Театр грешников
Шрифт:
В телевизоре какой-то умник, вроде как психолог, рассказывает о моих личных качествах. Прав этот оратор в одном: я не женат. Остальное представляется мне полным бредом. Он говорит, что у меня не счастливое детство, строгие родители, глубокая душевная травма, прогрессирующее расстройство психики. Хочется рассмеяться ему прямо в лицо. Видимо, он любит строить из себя умника. Верит в миф о своей просвещенности в этих вопросах. Это мне только на руку. Подобные философы только водят следствие по ложному следу. Я представил, как еще сильней затягиваю галстук на его шее, смеясь в лицо этому клоуну.
Детство мое было вполне счастливым. Любящие
Я был женат. По началу, возлюбленная казалась мне ангелом. Красивая девушка, из простой семьи. Ее личные качества только радовали. Прекрасная внешность полностью вписывалась в мои представления об идеале. Со временем, мы скрепили узами брака наш союз. Какое-то время были действительно счастливы. Она подарила мне дочь. После рождения Насти я понял, что в моей жизни чего-то не хватало. Ребенку я отдавал всю свою любовь, потому что жена, на самом деле, не заслуживала ни капли этого чувства.
Немного позже наши отношения стали меняться. Не могу сказать, что я сам ангел (о да, это действительно не так). Недостатки есть у всех. Но девушка, вскоре после замужества, предстала передо мной «во всей красе». Прекрасная снаружи, но столь отвратительная внутри. Впрочем, и внешность ее с течением времени изменилась не в лучшую сторону. Не хотелось это терпеть. И я не стал…
4
Пару лет назад у меня появилось хобби – я стал писать стихи. Их уже скопилось великое множество, так как вдохновение посещает довольно часто. Последний я назвал «София». Хотя и не все мои произведения посвящены жертвам. Есть стихи на совсем отвлеченные темы. Некоторые другие раскрывают часть моей священной идеологии, в которой переплелись любовь и ненависть. Идеология, намного интересней, чем миф про апокалипсис; намного жестче нацистских доктрин. Она жизненная, и это делает ее еще страшней.
Одно стихотворение, я назвал «Драма». Рука выводила строки, совсем не похожие на то, что писал раньше.
Моя жизнь – это театр. И я точно знаю,Что Я главный герой, и жанр сам выбираю.Можно сделать комедию или боевик,Но не для меня это. Ведь я не клоун, не бык.Множество декораций и длинный сюжет.Он написан лишь мной, но я не знаю ответНа вопрос: что потом? И будет ли громкоКричать режиссер, когда закончиться пленка…Сколько кадров еще суждено мне отснять?Сколько будет мой фильм на пыльной полке лежать?Пока главный критик не даст резюме.И не скажет прямо – куда двигаться мне.Может в рай, ну а может прямиком в ад —Переснять пару дублей и вернуться назад.МоюНа самом деле мое неприятие этого мира росло внутри в геометрической прогрессии. С каждым днем. Я совершенно перестал верить людям. Изображал, такого же как они, обывателя, но внутри ликовал, чувствуя свое превосходство. Не видя смысла в бесполезном существовании, все чаще выходил на охоту.
Возможно, я мог бы стать каким-нибудь нео-нацистом, учитывая мою тягу к насилию и убийствам. Но есть одно маленькое «но». Им не станет человек, который искренне ненавидит и свой народ, и свою землю. Как я могу любить эту страну? Живя здесь, я научился только ненавидеть. Причинять боль мне намного приятней, чем дарить людям радость. Исключение составляет Настя. Я сделаю все, что бы розовые очки как можно дольше оставались на ее глазах. Пусть этот грязный мир не пачкает ее детские грезы, не нарушит сладкий сон ребенка.
На остальных людей мне наплевать. ВЫ сделали меня таким. Система воспитала еще одного пса, что сорвался с цепи и наносит раны своему хозяину. Я буду рвать его в клочья, до последнего своего вздоха.
Внезапно в новостях передали, что, подозреваемый в убийствах человек, пойман. Свою вину всячески отрицает, но имеются неопровержимые улики. Интересно – кто он? Начинающий убийца или просто козел отпущения? Я с интересом досмотрел выпуск новостей и вновь улыбнулся.
За окном давно стемнело, дочка видела сны. Мне же спать совершенно не хотелось. Взяв нож, я снова шагнул в манящую прохладу ночи…
5
Звук каблуков гулко разносился по всей улице. Потенциальная жертва явно опаздывала домой. На вид ей было чуть больше двадцати. Можно сказать, годилась мне в дочки. Я задумался. Стоит или нет? Можно еще немного прогуляться по городу, найти более подходящую кандидатуру. Все-таки решив заняться ей, я ускорил шаг.
– Простите, пожалуйста. – Обратился я к ней. Появилась возможность получше рассмотреть этого человека. – Вы не подскажете, как отсюда уехать в центр?
– Даже не знаю. – Начала она. Голос показался приятным. – Автобусы, наверное, уже не ходят. Может вам лучше такси вызвать?
Краем глаза я заметил, что улица пустая. В десяти метрах есть подходящая подворотня. Лишь бы ее крики не привлекли кого-нибудь, не разбудили спящих обывателей. Уже разработав стратегию, я собрался действовать. Старая схема.
– Не вздумай кричать. – Говорю почти шепотом, демонстрируя ей нож. – Один звук, и этот день станет для тебя последним.
Слова вызывают, нужную мне, реакцию. Девушка следует со мной в тихое место, боясь сделать лишнее движение. Ее походка становиться неуверенной, слышаться всхлипы. Даже каблуки стучат не так громко.
Я, почему-то, вспомнил свою первую жертву. Явное сходство бросалось в глаза, пробуждая в памяти образы из прошлого. С ней я расправился довольно быстро и неумело. Сегодня я не допущу подобной оплошности. Вволю наиграюсь с этим двойником.
Задумавшись, я непроизвольно расслабился. Как оказалось – зря, потому что локоть девушки с размаху въехал мне в солнечное сплетение. Прижавшись спиной к стене, я пытался восстановить дыхание. Тогда она нанесла еще один удар, в пах. Испытывая жуткую боль, я сполз на землю. Девица уже не казалась мне такой беспомощной. Эти хрупкие ручки продолжали наносить удары, причиняя мне жуткую боль.