Техномонстры
Шрифт:
Я люблю её…
Наши губы соприкоснулись. В самом страстном, желанном, прекрасном и неповторимом поцелуе.
А потом всё вокруг потемнело, поблекло. Поднялся ветер. Шурша листвой, он сыпал в глаза крупинки песка. Запах цветов смешался с гарью кузниц. Даже это прекрасное место небезупречно. Даже в нём бывают свои плохие дни. Что тогда говорить об окружающем нас мире?..
Мы решили вернуться домой.
Джина попросила забыть о случившемся. Ведь это всего лишь ошибка. Мы прекрасно всё понимаем. Она говорила, а глаза были полны страсти. Но эта страсть тонула в накатывающих волнах
Дальше — как и прежде. Мы пришли в дом. Хозяйка накормила. Друзья ещё не пришли с таверны. У Джины была отдельная комната. В ней она и закрылась, заранее пожелав мне спокойной ночи. Её улыбка была наигранной. Кажется, дорожка к её сердцу вновь покрылась инеем. Как и раньше.
В тот день мне показалось, что я смог растопить его, покрыть ковром зелени и цветов. Неужели я ошибся? Нет, мне действительно это удалось. Но только на несколько мгновений. Зачем она топит свои желания? Зачем рвёт, замораживает мои цветы?
Следующим утром на тренировку. Нужно было набраться сил. А я за всю ночь не сомкнул глаз. Я сгорал от желания и стыда одновременно. Если бы был способ избавиться от этих душевных мучений! Но его нет, и никогда не будет. Кому как не мне это знать? Даже смерть не способна с ними справиться. Ведь душа будет страдать ещё больше. От того, что нельзя будет что-либо изменить…
Трудно поверить, но всё это бесконечное издевательство над нами на полигоне, эта непомерная зубрёжка книг и хроническое недосыпание — лишь начальная стадия тренировки. Подготовка к главному испытанию. Когда Риоллиос об этом сказал, "радости" нашей удержать нельзя было… Мы тут, знаете ли, загибаемся от нагрузок, а это только начало! Какое ещё к гиреновой матери испытание? А это всё детские игры, значит?
В общем, когда подошло время к финальному испытанию, наши нервы и силы были на пределе.
В конце одного ничем не отличающегося изнурительного дня точно помню, как ложился спать в доме Килфы. А вот проснулся совсем не там, где следовало бы. Вместо мягкого матраса и простыней подо мной лежал ковёр засаленной соломы. Мне до сих пор не ясно, как я не проснулся раньше: в помещении жутко воняло крысонами. Их тошнотворный запах и мертвеца поднять способен. Да и вообще, как я оказался в этой дыре? А может, я сплю? Глупое предположение. Даже в самом смелом кошмаре такая вонь не возникнет!
Осмотревшись по сторонам, я не нашёл ни одного повода для повышения и так упавшей донельзя морали. Скалистые стены. Меня что, в пещеру приволокли? Очень оптимистичная весть! Ненавижу пещеры! С меня прошлой, полной летучих мышей, хватило.
Слабый свет настенного факела освещал помещение. Я задел ногой в соломе что-то твёрдое. Факел. Тут бы и дурак догадался его поднять и поджечь от настенного огня. Вонь была настолько невыносимой, что буквально выталкивала вон. Но перед тем как уйти, я решил покопаться в соломе. К глубокому сожалению, предполагаемое оружие обнаружить не удалось. Не очень-то и хотелось идти в тот тёмный коридор без меча-другого. Но выбор был невелик: или остаться в комнате и нюхать отвратный запах экскрементов крысонов, или идти в единственный прилегающий к ней выход. Я выбрал единственно правильный вариант.
Узкие
Не смотря ни на что, я шёл вперёд.
Нога наступила на выступ, тут же вдавившийся в пол. Над головой распахнулись створки и из потолка посыпались кровососущие черви. Зубастыми присосками они впивались мне в лицо, шею, грудь, пальцы, заползали за пазуху, лезли в нос. Я уронил факел. Так уж вышло, что уронил его в лужу. Предсмертно прошипев, он погас. В полном мраке меня грызли черви. Первое время я кричал, пока они не забили мне рот, пытался отдирать этих скользких ползучих гадов, но их зубы крепко впились в кожу. Кольцевидные тельца рвались, оставаясь передней зубастой частью на мне. Если бы в тот момент я мог выбрать между испытываемыми мучениями или смертью, я бы второй вариант не отвергал…
В таких ситуациях панике места нет. Хорошо, что вспомнил об этом. Попытался успокоиться. Удалось, насколько это было возможно. Заползших в рот пережевал и с отвращением выплюнул. Было тяжело дышать. Долго так не протяну. Руками эту дрянь не отодрать. Чем больше шевелиться — тем больнее будет. Тут только магия помочь может. Я начал представлять, как бурые тельца кровососов начнут скручиваться и лопаться в пламени. Моя кожа загорелась. Боли я больше не чувствовал. Скорее — очищение. Словно драг, сбросивший после зимы с себя шкуру. Все черви сгорели. Но вместе с ними сгорела и моя одежда. И волосы. Я высморкал останки паразитов. Дрожащими пальцами ощупал голову. Пышная причёска сменилась лысиной. Что ж, я давно хотел подстричься…
Заклинание отняло много сил. Но идти я ещё в состоянии. С каждым днём магическое существо внутри крепчает. Раньше я бы на месяц отключился от подобного перенапряжения.
Факел покоился в луже. А я шёл дальше. Представил, что могу видеть в темноте как днём — и смог. Что это, что прошлое заклинание я вызвал впервые. Раньше даже и не догадывался о таких способностях.
Идти голым по сырому тоннелю — занятие не из лучших, хотелось бы отметить. Босые ноги хлюпали по скользким холодным лужам. Заболею, должно быть. Когда это всё закончится, нужно будет неделю из кровати не вылезать. Пить лекарственные отвары, элем и вином запивать. Да, и чтобы Джина уксусные компрессы меняла…
По дороге я наткнулся на металлическую лестницу, ведущую в отверстие в потолке. Тоннель не заканчивался — идти можно было дальше. Но мне показалось более правильным полезть вверх. Как выяснилось — зря.
Лестница привела в громадное помещение. Ничем не примечательное. Разве что с дырой в стене размером со слопра. Я уж было подумал, что та дыра — выход. Пошёл к ней. Но грозный рык оборвал все мои надежды. Вот откуда тот звук по туннелю растекался! Только его усиления мне и не хватало для полной остроты ощущений!