Телекинез 2
Шрифт:
Разобраться в происходящем мешали отскакивающие от сферы пули, звук стрельбы приходил с запозданием. Голова гудела, несколько рёбер, вероятнее всего, сломаны. Больше пробелов в памяти не было, но и увиденного было достаточно, чтобы описать всё одним простым словом — мясорубка. Боже… да как я вообще здесь оказался…
«Дзынь»
Почувствовав что-то сбоку, подсознательно опустил в том месте пыль. В воздухе висел какой-то мужик, бессильно пытающийся избавиться от невидимых пут. Кто это? Почему он живой, а остальные мертвые?
— Ты кто?
— Аааа-ааа….
— Понятно…
Это меня
Сняв «контроль», тут же полегчало. Голова перестала гудеть от напряжения и лишь несколько шишок напоминали о проблемах в этой части тела. Пыль осела на землю.
Увиденное побоище вызвало одну лишь тошноту, но я сдержался. Концентрация огня тут же увеличилось, с таким объемом пуль справлялся с трудом. Сейчас явно не до рвоты…
Вспомнив зачем пришёл, тут же взял себя обратно в руки. Семья! Надо узнать, где они! То, что я по неосторожности попал в западню до моего сознание уже дошло и думать об этом категорически не хотелось. Именно поэтому произошла мясорубка, пускай я себя и не контролировал.
В сознательном состоянии найти подходящего языка не составило особого труда, к счастью больше никого убивать не требовалось. Зачем, если можно просто подлететь, выкрасть кого-нибудь одного и скрыться за домом? Поднятый в воздух парень извивался как змея и вообще вёл себя ни разу не «по-военному», однако информацией, всё же, владел. За обещание не убивать выложил всё подчистую, сообщив, что гражданских из городка вывели недавно. За два часа до моего прибытия…
Маты делу не помогут, пришёл в движение незамедлительно. Покинул территорию обстрела, набрал высоту и начал «пикировку». Это своего рода разведка, только по кругу. Сам этот термин придумал, к счастью летунов-одиночек в мире ограничено, какие-нибудь наркоманы, онейронавты и ваш покорный слуга, если по-простому.
Нашёл более-менее подходящую для техники дорогу и двинул по прямой, пытаясь рассмотреть дальше своего носа. Периодически глаза застилал туман, это так перегрузка способности себя выдаёт, но сделать паузу на остановку не позволил. Тянул лямку до конца, выплескивал все резервы и нещадно толкал себя вперёд, лишь бы успеть быстрее перевозчиков.
100 км\ч, 200… 300… мчался со скоростью быстрейшего болида, не жалея помятое от крушения тело. Не время расслабляться, отдохну позже.
Первые признаки уезжающего транспорта заметил спустя 10 минут в режиме торпеды. Поднятая колёсами пыль выдавала местоположение машин преждевременно. Опять ускорение. Опять преодолевая пределы. Опять преодолевая тошнотворное головокружение. Силы явно на исходе…
Никакой тактики не придерживался, как увидел колонну из грузовиков зелёной раскраски, тут же пикировал вниз. Ни тебе атаки в слепую, ни создания ловушки, ни игра в автомеханика. Просто подлетел к самому первому транспорту на уровень бокового окна и усыпил водителя. Рывок вперёд, повторить и следующий. И так, пока все машины не закончились, встав поломанной змейкой.
Какой-то
Покончив с самыми храбрыми, перешёл к пленным. Те уже успели разбежаться во все стороны, однако мы были в поле — беги, не беги, всё равно тебя видно.
— Ле-е-е-е-н-н-а-а-а-а-а! — кричал я, пролетая рядом с каждым скоплением.
Увы, если кто и оборачивался, то исключительно с незнакомой гримасой, полною страха. С каждой пройденной группой надежды оставалось всё меньше и меньше, пока не закончилась окончательно. Ни сестры, ни родителей здесь не было. Одни напуганные женщины, дети и старики, видевшие во мне самого настоящего зверя…
— Извините…
Не знаю зачем извинился перед одним гордо стоящим стариком, скорее всего постольку-поскольку. Только сейчас до меня дошло, как здесь для всех выглядел и что в сущности своей сделал. Однако ни вины, ни сожаления, ни печали не испытывал, её затмевала злость, вырывающаяся наружу.
Быстрее… Быстрее… Быстрее…
До следующего военного городка, по совместительству являющегося моей последней надеждой, летел невероятно долго, скорость держалась ниже среднего. Больше выдавать не получалось, тело не выдерживало, ребра нещадно болели. О передышке не могли идти и речи, на это не было времени.
Координаты агента привели к аналогичному месту, разве что несколько более скудному. Меньше зданий, больше казарм, слишком мало мест общего пользования. Люди, если они там вообще были, не покидали своих нор, разве что несколько постов, продолжающих нести службу.
Брать ещё одного языка не требовалось и так всё понятно. Уже ретировались. Остался самый минимум, явно без гражданской основы…
Два часа. Примерно столько я парил вдоль дороги, пытаясь найти хоть намёк на движение. Вокруг пустырь, территория просматривается на километры вперёд, но нифига, нет даже пылинки. Когда вышел на асфальт стало ещё хуже, количество троп увеличивалось, дороги стали пересекаться и навигатор уверенно говорил, что дальше пойдут населённые пункты…
Как меня тогда изнутри разрывало, это ничего не сказать, злость стремилась выйти наружу. Как сдержался и не уничтожил солидную часть трассы уму не представляю, терпел исключительно на силе воле. Хотелось что-нибудь сломать, кого-нибудь побить и всё вместе сделать с кем-то определённым. Этот кто-то должен быть заперт в заброшенном доме, обвязанный похлеще новогодней ёлочки.
Убью… убью эту лживую тварь…
Какой-то частью себя понимал, что виноват только я сам. Именно я поверил в басни агента и именно я накрутил ожиданий, но разве вывод после чем-то поможет? Да и к тому же сложно разговаривать с самим собой, когда вторая часть преисполнена злобой. На любой аргумент всегда найдётся противоположное желание и всё тут. Увы, со злостью не поспоришь…