Театр

Кокто Жан

Лже-Гавейн. Неужели вы испугаетесь какого-то авантюриста? Сколько их перебывало в Камелоте, и каждый воображал себя спасителем мира.

Мерлин. Возможно, тебе дано будет увидеть это печальное зрелище, так что нельзя терять ни минуты. Будь внимателен и запомни каждое слово.

Лже-Гавейн. Положитесь на меня. (Засыпает.)

Мерлин. Итак, на случай, если рыцарь успешно пройдет испытание, я подготовил свой ход. Едва испытание завершится, зал погрузится в сумрак;

от этой вот двери к окну проплывет некий свет, и ты услышишь нечеловеческий голос: «Грааль покидает вас. Грааль уходит. Если вы не хотите лишиться его, следуйте за Граалем».

Лже-Гавейн. Про Грааль что ни наплети…

Мерлин. Вот именно. Вся порча, которую я навожу своим присутствием, списывается на него. Дежурная фраза: «Губительные чары Грааля тяготеют над Британией». Так вот, едва Лже-Грааль подаст голос, как встаешь ты…

Лже-Гавейн. …как встает Лже-Гавейн…

Мерлин…и восклицает: Любезный дядя! Мессиры! Неужели мы позволим Граалю уйти? Неужели так и останемся сидеть, словно старухи, неужели не последуем за ним и не раскроем эту тайну? Что до меня, то я намерен догнать его и увидеть наконец лицом к лицу. Предлагаю всем пуститься на поиски. На поиски Грааля.

Лже-Гавейн. Туманно и все туманней.

Мерлин. Стол почти опустел. Самые доблестные далеко. Они воюют на дорогах с призраками и миражами. Ланселот остается из-за королевы, а Саграмур — чтоб не покидать Бландину. Им и так уже немного стыдно. Они так и вскинутся следом за тобой; а если король попытается удержать вас, повышай голос. А если он попытается отложить поиски, стукни кулаком по столу: «Как, дядюшка? Вы проповедуете малодушие?» Короче, выкручивайся как хочешь, но чтоб поход был объявлен, чтоб рыцари вооружились, чтоб двор огласился бряцаньем, лаем и ржанием. Нужно, чтоб рыцари отправились сегодня вечером.

Лже-Гавейн (подскакивает, пробуждаясь). Сегодня вечером!

Мерлин. Сегодня вечером.

Лже-Гавейн. А незнакомец? Если он — рыцарь Грааля, он не попадется в ловушку и предостережет остальных.

Мерлин. Будь спокоен. Я сумею создать достаточно неразберихи, чтоб извлечь из нее кое-какую выгоду.

Лже-Гавейн. Резюмирую: экспедисию провосирую я.

Мерлин. Безнадежен. А теперь тебе надо одеться. Скоро пир.

Лже-Гавейн. Одеться?

Мерлин. Облачиться в доспехи. Полагаю, ты не собираешься присутствовать на церемонии в костюме псаря.

Лже-Гавейн. Ошибаетесь: собираюсь.

Мерлин. Король потребует, чтоб ты переоделся.

Лже-Гавейн. Чего я хочу, того и король захочет.

Мерлин. Ты нарываешься на скандал.

Лже-Гавейн. Не вижу, в чем тут скандал. Думаете, это такая уж синекура — никогда не жить в собственной шкуре? Раз уж вы в кои-то веки заставили меня принять облик, который мне нравится,

естественно, я этим пользуюсь. А в виде Гавейна я себе очень нравлюсь.

Мерлин. О чем бишь мы говорили? (Лже-Гавейн оглядывает себя.) Джинифер! Дело серьезное. Прекрати любоваться этим нарядом с таким омерзительным легкомыслием.

Лже-Гавейн. Теперь я же любуюсь нарядом! А кто попрекал меня, что я не одет?

Мерлин. Я называю нарядом обличье, которое вовсе не твое и которым ты пользуешься лишь по моей воле.

Лже-Гавейн. Не сердитесь; я буду осторожным и послушным, обещаю.

Мерлин. Если незнакомец выдержит испытание, рыцари отправятся сегодня вечером; полагаюсь на тебя.

Лже-Гавейн. Полагайтесь, хозяин.

Голос Короля (снаружи). Любезный племянник! Гавейн! Куда, к черту, он подевался?

Лже-Гавейн. Опять за свое!

Мерлин. Тихо!

Лже-Гавейн. Уж любит меня, так любит!

Мерлин. Вот посмотрим, так ли ему полюбится твое присутствие за Круглым Столом в таком виде.

Лже-Гавейн. На что спорим?

Мерлин. Вот и он. (Входит король.) Сир, Гавейн искал вас.

Король. Где ты был?

Лже-Гавейн. Я кричал «дядюшка, дядюшка», пока вы кричали «племянник, племянник», так и разминулись.

Король. Я думал, ты на псарне.

Лже-Гавейн. А я был во дворе. До чего глупо! Так расположились звезды.

Король. В каком ты виде? Время не ждет, рыцарь уже близко. Тебе надо одеться, Гавейн.

Мерлин (в сторону). Ну вот.

Лже-Гавейн. Сир, вы меня удивляете. Неужели юность должна маскировать свое тело, как старость? Разве лани и дикие жеребята прикрываются парчой и бархатом?' Или я урод? Или я горбат, или кривоног, чтоб рядиться в неудобные одежды?

Король. Он прав, честное слово.

Лже-Гавейн (потихоньку, толкая Мерлина). Проиграли. (Вслух.) Спасибо, любезный дядя. Я был уверен, что вы с пониманием отнесетесь к этой новой моде.

Король. Интересно, что на это скажут наши святоши и наш поэт. Они вечно тут как тут, следят за мной, как сговорились. Они меня обожают, Мерлин, но им не по душе, что я смеюсь и живу весело. Право, у меня слишком серьезные дети, а перед супругой я прямо-таки робею.

Мерлин. Королева — святая.

Король. Верно. Королева святая, зато я не святой, и мои нововведения ей не нравятся. (Зовет.) Бландина! Гиневра!

Бландина (из-за кулис). Да, отец.