Телохранитель для мессии
Шрифт:
– Уй! – взвизгнула Мера, отдергивая пальцы, которые окрасились выступившей из глубокого пореза кровью.
Я не стала ждать, пока оружие приглянется еще кому-то. Моя рука на секунду опередила громкий крик алны:
– Лия, нет!
Но настоятельница безнадежно опоздала. Рукоять совершенно естественно улеглась в ладонь. Это был мой меч. И не он – она, истинная подруга воительницы, без жалости разящая врагов. Неотразимая. Чем не имя для оружия?
«А не слишком самонадеянно?» Ну и пусть, мне нравится. Здоровая доля оптимизма в таком деле только на пользу.
Я любовно погладила идеально наточенное лезвие, с удивлением отмечая,
Ална приблизилась демоном возмездия. Мои руки крепче взялись за рукоять, успокаивающая бархатистость которой уняла предательскую дрожь.
– Как это очутилось здесь? – Заданный свистящим шепотом вопрос настоятельницы был обращен к перепуганной алоне, беспомощно вцепившейся в пустую подушку.
– Светлейшая, – провинившаяся монахиня упала на колени, – вы сами приказали – все клинки…
– Но не проклятые же! – оборвала ее ална очень тихим голосом, отлично слышным в примолкшем зале. Она круто развернулась в мою сторону, хлестнув подолом одеяния коленопреклоненную алону. – Лия, – невозможно ласковым тоном попросила настоятельница, – может быть, ты изменишь своему предпочтению?
Я отрицательно мотнула головой, смело глядя ей в глаза.
– Что ж, это твой выбор! – веско уронила Астела. Потом с непроницаемым лицом обернулась к другим послушницам и сделала приглашающий жест: – Дочери Ордена, ищите свое оружие. Не ошибитесь в предпочтениях.
Притихшие девушки одна за другой выбирали себе оружие и присоединялись ко мне. Последовавший за Выбором праздничный банкет проходил в похоронном молчании и до боли напоминал тризну, щедро сдобренную многочисленными косыми взглядами в мою сторону.
С тех пор прошло больше месяца напряженных тренировок. Мои вопросы об источнике проклятия остались безответными, но меня перестали сторониться и перешептываться за моей спиной. Каждый вечер после насыщенного трудового дня я не уставала нежно заботиться о Неотразимой. Сушила ее тальком, с тревогой простукивала молоточком – не отзовется ли где битым хрусталем трещина, протирала выклянченным у Ранель ценой бесконечных восхвалений непревзойденным сальгрийским маслом. И все не могла ею налюбоваться.
Неотразимая уже не порхала бабочкой в воздухе, как в начале тренировки, с каждым проведенным на площадке часом прибавляя в весе. Карие глаза противницы терпеливо дожидались моей оплошности. Эту приятную в другое время девушку с русой косой до пояса, задорным курносым носом и россыпью золотистых веснушек звали Клессия. Бой длился больше получаса, что говорило о моих несомненных успехах в ратном деле. Искусство поединка состояло отнюдь не в том, чтобы красиво танцевать вокруг противника, соблюдая весь ритуал честного единоборства. Цель – молниеносно вытащить из ножен меч и убить ворога с одного удара. Нападала я – она не справилась, – очко в мою пользу. Мы продолжали выжидающе кружить вокруг друг друга, изредка обмениваясь раззадоривающими фразами, стараясь вывести противника из себя.
– Лия, пожалей свою хворостинку! Переломится, – поддела Клессия, метя мне в шею легким, широким, но коротким мечом.
– А от твоего оружия, как я погляжу, уже кто-то оттяпал половину, – не осталась в долгу я, уходя вниз от удара.
Аалона Валента с видом надсмотрщицы прохаживалась между сражающимися парами,
– Мера, куда мажешь! Лия, хочешь отрубить руку – руби, не стесняйся! Ранель, метя в пах, представляй, что эта тварь лишила чести твою младшую сестру! Тала, что ты флиртуешь с ней, как шлюха из квартала развлечений!
Если поединок не закончить в ближайшее время, комментарии станут куда более ядовитыми. Здесь главное – предоставить инициативу противнику и правильно воспользоваться ситуацией. За этим дело не стало. Клессия метнулась вперед, вероломно метя в мой беззащитный живот. Мое тело, обтесанное и натасканное болезненными тренировками, легко сместилось с линии атаки. Неотразимая плавно поддела лезвие нападающего меча, высвобождая место для маневра. Коса при стремительном развороте больно стеганула плечи, лезвие, дрожа, застыло в миллиметре от поясницы соперницы. Клессия опустила меч, полностью признавая свое поражение. Если бы дело происходило в реальном бою, оружие рассекло бы потенциального противника до позвоночника. А при доброй силушке да желании можно и пополам разрубить. Чистая победа.
«Красиво». А то.
Три месяца в Ордене ни для кого не прошли бы даром. И я не зря помучилась на ритуале – схватывала теперь приемы с одного-двух раз, иногда даже быстрее, чем другие сестры. Наука боя вбита в мышцы на совесть.
Как всегда внезапно, наступило время обеда. Хотя с утра ты стараешься поторопить желтый, ленивый кругляш солнца, который еле ползет по небосводу, потом становится не до того: тебя постоянно кто-то старается побольнее ударить, пнуть или хорошенечко приложить о землю. И вдруг ты, уже окаченная прохладной водой, валяешься на траве в тени крепостной стены и жуешь безвкусные «опилки», считающиеся здесь самой полезной едой для молодых алоний. Такие моменты хочется продлить подольше, и уже не мешает припекающее солнце, даже лень поправить прилипшие к шее жаркие прядки, выбившиеся из косы. Но самое прекрасное – это чистая прохладно-сладкая вода, льющаяся в твое пересохшее горло.
«Имидж ничто – жажда все». Угу. Блаженство.
– Лия, а зачем ты вчера ползала на четвереньках, стуча лбом обо все встречающиеся камни? – вдруг поинтересовалась Голла.
Вода, так же неожиданно застрявшая в горле, изверглась оттуда фонтаном.
– На прочность проверяла, – буркнула я, откашлявшись. – Голову…
В дремотной обеденной тишине выстрелом прозвучал сигнал охотничьего рога. Именно этот звук возвестил мое торжественное прибытие в Орден. Три месяца минуло… а кажется, я здесь уже три года, такие глобальные изменения произошли за прошедшее время.
– Герцогиня приехала, – сказала, приподнимаясь на локтях, Ранель. – Неспроста…
– Да уж, просто так она ничего не делает, – пессимистично подхватила Лэнар.
– Не каркайте, – оборвала их я, испытывая разом все симптомы дурного предчувствия.
– Принесли же ее Сумерки! – в сердцах бросила Ания. – Могли бы еще на травке поваляться, а так Валента живо нас на площадку спровадит.
– Не богохульствуй!!! – взвилась Сеш.
Жаркому спору на религиозную тему не дали разгореться. Слова Ании оказались пророческими – аалона скомандовала подъем. Тренировка уже началась, когда во двор величаво ступила прекрасная Велисса вместе с невысокой женщиной в пышном платье, смешно смотревшемся на ее необъятной фигуре. Она бегала вокруг герцогини, как квочка возле последнего из выводка цыпленка. К ним навстречу поспешила алона Тентра: