Театр Разума
Шрифт:
Ещё показательно похлопала в ладоши, всё с той же изящной грацией.
Пришлось обтекать.
Она права в том, что я не утрудился расспросить мастера более подробно, пока была такая возможность, а сейчас уже поздно пить боржоми. Если добывающие навыки относятся к ремеслу номинально, активировал книгу и тупо качаешь сбором, то созидательные зачастую требуют наставника. Загвоздка в том, что мастера здесь больше вендоры, торгующие рецептами, и лишь иногда помогают советом при хороших отношениях. Благо в городской библиотеке можно отыскать соответствующую несамовоспламеняющуюся литературу, вот только белые пятна в знаниях
Сотворённый самоцвет-заменитель... это второй метод зачарования. Подаётся как наиболее простой, дешёвый и доступный.
Каюсь, хоть и звучит как нелепое оправдание, но из-за хлынувшего вороха событий – банально запамятовал. Ещё не меньшую роль тут сыграла пресловутая «игровая призма». Зачем париться и накладывать на вещи иссекаемые чары, когда можно сделать полноценные постоянные? Вот и попросил Гиппарха о царском подгоне. Ах да, стоит вспомнить ещё один фактор... гайд на сотворение тех самых самоцветов сгорел, как знаменитый медведь из анекдота. Кто-то может закричать: «но у тебя же есть пособие для чайников!», и да, оно есть, но курил пока что вполне конкретные разделы, более приоритетные в текущей ситуации. На саму методичку я наткнулся недавно.
– Аверли, не слишком ли жёстко? – решил комендант нарушить тишину.
– Лучше пусть сразу осознает свою никчёмность, – категорично заявила она. – Найди ему иной способ отработать наказание. В поле он мне не нужен. А ещё, как-то нет у меня желания идти в паре с тем, кто не задумываясь собирает души. Противно.
– Это не моя прихоть, Аверли, это судебное постановление, где решение способен изменить только староста, как второе ответственное лицо. Ни мне, ни тем более тебе, таковых полномочий не выдавали. Максимум, что я могу, так это решить сколько раз следует отогнать Ежа. В твоём же случае и вовсе никакого самодурства недопустимо, только руководство отрядом. Можешь, конечно, оставить Норлана не у дел и выполнить всю работу сама, но если об этом прознает Верховный Совет, то достанется тебе, а не ему.
В очередной раз хмыкнув, девушка встала со стула и направилась на выход.
– Тогда пойду поговорю со старостой, – бросила она перед тем, как закрыть дверь.
– Мда-а-а-а... – отозвался Беримир, почёсывая репу и садясь обратно. – Хотя... могло быть и хуже.
– Про зачарования она права? – резко спросил я.
– Не бери в голову, – улыбнулся Беримир, – она, по ходу, не в духе сегодня...
– Беримир...
Тот вздохнул, переглянулся с товарищем по службе и пустился в объяснения, когда тот кивнул:
– Очень спорный момент, на самом деле, поскольку исследования магистров гильдии чародеев решительно отрицают её точку зрения, но это не их компетенция, а сама Аверли продолжает настаивать на своём. В рунической магии она сильна, однако имеет фундаментально иной подход к делу, из-за чего, в конечном счёте, разорвала связи с мастером Хотеном. Тот лоялен к конкуренции и обиды не держит, просто, подорванный авторитет не то, что можно простить. Хотя, она права, ты мог спросить мастера об альтернативах – он бы ответил, без негативных последствий.
– Она кудесник? – решил окончательно убедиться.
– Можешь считать её вторым полноценным Первым Мастером по руническому делу, – усмехнулся Беримир, – не по признанию гильдии ремесленников, но по навыкам и знаниям. – После чего, немного подумав, добавил, – а ещё
Всем своим видом я показал, что внимательно слушаю и ожидаю продолжения.
– Создала новый метод усиления, – пролил свет Алабор, – и в обход внутреннему регламенту, поделилась им только со стражей и гильдией бойцов. Первый Мастер ювелирного дела не оценил юмора, впал в бешенство и изгнал из сословия ремесленников как её, так и всех её лоялистов, а сам безуспешно пытается воссоздать метод по сей день. Что изрядно подрывает его авторитет. Своё место он сохраняет лишь из-за того, что остальные претенденты в Первые Мастера также не способны воссоздать метод, а наша Аверли официально отлучена.
– Лихо, – присвистнул я, уже понимая, что тут происходит.
Если мне не изменяет память с печёнкой, то стража и гладиаторы арены те ещё маргиналы в обществе рахман. Просто так делиться методом усиления они не станут, тем более это можно рассматривать в качестве козыря против других фракций, в борьбе за политическое влияние.
Сама же ситуация до чёртиков банальна.
Это тот самый классический случай, когда какой-то умник рвёт в клочья устоявшиеся законы и принятые нормы, тормоша закостенелое мышление стариков. Естественно, вызывая с их стороны бурю негодования. Как говаривал Альберт Эйнштейн: «Все мы с детства знаем, что вон то делать нельзя, а вон то невозможно. Но всегда найдётся кто-то, кто этого не знает – он-то и делает открытие».
Аверлексия – одна из эйнштейновских невежд.
– Она точно рахман?
Ребята рассмеялись.
– Точно, – синхронно ответили оба.
– Просто её мировоззрение всегда отличалось от большинства, – добавил Беримир. – Кстати, ей в любом случае прикажут взять тебя с собой, так что можешь попытаться узнать её получше. Только будь аккуратнее. Убить не убьёт, а покалечить может.
– И скажет, что так было, или ты сам себя, – сказал Алабор, доставая ещё одну бутылку.
Беримир, расставляя две кружки на столу, дополнил:
– Само собой, ей не поверят, но и сделать ничего не сделают.
В этот же момент дверь в кабинет распахнулась.
Тяжёлым шагом внутрь вошла пышущая гневом Аверлексия. Не сказав ни слова, она подошла ко мне, грубо схватила за рукав и молча потащила за собой на выход. Стражники помахали нам на прощание... и это ещё вопрос, какое именно «прощание» они имели в виду.
– Ты ведь никуда не спешишь? – обратился комендант к другу, разливая эль.
Как только те запили, не чокаясь, дверь закрылась, а меня поволокли дальше.
***
Где-то на заднем фоне завыла лютая метель.
– Ты никогда не задумывался о причинах её поведения? – вдруг спросила моя милая Беатрис, блеснув в линзах очочков огнями монитора.
– А должен был? – моё искреннее удивление было ей ответом.
– Ну... как бы тебе это деликатнее объяснить...
– Я понял, к чему вы клоните, но хотел бы спросить в ответ – а вы никогда не задумывались, что в нашем мире как-то уж часто пытаются влезть кому-то в душу? Вот есть объект некоего интереса, чьё личное пространство злостно и постоянно нарушается из-за этого самого интереса, а справедливо ли оно? Эгоизм да и только, который наивно оправдывается излишне любопытными людьми.