Тебе принадлежу
Шрифт:
—Да, — произношу, — сиди, — рычу на малышку, когда та делает попытку слезть с кровати. Прижимаю к своей груди, целую в шею, не обращая внимания на родичей.
— Кажется внуки у меня появятся раньше, чем я мог себе представить, — в очередной раз выдает шутку Олег и перехватывает летящую в него подушку. — Да ладно тебе, Катюш, папка у тебя понимающий.
—Папка у меня предатель.
—Ладно, к нашим баранам, — вмешивается отец. Не хотел его в это впутывать, просил ведь не лезть. Чего, спрашивается, сорвался, мне давно не пять и проблемы свои я привык решать сам. Сидел бы себе за городом, дышал свежим
—Нет, — качаю головой, — это была хорошо спланированная акция.
Отец хмурится, но ничего не говорит, откидывается в кресле и ждет пока продолжу.
– --
—В клубе очередной передоз, ментов вызвали, меня среди ночи вытянули, шестой случай, за последние две недели, — вздыхаю и поглаживаю по спине малышку, чувствуя ее напряжение.
—Погибшие? – спрашивает отец.
—Пока все живы, — отвечаю.
—Как тебя подстрелили? Куда на хрен смотрела охрана? — повышает тон отец, обращаясь к Олегу, чьей вины, впрочем, здесь точно нет. Он также отошел от дел и его место занял сын.
— Прекрати, пап, как я и сказал, все было хорошо спланировано, к моему приезду у клуба было не протолкнуться, стреляли из толпы, охрана бы в любом случае не успела среагировать.
—Уволю всех не хрен, — вздыхает отец и устало потирает переносицу.
—Хватит, - произношу, как можно спокойнее. — Ты от дел отошел, вот и отдыхай, помидоры, млин, сажай, а со своими проблемами я разберусь сам, — отрезаю, предупреждая его дальнейшее вмешательство в свои дела.
Отца я знаю, у него разговор короткий – пуля в лоб, у меня, в принципе тоже, только со мной связываться страшнее, просто так сдохнуть я не даю. Стрелка я все равно найду и паскуду меня заказавшую тоже найду, и после того, что я с ними сделаю, смерть покажется милосердным даром судьбы.
—Не горячись, — примирительно говорит отец, — потирая ладонью лоб, - предположения хоть есть?
— Много предположений, бать, — усмехаюсь, — мы многим поперек горла стоим, начиная ментами, заканчивая шавками, что к власти руки тянут.
—Нарики говоришь? – задумчиво произносит отец. — Пусть парни прошерстят все помещения, не нравится мне это, — обращается к Олегу, чем несказанно меня злит.
—Пап, ты меня за идиота держишь? – рявкаю на отца. — Проверяют уже.
—Собак бы надо.
—Не найдут, - качаю отрицательно головой, — дрянь новая. Синтетик. Как работает эта хрень точно никто не знает, но трупы по городу уже в десятках исчисляются.
Уже после второго случая передоза начал подозревать, что это не случайность. Сначала пожар на кухне, где отродясь пожаров не было, столько бабла было втюхано в противопожарную систему. Замял дело, шумиха мне ни к чему, официальная версия – короткое замыкание, так спокойнее.
Охрану усилил в разы, допуск в клуб только после тщательного обыска и все равно, какая-то мразь эту дрянь новомодную в клуб тащила. В городе это не первый случай, но только в моем клубе за две недели шестеро чуть не окочурились. Остальных в переулках находили, да в наркопритонах. Столько лет, блядь, боролись с падалью, что наркоту в городе толкает, всех задавили, выдохнули и на тебе, снова. И будь это старый добрый «герыч» - пол беды, но неизвестный синтетик, блядь, пол города ляжет, пока я
—Что делать собираешься? – интересуется отец.
—Ждать, бать, ждать.
Мог бы что-то сделать, давно бы сделал. Единственный выход – ждать. Рано или поздно кукловод себя проявит, а я подожду.
—Менты за тебя сейчас крепко возьмутся, — предупреждает Олег.
—Я на это и рассчитываю, — усмехаюсь.
Есть у меня подозрения на этот счет, но уверенности нет. Уж больно быстро мусора реагируют, со звонка и пяти минут не проходит, а они уже тут как тут, будто наперед знают и выжидают, пока очередной вызов поступит. И каждый раз от меня звонящий в ментовку ускользает.
—А, если кто-нибудь погибнет? – подает голос малышка, которая все это время молча слушала наш разговор, не вмешиваясь и не задавая вопросов.
—Если я не найду гниду, что распространяет дурь по городу, погибнет куда больше народу, иногда приходится чем-то жертвовать, — отвечаю, глядя ей в глаза читаю в ее взгляде понимание. Ни секунды не сомневался в том, что она поймет и примет, потому и позволил ей остаться в палате, дочь Громова просто не могла не понять.
—Охрану усилить, — снова берется за свое отец, — лишний раз не высовывайся, пусть парни работают, в следующий раз тебе может повезти меньше.
—Нет, —отрезаю, — прятаться я точно не стану, они на это и рассчитывают, хотят ослабить нашу власть, подорвать авторитет, напротив, ни у кого не должно быть сомнений, семью должны бояться и уважать. Через неделю устроим прием в честь нашей помолвки.
—Ты спятил, — брови Олега летят вверх, — тебе сейчас вообще не нужно на людях показываться.
—Нет, - неожиданно вмешивается малышка. — Макс прав, наши семьи всегда были одним целым, но одно дело дружба, а другое семейные узы. Публичное заявление о предстоящей свадьбе укрепит наше положение.
Не могу удержаться, притягиваю в себе и целую, моя девочка, не ошибся я в выборе.
Очередной навязчивый стук в дверь заставляет меня оторваться от будущей жены, которая в свою очередь напрягается и впивается в мою грудь ногтями, когда на пороге появляется Лара.
Глава 26
Катя
—Серьезно? – вырывается у меня истерический смешок.
Впиваюсь ногтями в грудь Макса, понимаю, что нет между ними ничего, во всяком случае с его стороны точно, а глупая ревность все равно жгучей лавой растекается по венам.
Вперившись в девушку испепеляющим взглядом и, замечаю некоторую неуверенность в ее взгляде. Даже не так, в ее взгляде, лишь на мгновенье мелькает ужас, когда она сталкивается лицом к лицу с моим отцом и отцом Димы. Девушка делает шаг назад и впечатывается в грудь вошедшего следом Матвея.
—Лара, - как-то очень мягко, с ноткой нежности в голосе обращается к ней Макс, - нормально? – спрашивает и я слышу еще одну нотку – беспокойство.
—Да, — кивает и откидывает назад длинные густые волосы, возвращает себе прежнее состояние и снова превращается в надменную стерву, какой я успела ее запомнить. Странный метаморфоз.