Тело и душа
Шрифт:
— Думаю, да, — ответила я, тяжело вздохнув.
— Так мы едем в Париж?
— А твоя жена об этом знает?
— А твой муж? — улыбнулся он.
— Нет еще. Я… э… как бы это сказать… жду подходящего момента.
Мне нравилось быть с ним, разговаривать. Всего одна улыбка — и проблем как не бывало. Я вдруг почувствовала, как хочу оказаться с ним вдвоем в Париже.
— Что будет на конференции? Мы посмотрим город? Мечтаю полюбоваться Эйфелевой башней.
— Конечно! — Он взял меня за руку. — Мы улетаем в четверг
— Какие планы у нас на пятницу? Проведем вечер в отеле? Не то чтобы мне… — поправилась я, размышляя, сколько брать денег, придется ли мне за все платить самой…
— Походишь по магазинам, если захочешь! Не встречал еще женщины, которая бы не удержалась от того, чтобы пройтись по французским бутикам.
А я еще не встречала того, кто бы оплатил все мои расходы. Я вяло улыбнулась, думая, как бы сэкономить, чтобы купить хотя бы пару нового соблазнительного нижнего белья.
—Здорово! — воодушевилась я. — Заодно пофотографирую.
— Прекрасная идея! — поддержал он. — Не забудь принести оставленные снимки, я хочу взглянуть на них.
—Да, обязательно, — согласилась я, вспоминая, куда я могла их запихнуть. Незаметно новое хобби заняло значительное место в моей и без того суматошной жизни.
— Я тоже жду не дождусь, когда мы улетим, — добавил Эшли, сжимая мою руку и многозначительно на меня глядя. — Побудем, наконец, вдвоем в просторном номере, где нам будет, гораздо, удобнее, чем в моей машине.
— Да? — переспросила я, поедая его взглядом. — Мне тоже не терпится побыть с тобой!
Ожидание действовало мне на нервы. Я подолгу не могла заснуть, слушая, как ворочался Барри под боком. Он, наверное, тоже не решался поговорить о нашем разваливавшемся браке, а может, даже ревновал к Эшли. Меня переполняли противоречивые чувства: растерянность, страх, вина, нетерпение и желание. На работе я выполняла все автоматически, надеясь, что впопыхах не наделала ошибок, отправив пациента не к тому врачу или назвав его чужим именем. Все время приходилось быть любезной, улыбаться, смотреть людям в глаза, отвечая на их вопросы. Я почти не замечала ничего и никого вокруг. Сара и Бекки периодически спрашивали меня, все ли в порядке. Пи-Джей то и дело заходил, отпуская при этом двусмысленные комментарии по поводу моей поездки в Париж, но все это было ерундой по сравнению с тем, что творилось в моей душе.
— Мам, у тебя все нормально? — спросил меня Стюарт однажды вечером. Я по ошибке запихнула в морозилку вместе с мороженым тюбик зубной пасты, шампунь и моющее средство для посуды. — Ты какая-то странная последнее время.
— Все нормально, — ответила я рассеянно, соображая, не положила ли я в шкафчик в ванной комнате замороженные продукты. — Просто немного устала.
— Мне бы твои проблемы, — бросил он мрачно. — Завтра у меня контрольная по математике,
Жизнь — несправедливая штука. Если бы все мои проблемы заключались только в том, чтобы написать тест по математике или сесть рядом со Стивеном! И почему мне не четырнадцать лет?
— Нам надо поговорить, — обратился ко мне Барри, когда я собиралась ложиться спать. Мы раздевались, повернувшись спиной друг к другу. Я знала своего мужа с восемнадцати лет, но сейчас мне казалось, что передо мной совершенно чужой человек. У него были круги под глазами, видимо, от недосыпания. Неужели я тоже так плохо выглядела?
— Нет, — ответила я, отворачиваясь, — не сейчас.
— Стюарт видит: что-то не так. Это нечестно. Мы обязаны рассказать ему…
— Ему нечего рассказывать. — Пока еще нечего.
— Что происходит между нами, Рози? — не унимался он, присев на край кровати, уставившись в пол. — Как далеко мы зашли? Я не знаю. Как ты думаешь? Неужели…
— Мне откуда знать! — прервала я его. — Не могу тебе сказать, что думаю, поскольку не знаю. Если бы знала, то сказала бы, но сейчас понятия не имею. Мне нужно время, чтобы понять, чтобы все осмыслить.
— То есть все так и будет продолжаться?
Я села на кровати с другой стороны, смотря в другую сторону.
— Я уезжаю в выходные. Может, когда я вернусь…
— Куда?
Я почувствовала всем телом, как он уставился на меня.
— Куда это ты едешь? Ты никогда не уезжала…
— Я много чего не делала.
— Не думал, что ты из-за этого несчастлива. Никогда не пытался давить на тебя.
—Я еду с девчонками с работы. На выходные. В Париж, — соврала я.
— Здорово! — воскликнул он как-то нерадостно.
— Думаю, нам надо отдохнуть друг от друга. Будет время подумать.
— Может, ты и права. — Он поднялся с кровати, чтобы повесить брюки в шкаф. Кровать скрипнула. — Погуляете по городу, познакомитесь с французами.
— Хватит, — прервала я его, забираясь в постель. Я отвернулась, закрыла глаза, словно отгораживаясь от своей вины за предстоящую поездку. Меня одолевали страх и грусть от того, что моему браку пришел конец, но я вовремя сумела переключиться на Эшли, который будет рядом со мной в одной постели совсем скоро. Французы? Зачем они мне нужны?
— Ты волнуешься перед поездкой, Рози? — спросила Бекки, незаметно показывая на Эшли. Он стоял спиной к нам, разговаривая с одним из своих коллег. Тут до меня дошло, что я пялилась на него уже несколько минут.
— Даже рот раскрыла так, что язык виден! — усмехнулась Сара.
— Ну, уж языком тебе придется поработать в выходные, — засмеялась Бекки.
— Прекратите! — попросила я их. — У вас дурацкие шутки.
— Конечно! Ты на себя посмотри, я могу прочитать, что у тебя на лице написано. О чем ты думаешь? Пролистываешь мысленно Камасутру?