Тайны сердца
Шрифт:
— Пожалуй, — согласился Джулиан. Роксана протянула ему чашку с чаем.
— По словам мистера Уиттакера, он работает у вас с незапамятных времен. Меня это удивило, ведь вы оба отнюдь не похожи на древних стариков. Однако я удивилась еще больше, когда услышала, что вы познакомились в портовом кабаке.
Харлан смущенно кашлянул.
— Джулиан не успел объяснить мисс Рэдклиф, что вы пришли туда в поисках мошенника, который украл у вас ценный груз.
— С вашей помощью эта история закончилась благополучно. С тех пор, вот уже много лет, мы работаем вместе. Наш деловой союз оказался
— Необыкновенно приятно было с вами познакомиться, мисс Рэдклиф, — с чувством произнес Харлан.
Она кивнула и слегка улыбнулась, прекрасно понимая, что он готов сию же минуту упасть к ее ногам.
Когда управляющий, с трудом оторвав взгляд от Роксаны, покинул гостиную, Джулиан спросил:
— Как вы думаете, что именно до такой степени поразило его воображение? Ваши прогулки по бескрайним вересковым пустошам или вороны, предрекавшие грозу?
— Мне кажется, он пришел в сильное волнение, когда я рассказала ему о своих мопсах, Поппери и Перки.
Они вечно пристраивались к левой штанине моего батюшки, чтобы справить нужду. Бедный мистер Уиттакер! Я из вежливости поинтересовалась его семьей, и он ответил, что у него шесть родных сестер. — Ее слегка передернуло. — На секунду представив себе Лию в шести экземплярах, я от души посочувствовала ему. Джулиан покачал головой.
— Напрасно. Харлан — единственный сын, и его с детства холили и лелеяли, как принца. Полагаю, если бы одна из его сестер попробовала обидеть его, остальные члены семьи незамедлительно вышвырнули бы ее в окно.
Тэвиш поставил перед ними блюдо с пирожными, поклонился и вышел из гостиной, торжественно неся свою роскошную шевелюру — волосок к волоску, ни один не поник, все гордо торчали вверх.
Джулиан решил доверить Роксане секрет этого великолепия:
— Каждый год на Рождество я дарю Тэвишу особую помаду для волос. Такую делают только в Неаполе. Замечательное средство. А как блестит! Вы заметили?
— Еще бы, — коротко ответила Роксана, выбирая фруктовое пирожное.
— Простите, но меня удивляет ваша беспечность. Вам не следовало приезжать сюда одной.
— Разве? Позвольте с вами не согласиться, милорд. Очевидно, вы запамятовали, но я уже не юная барышня. Мне двадцать семь лет, и я не нуждаюсь в опеке. Кроме того, вы — сын герцога, а значит, имеете представления о приличиях и не окажете на меня дурного влияния. То есть, может быть, окажете, но ведь не вдруг.
— Вы здесь, чтобы это проверить, или по какой-то иной причине?
Она усмехнулась:
— Видите ли, дело в том, что ваша матушка попросила меня и Софи отправиться вместе с вами в Хардкросс-Мэнор к барону Перли, отцу небезызвестного Ричарда Лэнгуорта.
Джулиан оторопел. Он еще не успел обдумать приглашение барона, а матушка уже собралась в дорогу и обзавелась двумя спутницами. Разумеется, последнее слово остается за ним, но спорить с Коринной себе дороже. Да и надо ли? Он вдохнул насыщенный аромат крепкого индийского чая и принял решение.
— Не
— Нет, но я слышала, что южный берег разительно отличается от северного, хотя между ними совсем небольшое расстояние.
— Так оно и есть. Кстати, у нас вдоль подъездной аллеи растут пальмы, и прекрасно себя чувствуют. Надеюсь, вам понравится мой дом. На первый взгляд он кажется суровым и мрачным, но в этом есть особое очарование. Правда, матушка изрядно потрудилась, чтобы смягчить пейзаж. К счастью, у нее не до всего дошли руки, и многие холмы и курганы сохранили первозданный вид.
— Курганы? — заинтересованно спросила она. — Вы думаете, под ними скрываются древние захоронения?
— Совершенно верно.
— Мне просто не терпится поскорее увидеть Рейвенскар. Не говоря уже о курганах.
— Вот и славно. Вы с племянницей сможете вдоволь полюбоваться ими, пока я…
Он замолчал, и она продолжила за него:
— Пока вы будете выяснять отношения с гнусным Ричардом Лэнгуортом, который считает, что вы убили его сестру. Скажите, почему он с таким упорством обвиняет вас в этом ужасном преступлении?
Он пристально посмотрел на нее:
— А вы убеждены в моей невиновности?
— Абсолютно, — отрезала она. — Я полностью доверяю вам. Вы благородный человек, готовый отвечать за свои слова и поступки. Совершить убийство, лгать и изворачиваться? Нет, это не про вас.
Вот так. Роксана Рэдклиф знает его всего несколько недель, а Ричард Лэнгуорт — всю жизнь. Тем не менее Роксана верит ему, а Ричард — нет.
— Раз вы едете в Хардкросс-Мэнор, я должен хотя бы в самых общих чертах обрисовать положение дел. — Джулиан замялся, обдумывая, с чего начать. — Барон Перли — наш ближайший сосед. Должно быть, он хорошо знал моего отца, но никогда мне о нем не рассказывал, а мне как-то не приходило в голову спрашивать. Я привык считать Хардкросс-Мэнор вторым домом. Мы с Ричардом дружили с раннего детства. Потом подросла Лили, я полюбил ее, и мы поженились. На свадьбе Ричард был шафером, а Вики — подружкой невесты. Через полгода, всего через полгода. Лили… погибла… — Он умолк, не в силах говорить о том, как теплым солнечным днем прибежал в сад и увидел Лили с кровавым пятном на груди. — В нее кто-то выстрелил, или она покончила с собой. И то и другое необъяснимо. Но других вариантов нет… С тех пор мы с бароном не общались. Признаться, меня сильно удивило его приглашение. Он пишет, что не желает мне зла.
Роксана с трудом подавила подступившие к горлу слезы.
— Да, ваша матушка рассказала нам о письме. Она очень взволнованна и надеется, что барон осознал свою ошибку и хочет извиниться перед вами. Вы думаете, такое возможно?
— Не знаю. Если верить Ричарду, то нет. Скоро увидим.
— Хотелось бы мне посмотреть на Ричарда, когда он услышит, что барон решил помириться с вами. А если они действуют сообща? Вдруг Ричард тоже собирается в Хардкросс-Мэнор? Впрочем, не важно. Долго ли добираться до Корнуолла?