Телекинез 2
Шрифт:
— Сам расскажешь или для начала полетаем?
Скажу сразу — не полетали. Чувак слишком долго отнекивался, что он не при делах, просто водитель и ничего не знает, ну а я клюнул. Говорил тот не то, чтобы искренне, просто я примерно так всё и представлял. Кто в здравом уме будет информировать обычных исполнителей? Их дело прийти, напасть, забрать и доставить. Дальше дело перейдёт к другим спецам и так пазл сложится. Ну а имена всех участников и адреса вытаскивать было не к месту, итак наделал много шуму. В общем свалил, как только понял, что ничего из этой затеи не выйдет.
Расслабился? Возможно.
Дом — милый дом. Ещё одна частичка чего-то родного, что заставляют мою чёрствую душу наливаться добротой и спокойствием… Правда, ненадолго…
Ожидаемо в доме родителей тоже было пусто, что спровоцировало мою флягу на очередную течку. Других ориентиров больше не было и в помине, куда ещё родители могли уехать без моего ведома узнать я был не в силах. А что делает человек, когда его загоняют в угол? Правильно, в первую очередь он старается дотянуться хоть до чего-то, что принесёт в его прежний мир хоть какое-то спокойствие. Лично я не был исключением.
Наплевав на то, что и здесь меня ожидает засада, телефон сестры набрался быстрее, чем сознание успело придумать отмазку. Привычные короткие гудки, опять кто-то слишком быстро взял трубку, опять тишина от выключенного микрофона и …
— Привет, Лен, — сестра погрузилась в ступор от такого невзрачного приветствия. А я же просто был рад её услышать…
— Привет… Ты сдашься? Скажи мне, что ты позвонил, чтобы сдать… — сестра говорила урывками, микрофон периодически пропадал, будто она с кем-то советуется…
— Где вы? Далеко уехали?
— Серёжа! Прошу тебя… пожалуйста… не усложняй ситуацию… я не могу так больше…
— У тебя связь пропадает. Вы за городом?
— Это не шутки… брат…
Сколько это может продолжаться? К чему всё это? Чего ты добиваешься?… В общем, разговор вышел скомканный, будто играл в одни ворота. Возможно я и поплыл, возможно, растрогался, но самообладание не терял, слушал весь этот заранее запланированный бред с твёрдым внутренним стержнем. Сдаться? Позволить всем вокруг и дальше творить беспредел? Лечь на кушетку и готовиться к ожидаемым опытам? А всё для чего? Ради обещаний, что хоть что-то изменится? Что от родителей отстанут и не будут использовать в качестве последнего аргумента? Я бы посмеялся, но мне уже надоела эта мерзкая ирония…
Сколько я так просидел, погрузившись в пучину отчаяния, не знаю, но наверняка времени прошло немного. Нахлынувшая апатия всё никак не проходила, новых вариантов по спасению я придумать не мог, не та ситуация. Всё что мог это безрезультатно сидеть на родительской кровати да уткнуться в старый ковёр, в надежде, что хоть что-то изменится. Что последующий стимул явится сам, без затей и забот, предложив раз и навсегда решить все проблемы.
И, знаете, никогда бы не подумал, что ирония бывает
— Да…
— Сергей Михайлович? Вас беспокоит ООО «Цемент», мы ранее с вами уже общались.
Никогда бы не подумал, что звонки бывают настолько неожиданными, но… так бывает. Вмиг вся апатия куда-то делась, разум тут же взбодрился. Это те самые «неизвестные», кто «помогал» мне ранее? Ну и где ваша помощь теперь? Да и что им вообще от меня сейчас нужно?
— Что надо?
— Да бросьте, Сергей Михайлович… Помните, мы же с вами договорились? Понимаю, делов вы наворотили знатных, теперь за вами охотятся все, кому не лень, но нашей договорённости это не отменяет. Сказать почему?
— Слушай сюда, капитан очевидность. Либо ты говоришь по делу, либо мы с тобой поссоримся. Что выбираешь?
— Ну зачем вы так, Сергей Михайлович. Я же так… шутки ради, чтобы приподнять вам настроение…
— Кхм…
— Так о чём это я? Ни на что не намекаю, но через 7 минут у вас там будет жарко. Точное количество человек назвать не смогу, но несколько отрядов там будет. Предлагаю вам улетать оттуда, как можно быстрее, сами понимаете, не всегда информация от третьих лиц бывает достоверно точной.
— Улететь? То есть, помощь ты предлагать не собираешь? Место, где можно передохнуть или поделиться информацией?
— Не в наших силах, Сергей Михайлович. Мы и так идём на риск, предупреждая вас о ближайшем событии. Поэтому, убедительная просьба ликвидировать телефон после нашего разговора в самые кратчайшие сроки.
— Ясно. Ещё есть что-нибудь? Хотя бы намёк, кто на меня так взъелся?
— Ну что вы, Сергей Михайлович. Я так понимаю вы и сами уже обо всём догадались? Впрочем, это не секрет, инициатором всего предприятия по вашей поимке является один особый отдел в правительстве.
— А название у этого отдела есть?
— Может и есть, но нам оно неизвестно. Минобороны, что с них взять? Что-что, а в центре там секретность на уровне, ничего мимо не проскочит.
— Ага, не проскочит… В общем, я тебя услышал.
— В таком случае не буду вас больше отвлекать, Сергей Михайлович. Мы помогли вам, ну а там кто знает, вдруг вы поможете нам?
— Посмотрим…
— Всего хорошего, Сергей Михайлович! Можете не благодарить, — не произнеся даже ноты недовольства, неизвестный коммивояжёр из ООО Цемент завершил звонок.
Минобороны значит… ну что же, это всё меняет…
Не то, чтобы я и сам до этого не дошёл, но структур у государства куча, такая подсказка дорогого стоит. Одно дело, когда сам строишь теории, которые, к слову, не всегда сбываются, а совсем другое получать симметричный намёк от заинтересованных лиц. Человек — существо социальное, да? Никак не может без подтверждения извне…
Прозвучало бы излишне масштабно, что в один миг я собрался да резко понял, что надо делать, однако количество доступных вариантов весомо сократилось. Минобороны, да? Чего они от меня добиваются? Что хотят сделать после поимки? Чем собираются её добиться? Ответить на вопросы, увы, не представляется возможным, зато намёки тут прослеживаются более-менее понятные.