Тайны
Шрифт:
Алтея подошла к двери, и Брент сжал Касси еще крепче, словно желая защитить ее. Но Алтея не открыла дверь и вместо этого крикнула кому-то, что сейчас идет. Каблучки вновь простучали по мраморному полу. Дверь спальни захлопнулась, и все стихло.
– Думаю, теперь мы в безопасности, – пробормотала Касси, выждав несколько минут. Голос звучал приглушенно, потому что Брент продолжал прижимать ее лицо к груди—к своей атлетической мускулистой груди.
– Мм-м, – промычал Брент, прижимаясь щекой к макушке Касси.
Оба
– Брент! – воскликнула она. – По-моему, нам уже можно идти.
– А это обязательно?
Ей было нелегко справиться с собой, но она сумела отодвинуться от него. Дюйма на два.
– Обязательно, – отрезала она, сжимая дверную ручку. В маленькой комнатке было темно, но она видела, как блестят его глаза. Брент положил руку на ее ладонь.
– Если я попрошу вас о свидании, вы придете?
– Не уверена, что сейчас время…
– Время выбрано идеально! Как насчет субботы? Я заеду за вами в одиннадцать, мы поедем на ленч, а потом… не знаю. Что-нибудь придумаю. Ну как?
– А что, если я откажусь? – кокетливо спросила Касси.
– Я не расстегну вам платье.
– Это вымогательство или шантаж?
– Мольба отчаявшегося человека.
Его слова были, конечно, абсурдны, но Касси почему-то стало приятно. Может, все дело в платье, в котором она чувствовала себя красавицей, и почему-то хотелось верить, что Брент говорит искренне.
– Хорошо, в субботу, в одиннадцать, – кивнула она. – Встретимся в…
– О нет, – перебил Брент, голос которого превратился из чарующего в решительный. – Я не откажусь от удовольствия заехать за вами в дом Джефферсона Эймза. Он ведь еще не успеет уйти. Верно?
– Полагаю, что так, – согласилась Касси. Брент открыл дверь и огляделся.
Интересно, почему Джеффа знает так много людей? Он работал на строительстве промышленных зданий и мостов, имеющих надстройки и пролеты из железа и стали. Может, он рассчитывая перекрытия в доме Алтеи?
Брент взял Касси за руку и повел из комнаты.
– Только не говорите ему, что я за вами заеду, – предупредил он. – Хочу сделать ему сюрприз.
– Так кого вы пригласили на свидание: Джеффа или меня?
– Вас. Определенно вас.
Они вышли из кладовой через ванную и оказались в спальне. Брент открыл главную дверь и выглянул в коридор, но никого не увидел. И, обернувшись к Касси, спросил:
– Обещаете?
– Что я не скажу Джеффу о нашем договоре? – удивленно пожала плечами Касси. – Какое ему дело до того, пойду я на свидание или нет? Он вот-вот обручится со Скайлар Бомонт.
– Вы так считаете? – Брент повернулся и пристально оглядел Касси. – Пожалуй, мы сфотографируем вас в оранжерее. С орхидеями.
– Мне нужно причесаться. Брент погладил волосы Касси:
– Они прекрасно лежат. Не трогайте их. Оставайтесь
Касси не спросила, откуда Брент это знает. Правда, она слишком задумалась над тем, что он сказал о Джеффе, и почти не обращала внимания на все остальное. По ее мнению, Джеффу совершенно не было дела, пойдет ли она с кем-то на свидание или останется дома. Но как же приятно представлять, что она ему небезразлична!
Дом оказался пуст, и когда Брент вернулся, они отправились в поразительно красивую оранжерею, где провели больше часа, фотографируя Касси в тяжелом платье. Похоже, Брент увлекался фотографией, поскольку пришел с большим треножником и профессиональным цифровым фотоаппаратом. Следуя его указаниям, Касси позировала и совершенно не тревожилась, что Алтея может в любой момент вернуться.
– Разве не это платье было на королеве, когда она просила пощадить ее? – спросил Брент, глядя на Касси в объектив камеры.
– Да, – кивнула Касси, – только король не стал ее слушать.
– Помните слова роли? – спросил он.
Касси не задумываясь стала в позу и начала монолог королевы. Как одинокий ребенок, она часто играла роли всех героинь, которых видела в старых фильмах. Кроме того, у нее была прекрасная память, и она помнила наизусть даже длинные отрывки. Брент стал ей подыгрывать, и скоро Касси опустилась на колени, сжала перед собой руки и стала умолять жестокого короля сохранить ей жизнь. Она так пошла в роль, что заплакала настоящими слезами. В этот момент она действительно чувствовала себя несчастной королевой, умолявшей о помиловании.
Когда сцена была закончена, Касси вернулась в настоящее и с трудом поднялась на ноги, изнемогая под тяжестью платья.
Брент как-то странно смотрел на нее.
– Что? – спросила она.
– Думаю, вы именно та дочь, которую так хотела Алтея.
Касси знала, что это всего лишь комплимент, но все же покраснела от удовольствия. Все, кто читал биографии Алтеи, знали, что величайшим разочарованием ее жизни была дочь. Единственный ребенок. Девушка ушла из материнского дома в восемнадцать лет и с тех пор отказывалась общаться с родительницей. Насколько было известно Касси, она все еще была жива, однако никто ничего о ней не знал.
– О'кей, – кивнул Брент, собирая треножник и камеру. – Пора идти наверх и делать вид, что эти последние часы мы усердно трудились.
Через несколько минут они услышали голоса и на лот раз не колеблясь схватили оборудование и пустились бежать. Остановились только, чтобы забрать из гостиной одежду Касси, и тут же поспешили на чердак.
Брент быстро расстегнул сотню или больше крошечных крючков, Касси спряталась за деревянной ширмой и переоделась.
Когда Элсбет прибежала наверх, Брент и Касси стояли на противоположных концах чердака, занятые каталогом.