Театр Разума

Леонид Мечемир

Э-э-эм-м-м-м...

Фамильяр, по ходу дела, сбежал из головы самого Ховарда Лавкрафта.

Отвратительная... омерзительная... неведомая ёб... кхм, эпидерсия.

Вот уж действительно, крот-ублюдок, в самом наибуквальнешем смысле слова.

Приняв боевую стойку, я залил маны в зачарование и резко подбежал к адепту Ктулху, засаживая остриё где-то в области его затылка. Клинок прошиб позвонки с характерным критическому удару звуком. Бестия оказалась в оцепенении, но не сдохла, что ожидаемо от местной механики. Шипящий звук растворяемого дерева, прям как при переправе через озеро нечистот, очень жирно намекнул, что из себя представляет кровь пациента.

Обрадовало в данной ситуации только одно – заговорённый огонь резво перекрыл возникшее кровотечение, а остатки кислотной крови на клинке просто испарил. Нанеся ещё пару выпадов, прежде чем то озлобленное и брызжущее желчью ненависти чучело пришло в себя, я всё также резво ретировался нахер. В тот самый момент, на мою прежнюю позицию, с грохотом опустилась одна из щупалец.

Сука, ну и мерзость, она гноится!

Я сейчас блевану...

Натурально, желудок желает испражниться в обратную сторону, ибо кишкам такое говно задаром не надо. Пищевод, с ужасом видя всё то безобразие и заранее зная о предательстве соседей снизу, просто свернулся узелком. В общем, как говорил один чертовски смекалистый священник: «ну нахер!». Внебрачный сын старого авокадо и топографической карты Юты вскинул... мо-о-орду... и, всё также продолжая брюзжать щупальцами во все стороны, яростно заревел.

После чего ринулся в ответную атаку.

Отработанные на кружке исторической реконструкции приёмы и воспоминания из прежнего Виртхейма, особенно в первые дни пребывания, когда я ещё не был танком даже отдалённо – проявились в качестве некоторой механической памяти. Мне удалось кое-как мансовать противника и наносить колющие удары по флангу или в тыл. Наносимый урон никчёмен. Это говорит о достойной защите, в отличии от луговой живности. С учётом зачарования. В частности, заговорённый огонь спасает моё оружие от неминуемого растворения прямо в пылу сражения. Основной же урон выдаёт не модифицированное атрибутом оружие, а непревзойдённое кольцо пустоты, как бы намекая – возьми гладиус да не выёбывайся.

Божественная размансовка длиться вечно не могла, очевидно.

Немного запутавшись в ногах, одну из этих самых ног оплела мерзотная тентакля, а дальше этот ушлёпок решил притвориться охуенным барабанщиком, неистово лупя по земле моим бренным телом по разным от себя сторонам. Клянусь трусиками Андрасте, я увидел самого Вишну в конце тоннеля, пока не понял, что просто умываюсь кровью, а глюки, в виде тараканов-переростков с розовыми помпонами на конечностях, всячески подбадривают меня с песенкой на устах: «не сдаётся наш гордый Варяг!», под дирижированием зелёного чебурашки... ёптеть, он ещё и пыхает в процессе, ну чем не Цезарь.

Чёрт подери...

Как же... мне... сейчас... БОЛЬНО!!!

Не говоря уже о том, что в месте соприкосновения с щупальцем остался физический ожог. Этот гной оказался очередной кислотой и разъел часть брони, добравшись до голой кожи. Такой экспириенс вызывает во мне целую гамму эмоций, с бурей незабываемых офигительных ощущений.

Разница в нашей силе показана очень наглядно.

Ещё бы один заход, и я вполне мог сыграть в ящик, если бы не своевременное вмешательство Аверлексии. Так-то она не атаковала, когда тот на меня насел, просто прикрыла своим щитом в критический момент... ну... ещё держащую мою ногу щупальце отрубила. Крот оказался не дураком, сразу же отпрянул назад. Разорвал дистанцию и, внимательно следя, начал выжидать момент. Параллельно с этим ещё зализывал свою “рану”, описание чего предпочту не освещать и как можно скорее забыть.

В

углу обзора начали ехидно зубоскалиться дебаффы от множественных травм.

Быстрая диагностика: из-за не самого удачного приземления всем весом тела на левую руку, она слегка сломана в нескольких местах, в том числе ключица... в полное говно; схваченная щупальцем нога, правая, ощущается живой, но, помимо ожога, всё портит серьёзный вывих и... судя по всему, в паре мест, если не переломы, то наверняка трещины. В любой аналогичной ситуации я бы просто прилёг и расплакался, стараясь лишний раз не двигаться – но на моё удивление, я смог встать без посторонней помощи, серьёзно прихрамывая.

А ублюдок посмеивается, глядя на мои потуги, вот же сволочь...

«Жалкое зрелище, скулишь как побитая псина» – раздалось где-то в недрах разума.

– Задатки в тебе есть, но, как я и говорила, ты нулевой.

«Не стыдно за юбкой прятаться?»

Со стороны донёсся спокойный топот копыт.

– Рано тебе сюда соваться.

За спиной ублюдочного крота, на уважительном от нас всех расстоянии, верхом на закованном в чёрные латы коне, явился мрачный воин, в вороненых доспехах и плотным баценетом на голове. Через забрало видно сияние зелёных глаз. На поясе свисают ножны Всепоглощающей Чумы, а спину прикрывает Щит Вендиго. Окутанный таинственной дымкой, он одним своим присутствием сгущает и без того тусклые краски визуального восприятия, будто бы продавливая полотно реальности.

«Позорище» – пророкотал всадник, словно находясь в моей голове.

– Свали... – процедил я сквозь боль, сплюнув на землю кровавую слюну и откашлявшись.

Мрачный силуэт всадника испарился всё в той же таинственной дымке.

– Да ты на ногах еле стоишь, с тебя хватит...

– Я ещё не выдохся, – грубо прервал её, – сейчас вылакаю микстуры и можно продолжать этот цирк клоунов.

– Самоубийца?

– Нет, просто баран.

Аверли от такой исповеди аж зависла на секунду.

– Хорошо, – ухмыльнулась она, – но третьего шанса не будет. Ничего личного.

Я слегка рассмеялся.

– А я считал, что высшие чины тебе не указ.

– Не провоцируй меня... – прошипела она с чувством, с толком, с расстановкой.

– Пардон, мадам, – сразу же пошёл на мировую, – не хотел обидеть.

Взяв флягу, я не задумываясь сделал порядка десяти дозированных глотков, что в очередной раз отобразило шкалу отравленности, моментом достигнув отметки в «47%». Восстановление ускорилось в 10 раз, вернее, каждый тик составлял 20 единиц вместо положенных 2. Это позволило быстро исцелиться на сотню здоровья, что, в общей сложности, составило почти две сотни запаса «прочности». К этому моменту ещё и регенерация эфирного щита подъехала. В качестве приятного побочного аффекта, испытываемая боль значительно притупилась, позволив мне задействовать сломанную руку. Из плохих новостей – моё максимальное здоровье просело, некоторая его часть просто удерживается. Как пить дать из-за многочисленных травм тела.

Эй, голос внутреннего мира! Злословить каждый мудак может! А как насчёт поддержки?!

Раздался раскатистый смех на всю голову.

Ну так что, готов дать грандиозно-зажигательное выступление?!

Ответом мне послужил отчётливый звук тумблера.

Под тихие пробы электрогитары и распевающийся хор где-то на заднем фоне сознания, я открыл профиль и вынес инженерские штучки во все доступные для них слоты. Метательное оружие и расходники – в дело пошло всё без исключения, куда можно впихнуть всё впихуемое.