Технократ
Шрифт:
— Мы отрезаны от всего остального мира, — многозначительно вещал толстый уру, разодетый в черно-синий бархатный камзол и стоящий около стены дворца. — Это продлится еще пару дней. Но вскоре ожидается крупный град. Он пробьет даже крыши домов. Поэтому все выкапывают убежища.
— Все не так, мой друг, — возражал тагга с длинными светлыми волосами и в розово-зеленом кружевном камзоле, — не далее как сегодня облако упадет на город. Оно ведь твердое. Вот новая власть и беспокоится.
— Почему же вы тут стоите? — отвечал третий, мелкопоместный уру в серой потертой куртке. — Прячьтесь!
— Дело в том, мой друг, —
Михаил не догадывался, что жители городка столь высокого мнения о его особе, и продолжал размышлять, иногда лишь отвлекаясь, если Аррал слишком громко бил по столу. Король оказался в сложной ситуации. Случившееся было неожиданным и ломало все предыдущие планы. Точнее, планы-то сохранялись, но их реализация откладывалась на неопределенный срок. Владыка Ранига и Круанта пытался делать вид, что воспринимает все как должное, без особого удивления, но на самом деле это было не так. Объяснения происходящего молниями мелькали в его голове, сменяя друг друга. Король ничего не говорил о них, озвучивая лишь самые общие выводы. Он сильно беспокоился: некоторые версии его откровенно пугали. В конце концов Михаил решил поделиться с Арралом кое-какими соображениями.
— Знаешь, — внезапно сказал он, — а ведь мы неправильно думаем. Ты вот думаешь о чем? Я — о технической стороне дела. Почему ни взрывы, ни молнии не принесли пользы, почему там столько слоев, почему они такие разные…
— Я ни о чем не думаю, — буркнул Аррал, замирая. — Точнее, о том, что с нами будет, если эта штука начнет сжиматься быстрее.
— Что с нами будет, это как раз понятно, — махнул рукой Михаил. — Часа через три-четыре мы войдем в историю. Но вот почему? Это важный вопрос. О нем нужно думать.
Аррал хмыкнул и вновь быстро пошел к двери, чтобы там развернуться и направиться к окну, а потом повторить процедуру.
— А суть в том, — продолжал король, — что существующая система не выглядит устойчивой, хотя таковой является. Эти дворяне, короли, императоры… мишура! Править должны ишибы, и только ишибы. Никаких дворян!
Аррал посмотрел на Михаила с опаской, как на умалишенного.
— Твое величество, при чем тут это? Мы через три часа умрем.
— Но правят монархи, — упорно продолжал король. — А бездельники дворяне загораживают проходы дворцов.
Тревога во взгляде Верховного ишиба усилилась. Но сказать он ничего не успел. Раздался стук в дверь, и на пороге появился гонец в синем халате с тонким золотым шитьем.
— Твое величество, оно двигается чуть быстрее. Часа через полтора достигнет ворот, если ничто не изменится.
— Я понял, — ответил король. — Ступай. Докладывайте мне о любом изменении. Слышишь? О любом.
Гонец поклонился и вышел.
— Полтора часа! — Аррал потряс руками.
— И я вот думаю, — произнес Михаил прежним ровным тоном, — почему не правит совет ишибов? Ведь это — идеальная форма правления для этого мира. А нет ни одной страны, где ишибы руководят, а все обычные люди низведены до положения бесправных рабов. Такое ведь, по сути, предлагал Олеан… Ты скажешь — мораль, дети-ишибы рождаются у неишибов, и наоборот… Родители защищают детей, а дети — родителей… Это — ерунда, Аррал. Мораль подстраивается под запросы. Если бы нечего было жрать,
— Ты пугаешь меня, — ответил Верховный ишиб. — Может быть, приказать принести воды?
Дверь вновь распахнулась, на этот раз без стука, и в комнату вбежали две дамы: Илания и Мадея.
— Мы погибнем! — с порога крикнула Илания, заламывая руки. — Шенкер мне все рассказал! Твое величество! Твое величество! Погибнем! Умрем!
— Непременно умрем, непременно, — успокоительно ответил король. — Когда-нибудь. Что угодно твоему высочеству?
Принцесса умолкла. Почему-то в присутствии короля она растеряла весь свой пыл.
— Но ведь говорят, что нам жить осталось всего пару часов! — наконец произнесла Илания с придыханием. — Нужно же что-то делать!
Мадея просто стояла рядом, но руки заламывала точь-в-точь как принцесса. Илания была в светло-зеленом платье, а Мадея — в темно-желтом. Девушки очень гармонировали друг с другом. Вообще же Михаил уже задумывался над тем, что встречал Мадею когда-то раньше, но сейчас не было времени вспоминать.
— Осталось жить не пару часов, а почти три, — сказал король. — Облако только через полтора часа достигнет стен города. У твоего высочества еще уйма времени.
— Уйма времени для чего? — опешила принцесса, бросая недоуменный взгляд на спутницу.
Но ответить королю не дали.
— Его величество очень занят! — замахал руками Аррал прямо перед носом у изумленной принцессы. — Он думает. Зачем его отвлекать?!
От столь непривычной грубости Илания задохнулась. Конечно, Верховный ишиб Ранига и Круанта никогда не был замечен в куртуазных манерах, но чтобы так говорить с принцессой империи…
— Я провожу твое высочество. — Аррал тут же воспользовался растерянностью дам. — И тебя тоже, госпожа.
Верховный ишиб довел обескураженных девушек до дверей и крикнул страже, как обычно, метко подобрав слова:
— Никого не пускать, кроме гонцов и тех, у кого есть предложения, как нам выйти из передряги!
Аррал вернулся к королю, но не успокоился на этом. Он подошел к большому квадратному окну, распахнул его и заорал, адресуясь шумной дворцовой площади:
— Соблюдайте тишину, господа! Соблюдайте тишину! Его величество король думает над вашими проблемами!
Вмиг все стихло. Собравшиеся на площади переглядывались, а если и переговаривались, то исключительно шепотом. Если бы слова Аррала касались Муканта или императора Уларата, это не привело бы к такому эффекту. Но Нерман — другое дело. У него была репутация монарха, который знает, что делает, — человека на своем месте.
Король отрешенно наблюдал за деятельностью своего учителя. В голове Михаила роились самые удивительные предположения.
— Понимаешь, Аррал, — как ни в чем не бывало продолжил король, — я могу превращать обычных людей почти в ишибов, а Олеан хотел истреблять неишибов. Это — две крайности, у которых было два могущественных лидера. Наши с Олеаном идеи привели бы к более устойчивым системам, чем существующая. Ты видишь, куда клоню? Сама по себе существующая система не разрушится, ее могут уничтожить лишь люди. Всегда люди! И если этих людей вовремя истреблять, лучше вместе с соратниками, то система останется прежней.