, занимаясь развитием торгово-развлекательного центра. Мужчина бы и не подумал, что его попросят
Сидя на кухне и всё ещё пытаясь прийти в себя после столь пугающего пробуждения, Олег думал, что он обязательно докопается до правды и поймёт, что произошло с этой девушкой в прошлом. Быть может, даже поможет ей? Неспроста судьба сводит людей: она пытается что-то показать каждому.
«А может, это для меня какой-то знак?», - подумал Олег, но растолковать его сейчас был не в силах, даже если кто-то свыше пытался донести до него прописную истину.
Утром Олег вышел во двор. Ему захотелось позаниматься, а на заднем дворе мужчина видел качели и турники. Насвистывая под нос засевший в голову мотив, Олег медленно шагал по тропинке и даже слегка испугался, краем глаза уловив движение.
– Недотрога, давай-ка уясним правила, ладно? Без меня на улицу выходить тебе не следует.
Понимая, что начинать следовало не с этого, Олег осознавал и другое – он уже начал, и должен донести до девчонки, что сейчас она под его защитой, и если кто-то выкрадет её со двора, пока он спит, Геннадий Викторович первым на линчевание отправит именно Олега.
– Мне своя шкура дорога… Ты не пойми превратно: если кто-то плохой выследит нас и выйдет на тебя, я рискну собой и прикрою тебя, но только в этом случае. Я не хочу умереть, потому что не уследил за тобой. Да и каково мне будет в глаза твоего отца смотреть, случись с тобой что-то? Ты об этом не подумала, конечно же, а мне вот неприятненько. Если захотелось прогуляться с утра, могла бы разбудить меня и просто позвать с собой.
– Простите, - потупила взгляд Инна, продолжая медленно качаться на качели.
– Ладно. Это ты меня прости. Мне следовало встать раньше. Ночь дурная сегодня получилась. Я не спал толком, всё думал… Да разные мысли в голову лезли, не бери во внимание. В общем, больше дом не покидай без меня. Договорились?
Инна едва заметно кивнула.
Её скованность уже не просто удивляла, она раздражала Олега. Мужчина не имел психологического образования, не знал, как находить к людям подход. Если в бизнесе всё было достаточно прозрачно и просто, то с Недотрогой, отданной ему на хранение, как самое дражайшее в мире, мужчина не понимал как вести себя. Как правильно поставить общение, чтобы она не боялась его?
– Давай ты перестанешь выкать мне? Я немногим старше тебя. Вот сколько тебе лет?
– Двадцать пять…
Двадцать пять? Олег удивлённо посмотрел на хрупкую девчонку, сидящую на качели. Он бы не дал ей больше двадцати, но и определять возраст по взгляду никогда не умел, поэтому спорить в первую очередь с самим собой не стал.
– А мне тридцать четыре. Не пятьдесят даже, чтобы ты выкала мне. Я себя стариком чувствую, когда ты обращаешься ко мне так, как обращаешься.
– Ладно. Я попробую.
Олег вдруг посмотрел на Недотрогу иначе, ему стало интересно, неужели в свои двадцать пять она и жениха не имела, раз вела себя настолько скованно в присутствии мужчины, но задавать такой вопрос он постеснялся.
– Ты не знаешь, что случилось у отца? Почему он решил спрятать меня в этой глуши?
– А тебе глушь не нравится? – Олег покашлял, прочищая горло, и вскинул правую бровь.
– Нет-нет, это место чудесное. И я бы хотела прогуляться в лесу, но мне интересно, откуда появилась такая необходимость… Почему папа решил?..