Тебе назло

Риз Екатерина

— Нет бы сказал: не уезжай, я без тебя затоскую и умру, а ты?

Он хмыкнул мне на ухо, но тон бы вполне серьёзным.

— Побудь в Москве, так будет лучше.

— Почему? Что, вообще, происходит?

— Да в том-то и дело, что ничего не происходит. — Завьялов меня на кровать уложил, а сам выпрямился и пиджак снял. Хотел его на кресло кинуть, но я сказала:

— Ген, — и он со вздохом полез в шкаф за плечиками. — Объясни, — попросила я.

Генка плечами пожал.

—

Кто-то слухи распускает, уже и менты в курсе. Стучит, как дятел. Про важных гостей, когда они в клубе появляются, про игру, если она намечается. Это не есть хорошо. Это отпугивает клиентов, котёнок. Они перестают нам верить.

Я руки за голову закинула, потягиваясь.

— От клуба? Ну и чёрт бы с ним.

— Да? Ты знаешь, какую он прибыль приносит?

— И знать не хочу. Я тебе предлагаю семейным бизнесом заняться, а ты мне опять про свой стриптиз и карты.

— Каким семейным? — Генка одним коленом на кровать встал и ко мне наклонился. — Что ты выдумываешь?

— Ничего я не выдумываю. Я предлагаю тебе уехать в Москву. Вполне серьёзно. Хватит уже в казаки-разбойники играться, тебе лет-то сколько?

— Много, котёнок.

— Вот и я о том же. — Я ладонью по его груди провела, начала пуговицы на рубашке расстёгивать. — Здесь покоя не будет, понимаешь? — негромко и вкрадчиво проговорила я. — Твои и мои родственники нас с ума сведут. Я, конечно, папку очень люблю, но иногда он перебарщивает. Со мной в особенности. Вот скажи, почему он никак не поймёт, что я взрослая?

— Я, по-твоему, на семейного психолога похож? — Генка рубашку снял и на пол кинул. — Одно я знаю точно, ни до какого семейного бизнеса я физически не дотяну. Филин пристрелит меня гораздо раньше.

Я улыбнулась.

— Ты просто трус.

— Я не трус. Но я вполне обоснованно опасаюсь.

Его рука нырнула мне под подол, Генка рядом прилёг и поцеловал меня. Я ответила со всей страстью, по привычке принялась его затылок гладить, а потом короткие волосы в кулак захватила и потянула, заставляя Завьялова поцелуй прервать.

— Ну что ещё? — недовольно поинтересовался он.

— Повторю вопрос Стасика: Света отставку получила?

— Вот ты нашла время ревновать.

— Ген, я уезжаю завтра. Мне как-то не хочется, вернуться через две недели и обнаружить, что ты на ней уже женат. От этой дамочки можно чего угодно ожидать. — Он рассмеялся, а я его по плечу стукнула. — Она если и цветочек, то из джунглей. С виду милая, а сожрёт, и не подавится.

— Тебя, что ли?

— А ты привык думать, что я стерва, да? Любого за пояс заткну. А я, вообще, ругаться и скандалить не люблю. У меня внутри всё трясётся каждый раз, и я переживаю. А ты чурбан бесчувственный.

Завьялов

губами к моей шее прижался, нежно так, осторожно, и у меня поневоле дыхание сбилось. Голову откинула, чтобы ему поудобнее было, и глаза закрыла. За плечи его обняла, но уже через минуту сказала:

— Не смей с ней спать.

Генка на кровати сел и в сердцах сплюнул.

— Невозможно просто.

Я на его спину уставилась.

— А чего ты вскочил?

— А ты чего? Теперь понятно, зачем именно ты приехала! Мозги мне промыть перед отъездом!

— Потому что у меня выбора другого нет!

Он как-то нехорошо усмехнулся.

— Выбор есть всегда. Помнится, это ты мне говорила.

— Замолчи. — Я подушку к себе подтянула и под голову себе положила. Сложила руки на груди. — Она с тобой обо мне разговаривала, я правильно понимаю? Не ты же, в самом деле, первым заговорил, от тебя ведь не дождёшься. И что она тебе сказала?

Генка ко мне повернулся.

— Что ты раз за разом заводишь с ней неприятные разговоры.

— Какие это — неприятные? Правду и только правду говорю.

— Это какую же?

Я руку протянула и за пряжку его ремня ухватилась.

— Что ничего ей не светит. Ты мой, с головы до пят.

Завьялов машинально ко мне наклонился, когда я его к себе потянула, и ухмыльнулся мне прямо в лицо.

— Это кто тебе такое сказал?

— Я и так знаю. И чувствую.

Он головой покачал, глядя мне в глаза. Разулыбался.

— Бесстыжая.

— Да. Кто-то старался сделать из меня такую. Для себя старался. — Я руку убрала и на бок перевернулась, подперев голову рукой. — А если серьёзно, ты знаешь, что она с Оксаной дружбу водит?

— Ну, я бы не сказал, что дружбу…

— Значит, ты в курсе. И что ты об этом думаешь?

— Вась, я не влезаю в женские дела, ты же знаешь.

— И очень зря, я тебе скажу. Влезал бы, знал, что Оксана ей всё, что знала, о нас рассказала. А ещё больше придумала. Ген, ты ищешь подвох там, где его нет. Все слухи идут изнутри. Вот Оксана Свете рассказала, возможно, ещё кому-то, а Стасик в свою очередь ей рассказал о том, что утром меня здесь видел. Вот и всё.

— Светка не знает о том утре, я уверен.

— Пока не знает. Пока у Оксаны терпения хватает скрывать, она тебя побаивается. А вот найдёт коса на камень…

— Хватит тебе.

— Сам знаешь, что я права.

— Знаю, знаю, что права! — не сдержался он. — И поэтому тебе надо уехать. Если всё так, как я ду… как ты говоришь, то очень скоро по городу пойдут другие слухи. О том, что именно ты делала в "Логове". И тебе здесь делать нечего.

Я помолчала, его разглядывая.