Телекин

Орвар Алекс

Встав и вяло поморщившись от почти утихшей боли в голове, я вытряхнул последнюю сигарету из пачки и закурил, периодически бросая косые взгляды на то, что осталось от керамической тарелки. Либо я чего-то недопонимаю, либо тут происходит какая-то чертовщина пополам с мистикой.

Не поверив в мистику, внимательно осмотрел руки и пришел к выводу, что поломка в виду моей незаурядной "руковитости" исключается, руки были чистыми, следов борща не замечено. Как вариант: сжал тарелку локтями во время одного из приступов боли? Чертовщина какая-то.

Пожав

плечами и так и не придя к каким-либо более точным выводам, я затушил сигарету, взял в руки тряпку и пошел наводить чистоту и порядок… Как говорится, вывод – это место, где ты попросту устал думать. Вот и я лишний раз не хотел напрягать свою и без того пострадавшую и очень даже уставшую «думалку».

Пятнадцать минут и две сигареты спустя (нашел таки заначку на черный день), я присел за пустой стол и постарался как следует напрячь память и вспомнить все события, предшествующие моему незапланированному визиту на больничную койку: вспомнилась лестница и мужик (которого, к слову я не разглядел — помню лишь смазанный темный силуэт и не более того), с которым я столкнулся, а вот дальше ничего, сплошная темнота.

Как не напрягал свою пострадавшую голову, я так и не смог вспомнить, что именно сказал мне этот мутный тип?

Я помню только то, что его слова меня до крайности удивили! Но что он мог мне такого сказать, что меня бы так сильно удивило?

А может – это все бред сивой кобылы, и мне все привиделось? Не зря же свидетели утверждают, что никого рядом со мной во время моего бесславного падения не было. Не было!

Раздавшийся дверной звонок оторвал меня от столь безрадостных мыслей и, не побоюсь этого слова, размышлений. Кого еще там принесло на ночь глядя?

— Доброго вечера, сосед — стоило мне лишь приоткрыть дверь сказал Толик.

Толик — мой сосед по лестничной площадке и в целом достаточно тихий и незаметный мужичок.

— Привет. — а что мне ему еще сказать? Принесла же нелегкая…

— У тебя все в порядке? Я слышал крик.

Я сделал самую дружелюбную мину из всех возможных и кивнул:

— Толя, все в полном порядке, как раз собирался ложиться спать. Но спасибо, что… в общем спасибо.

Толик как-то странно посмотрел на меня и вздохнул.

— Если что, обращайся. По-соседски. — произнес Анатолий с какой-то непонятной…жадностью?

Блин, мне показалось, или у него действительно был тон ждущего законную зарплату офисного планктона?

— Конечно. Спасибо тебе, а теперь спокойной ночи. — каюсь, не слишком дружелюбно, но поставьте себя на мое место: больница, жуткие головные боли и в целом состояние “нестояния”. Да вон даже тарелку разбить умудрился!

Закрыв дверь на все замки, я выдохнул и решил все-таки отправиться на заслуженный отдых. Не смотря ни на что и вопреки всему!

Протопав до своей постели, я рухнул плашмя на кровать, подгреб под себя подушку и почти мгновенно вырубился.

Засыпая, я еще успел подумал о том, что этот странный визит соседа так бы и вылетел у меня из головы, если бы не прощальный взгляд соседа.

Взгляд

человека, которому известно больше чем мне. Взгляд, в котором напрочь отсутствовало показное соседское дружелюбие. А вот что там присутствовало — с этим мне еще предстояло разобраться.

Глава 2. Думай о хорошем

Утро начинается не с кофе. Это становится очевидно, когда ты просыпаешься рано утром с головной болью и посреди почему-то (или чем-то? А может кем-то?) полуразрушенной комнаты.

Совершенно обалдев от открывшейся моему сонному взгляду панорамы, я приподнялся на локтях и принялся внимательно осматривать свои родные пенаты: вон покореженная люстра чуть ли не рассыпалась в труху (она и до сегодняшнего утра на ладан дышала), а вот тут дверца шкафа решила самостоятельно прогуляться по направлению к свободе, то есть к окну (к слову, окно тоже изрядно пострадало, трещины маленькие и большие змеились почти по всей площади оконного проема). Одежда из шкафа так вообще раскидана по всей территории комнаты! Погром в общем.

— Компьютер! — первое, что вырвалось из моего пересохшего горла.

Резко вскочив и пошатнувшись от прилива крови к голове, я прыжком через завалы из вещей переместился к рабочему столу (откуда только силы взялись? Даже уже привычная боль отступила на второй план) и начал ощупывать и осматривать свое самое дорогое имущество в этой квартире. Для любого сисадмина его личный ПК — это храм и святыня в одном флаконе.

Очень странно: новехонький двадцати семи дюймовый монитор как будто рывком передвинули к краю стола при этом оставив нехилую такую вертикальную трещину на экране, края которой (вот уж чудеса) были слегка выгнуты наружу. Бесовщина!

Мои “следственные эксперименты” нагло и своевольно прервал порядком поднадоевший (надо же, аж целых два звонка за сутки!) дверной звонок.

Опять сосед, наверняка! Пришлось мне оторваться от жизненно важной миссии по реабилитации своего железного друга, пройти в коридор и посмотреть в глазок чтобы в очередной раз убедиться: и правда – опять Толик, он меня что, преследует?

— Все в порядке, здесь люстра упала! — проорал я сквозь закрытую дверь, развернулся и пошел обратно, даже и не думая слушать невнятное бурчание с той стороны двери.

Да уж, ничего умнее я ответить соседу не смог, ну да мне простительно — слишком много всего свалилось за эти сутки. Слишком!

Сегодня я чуть не потерял своего «железного друга», но все же сумел его реанимировать (новый монитор,правда, пришлось выбросить в утиль) и сейчас с большим удовлетворением посматривал на фирменный логотип знаменитой операционной системы.

Глубоко вздохнув я в последний раз обвел взглядом комнату, по которой будто татаро-монгольское иго прошло. Туда и обратно прошло. Выдохнул и, аккуратно переступая через образовавшиеся ночью завалы, поплелся на кухню – кофе сам себя на заварит.