Тайный путь
Шрифт:
Интересно, это и в самом деле таможенники? Или какие-нибудь лиходеи? Турки? В Варне их влияние чувствовалось, хотя, насколько понимал юноша, город пока считался самостоятельным. Кто-то из турецких султанов не так давно подарил его византийскому императору… или какому-то другому христианскому владыке, не суть. Главное другое – от Варны до Константинополя было рукой подать. И все так удачно складывалось – от разбойников отбились. Обхитрили, прорвались. В Варне Лешке тоже повезло – как и договаривались, получил от старшего приказчика Яцека расчет. Все честь по чести. Правда и сам Яцек, и пан Велизар Чашко Лешкиному уходу искренне огорчились, но все ж не препятствовали. Чуяли, есть у парня дела в Империи, коль уж
Старший приказчик выполнил свое обещание – помог отыскать подходящий корабль. «Кентаврос» – так называлось суденышко, принадлежащее оптовому торговцу рыбой. Небольшое, но вместительное, ходкое, оно несло косые латинские паруса на двух своих мачтах и производило благоприятное впечатление царившей на палубе чистотой. Рыбой, правда, пахло повсюду – ну, тут уж ничего не поделаешь. Самое главное, суденышко как раз собиралось отплыть в Константинополь – Лешка с Яцеком явились вовремя. Тут же и сторговались за вполне разумную цену – правда маленькую каморку на корме (каюту) пришлось делить с кормчим, что Лешку ничуть не смущало – долго ли плыть до Константинова града? Меньше суток. Ну, правда, это смотря какой ветер.
Юноша едва успел проститься с Яцеком и явившимся его проводить паном Велизаром. Оба пожелали парню удачи, а предводитель наемников даже чуть было не прослезился. Вот уж чего никто не ожидал!
– Ну, – обнимая юношу, шумно вздохнул рыцарь. – Если вдруг надоест Константинополь, милости прошу ко мне в отряд. Возьму с радостью!
– Спасибо за приглашение, – от души поблагодарил Лешка. – Обязательно буду иметь в виду.
Боцман засвистел в свою дудку, по узкой палубе корабля забегали босоногие матросы. Затрепетали, поймав ветер, паруса. Отвалив от пирса, «Кентаврос» покинул бухту и, набирая ход, вышел в открытое море. Скрылся за кормой берег, но в небе над мачтами, крича, все так же кружили чайки.
Забросив в каюту пожитки – котомку с лепешками и вяленым мясом, шерстяной плащ на случай холодных ночей да саблю в дорогих ножнах, Лешка уселся на палубе, рядом с корабельным серым котищем. Как звали кота, юноша не знал, что не мешало гладить его за ушами. Котяра жмурился и довольно урчал.
Юноша тоже прикрыл глаза и улыбнулся. Скоро! Уже совсем скоро он будет в Константинополе, увидит друзей, обнимет – может быть, обнимет – Ксанфию. Ксанфия… Помнит ли она его? Ведь прошел год с того момента, когда Лешка вынужден был бежать из Константинополя на военную службу. Друзья-то его вспомнят – рыжий предприниматель Владос, с кем бежал из татарского плена, монах Георгий – умнейшая голова, человек честнейший и воспитаннейший. Эти Лешке будут рады – лишь бы с ними самими ничего не случилось. А вот Ксанфия… Златовласая красавица Ксанфия, с глазами, синими, словно глубокое весеннее небо. Ксанфия… Как здорово было, когда… Впрочем, что теперь вспоминать? Грустить только. Не о грустном надобно думать – а о будущей встрече. И о том, что он, Алексей Смирнов Пафлагон, сможет сделать для своих друзей, для любимой – как, как отстоять Константинополь от алчных турок? Хотя, конечно, нельзя сказать, чтоб этот город отнесся к Алексею со всем радушием – пожалуй, так нельзя было сказать. Хотя… Государственная служба помощником тавуллярия – не самое последнее дело в ромейской Империи, если б не донос, так, наверное, и служил бы, уже б до чиновника шестого класса дослужился… Ну, пусть не до шестого, но все-таки… Хотя нет – все ж таки хорошо, что пришлось послужить на дальней пограничной заставе – акритом. Научился стрелять из лука, действовать копьем, алебардой, саблей. Потом пригодилась выучка-то…
Ксанфия… Неужели – скоро? Прямо не верится!
Кот, которому давно надоели долетающие на палубу соленые брызги, недовольно помахав хвостом, убрался с палубы в трюм. Ловить мышей, надо думать. В ослепительно голубом небе
приятным голосом пел свободный от вахты матрос – молодой длинноволосый парень в коротких матросских штанах и белой просторной рубахе. Его сотоварищи, усевшись рядом, внимали ему, как признанному певцу. Даже хмурый боцман, и тот остановился у мачты – послушать.
Когда вино вкушаю,Заботы в сон впадают,Тревоги или вздохиВо мне не возникают.Лешка усмехнулся – вот уж поистине верно сказано!
Небо было таким голубым, волны – такими лазурными, а все вокруг – таким безмятежным, что вся эта идиллия просто-напросто не могла продолжаться долго. И не продолжилась – с бака засвистел сидевший на бушприте юнга:
– Прямо по курсу – что-то плывет!
– Что?! – нехорошо ощерился боцман. – Ты как докладываешь, щенок? Что значит – «что-то»? Ты что, уже не можешь отличить рыбацкую фелюку от какой-нибудь скафы или марсильяны? В таком разе придется задать тебе хорошую трепку, клянусь всеми морскими ведьмами!
Юнга жалобно обернулся:
– Посмотрите сами, господин.
Поднявшись на ноги, Лешка тоже всмотрелся вперед, но, как ни старался, ничего не увидел. По-крайней мере, чужие паруса в море не белели. Хотя… Кажется, справа от бушприта маячила какая-то еле уловимая точка. Островок?
– Справа по борту – галера! – вдруг зычно прокричал боцман. – Господин капитан…
– Вижу. – Капитан (он же владелец) суденышка, высокий, тощий с темной, чуть тронутой сединой, бородою мужчина в ослепительно белой тунике и светлом плаще, выбрался на палубу при первых же словах боцмана. – Да, это точно галера! Идет нам наперерез. Что стоите, болваны? А ну, живо разрифлять паруса! Поднять дополнительный парус. Быстрей пошевеливайтесь, тысяча чертей вам в пасть!
Пинками загнав матросов на мачты, капитан с тревогой всмотрелся вдаль. Галера шла ходко, и оба судна быстро сближались, так, что с палубы «Кентавроса» уже были хорошо видны мерно вздымающиеся весла военного судна – именно к этому классу относились галеры.
– Что это – таможенный контроль? – недоумевал капитан. – Но я ведь совсем недавно давал взятку! Тогда – кто?
– Может, это просто пираты? – предположил боцман.
Капитан тут же расхохотался:
– Пираты? А зачем им наша посудина? Или, ты полагаешь, им вдруг понадобилась рыба?
– Или – рабы…
– Тысяча чертей! И откуда они тут взялись, эти разбойники? Ведь сам турецкий султан покровительствует здешнему мореходству!
– Так, может, это гайдуцкая галера?
– Откуда у гайдуков галеры? Не смеши мои сандалии.
Послюнявив палец, капитан попробовал ветер и недовольно нахмурился:
– А ведь они нас догонят… ей-Богу, догонят – ветер-то падает.
Сначала Лешка увидел вдруг появившееся на носу галеры белое облачко. Потом послышался гром – и перед самым бушпритом «Кентавроса» вздыбился пенный водяной столб!
– Пушки! – в ужасе закричали матросы. – У них пушки!
Юноша усмехнулся и хотел уж было объяснить этим неучам, что с одной качающейся опоры попасть в другую, точно такую же, качающуюся, с такого расстояния практически невозможно, но… но не успел и раскрыть рта, как капитан, пошушукавшись с боцманом, приказал спускать паруса.