Тебе понравится
Шрифт:
— Только не надо этих телячьих нежностей. Я, правда, рад, что вы с Патрицио дали друг другу еще один шанс. Он мне нравится, Кейра. Всегда нравился. Прикольный чувак.
— Я все слышал, — сообщил Патрицио, как только Кейра закончила разговор.
Она слушала, как он позвонил племяннику, и более-менее поняла смысл, хотя Патрицио и говорил на беглом итальянском. Мужчина отключил телефон.
— Этому парню нужна твердая рука. Я должен был предвидеть его реакцию.
— Все нормально,
Патрицио встал и отвернулся к окну.
— Я не могу быть для Бруно отцом, — сжимая кулаки, сказал он. — Я пытался занять место Стефано, но у меня не вышло. Никто не сможет заменить ему отца. Бруно злится и, несомненно, ищет повод, чтобы выпустить пар.
— Ты старался. Всем сложно, Патрицио, а особенно Джине.
Мужчина повернулся к Кейре.
— Нам пора идти. Чем скорее все кончится, тем лучше.
Кейра вышла следом за Патрицио из офиса. Провести с ним вечер уже не очень просто. Но чтобы снова зваться его женой… Ей потребуется вся смелость, и даже больше.
Патрицио жил в красивом имении в пригороде Мельбурна.
Итальянский мрамор покрывал пол холла и вел к витой лестнице, идущей на верхний этаж, где располагались роскошные спальни со смежными ванными. В гостиных и спальнях лежали ковры, а кожаные диваны и кресла так и приглашали присесть и отдохнуть.
Кейра старалась не смотреть на них, вспоминая, как часто именно здесь они предавались страсти.
— Переодевайся. Мне нужно еще отправить почту. Чувствуй себя как дома.
Это и был мой дом, вспомнила Кейра с грустью, поднимаясь по ступеням в спальню. Она отвела взгляд от большой кровати и подошла к шкафу. Мариетта, экономка, аккуратно развесила ее вещи в одном из отделений. Кейра взяла платье, которое Патрицио купил ей во время их путешествия в Париж в первые месяцы брака. Она зарылась в него лицом, а когда услышала звук за спиной и оторвалась от платья, то увидела перед собой Мариетту.
— Синьора Трелини, — улыбнулась женщина. — Рада снова вас видеть. Хорошо, что вы решили вернуться к синьору Трелини. Он не был счастлив с тех пор, как вы ушли.
— Здравствуй, Мариетта, — застенчиво произнесла Кейра, прижимая платье к груди. — Я тоже была несчастна без него.
— Я знала, что в конце концов все уладится. Вы с синьором Трелини… как это говорят… родственные души. Что ж, оставлю вас одеваться. Ваш муж сказал, вы идете на обед, чтобы отпраздновать свое воссоединение.
— Э… да… идем.
— Я приготовила для вас в ванной полотенца.
— Спасибо, Мариетта.
Кейра с удовольствием приняла душ после такого тяжелого дня и переоделась в простое черное платье и туфли на высоких каблуках.
Патрицио ждал ее внизу.
—
— Нет, спасибо. Я уже выпила воды.
— Ты чудесно выглядишь, дорогая.
— Благодарю…
Патрицио подошел ближе и взял жену за подбородок.
— Мариетта и Сальваторе еще здесь. А мы ведь влюблены, правда?
— Нет… то есть да…
Не успела Кейра опомниться, а Патрицио уже целовал ее — медленно, дразня.
— Мм… ты пахнешь клубникой. Или это вишня?
Женщина почувствовала, как по спине пробежали мурашки, когда Патрицио снова склонился к ней и снова впился в ее губы, на этот раз более требовательно. Она дрожала от желания. Их тела соприкасались. Его возбуждение было ощутимо. Как в прошлом. Как всегда.
Неожиданно мужчина отстранился.
— Мариетта и Сальваторе ушли. Я думал, они зайдут и пожелают нам доброго вечера. Этот поцелуй — для них.
Кейра облизала пылающие губы.
— Ясно…
— Иногда нам придется играть на публику, — соблазнительно улыбнулся мужчина. — Я не хочу, чтобы ты приняла такие сцены за чистую монету.
— Я знаю, что ты презираешь меня, — отозвалась Кейра. — Ты ясно дал мне это понять.
— Разве у меня нет права ненавидеть тебя, Кейра? Это ты разрушила наш брак, переспав с другим мужчиной. — (Кейра закрыла глаза, не в силах выносить взгляд мужа.) — Посмотри на меня, черт тебя возьми!
— Мне ж-жаль, — прошептала она. — Мне так жаль…
— Полагаю, ты не станешь оправдывать себя тем, что слишком много выпила.
— Но я не пила… Разве что полбокала… Правда, действительно плохо помню события той ночи… Только то, что мы поссорились и я поехала к Гарту…
— Где раздвинула перед ним ноги, как маленькая шлюшка, которой ты и являешься.
Кейра ощутила, что заливается краской стыда. Если бы она не проснулась обнаженной в постели Гарта на следующее утро, то не поверила бы, что способна на такое. Этим она предала не только мужа, но и друга, которого знала и любила с детства.
— Он заставил тебя стонать от удовольствия, Кейра? Заставил молить о продолжении так, как ты умоляла меня? Заставил?
Кейра зажала уши руками.
— Не надо. Прошу. Замолчи!
Патрицио схватил ее за руки, впившись пальцами в запястья.
— Ты ласкала его ртом, как меня? Ты…
Кейра почувствовала, что ноги не держат ее больше. Она побледнела, голова закружилась. Голос Патрицио звучал как в тумане. Женщина обмякла в его руках.
— Кейра?
Она открыла глаза, но они снова закрылись, и темнота сомкнулась вокруг…