Тайник

Джордж Элизабет

Он выудил из кармана свои сигареты и сделал пять попыток закурить на ветру. Любой бросил бы это безнадежное дело уже после второй погасшей спички, но только не ее сын. По крайней мере в этом он очень походил на свою мать.

— Адриан, моему терпению наступает конец.

— Поезжай домой, — ответил он ей. — Нечего было приезжать.

— Что же ты тогда собираешься делать? Раз уж не едешь домой вместе со мной.

Он без всякой радости улыбнулся, широкими шагами обходя машину. И через капот ответил:

— Я что-нибудь придумаю, поверь.

Сент-Джеймс

расстался с Деборой, едва они вскарабкались от автостоянки к отелю. Всю дорогу от Ле-Репозуара она пребывала в задумчивости. Машину она вела со своей обычной аккуратностью, но, несмотря на это, он видел, что ее голова занята совсем не ситуацией на дороге и даже не направлением, в котором они двигались. Он знал, что она обдумывает свою версию того, как бесценное полотно попало в доисторическую постройку из земли и камней. И не винил ее за это. Он и сам думал над тем же, хотя бы потому, что сбрасывать эту версию со счетов было нельзя. Он понимал, что если предрасположенность его жены видеть хорошее в каждом человеке приводит порой к тому, что она не замечает главного, то и его собственная склонность не доверять всем и каждому иногда мешает видеть вещи в их истинном свете. Вот почему всю дорогу от Сент-Питер-Порта они ехали молча. И только у входа в отель Дебора повернулась к нему с таким видом, словно приняла какое-то решение.

— Я не буду пока заходить. Прогуляюсь немного.

Ответил он не сразу. Последствия неосторожно произнесенного слова были ему хорошо известны. Но и об опасности молчания в ситуации, когда Дебора, будучи заинтересованной стороной, знает слишком много, он тоже не забывал.

— Куда ты пойдешь? — осторожно спросил он. — Может, лучше выпьем? Чаю или еще чего-нибудь?

Выражение ее глаз тут же изменилось. Она поняла, что он хотел сказать на самом деле, несмотря на попытки замаскировать свои намерения.

— Может, мне вооруженного телохранителя нанять, Саймон?

— Дебора…

— Я скоро вернусь, — бросила она и зашагала прочь, но не туда, откуда они только что пришли, а в сторону Смит-стрит, которая вела на Хай-стрит и дальше, к гавани.

Ему оставалось только отпустить ее, признав, что в данный момент об истинных причинах гибели Ги Бруара ему известно столько же, сколько ей. У него не было ничего, кроме подозрений, которые она, кажется, решила ни в коем случае не разделять.

Войдя в отель, он услышал, как его окликнули, обернулся и увидел портье, которая стояла за стойкой с листком бумаги в руке.

— Сообщение из Лондона, — сказала она, подавая ему бумажку вместе с ключами от комнаты.

Он заметил на листке надпись «Супер Линели», которая, несомненно, обозначала должность его друга в Нью-Скотленд-Ярде, но до того походила на личную характеристику, что наверняка позабавила бы исполняющего обязанности суперинтенданта, несмотря на ошибку в фамилии.

— Он сказал, что вам пора обзавестись мобильным телефоном, — добавила девушка многозначительно.

Поднявшись к себе, Сент-Джеймс не сразу перезвонил Линли. Сначала он подошел к телефону, который стоял на столике у окна, и набрал совершенно другой номер.

Когда

на том конце сняли трубку, Сент-Джеймс узнал, что Джим Вард отбыл на встречу партнеров. К сожалению, встреча проводилась не в офисе, а в отеле «Ритц Карлтон».

— На побережье, — не без важности добавила женщина, которая идентифицировала себя как «Саутби, Стрейндж, Виллоу и Вард. Кристал слушает». — В данный момент все они недоступны, — добавила она. — Но вы можете оставить сообщение.

Сент-Джеймс не мог ждать, когда его сообщение дойдет до архитектора, и потому спросил у молодой женщины, произношение которой заставляло подозревать, что она жует стебелек сельдерея, не окажет ли она ему услугу.

— Сделаю все, что смогу, — ответила та жизнерадостно, — Я сама учусь на архитектора.

Фортуна улыбнулась ему, когда он спросил Кристал о чертежах, которые Джим Вард отправил на Гернси. Документы покинули офис Саутби, Стрейнджа, Виллоу и Варда не так давно, и по счастливому стечению обстоятельств именно Кристал отвечала тогда за почту, «Ю-пи-эс», «Федэкс», «Ди-эйч-эл» и даже интернет-рассылку чертежей. А поскольку тот случай совсем не походил на их обычную процедуру, то она все прекрасно помнит и с удовольствием все ему объяснит, «если только он подождет минутку, а то на параллельной линии звонок».

Он подождал, и через некоторое время ее жизнерадостный голос снова зазвучал в трубке. При нормальном ходе вещей, рассказала она ему, чертежи ушли бы через Интернет к другому архитектору за океаном, который занимался бы проектом на месте. Но в том случае мистер Вард посылал просто образцы своих работ, а значит, никакой спешки не было. Поэтому она упаковала их как обычно и отдала адвокату, который явился за ними. Ей сказали, что так мистер Вард условился с заокеанским клиентом.

Это был мистер Кифер? — спросил ее Сент-Джеймс, — Мистер Уильям Кифер? Это он за ними приходил?

Имени она не помнит, сказала Кристал. Но кажется, фамилия была другая. Хотя… погодите. Если подумать как следует, то, кажется, тот парень вообще никак не назвался. Просто сказал, что пришел забрать чертежи, которые отправляются на Гернси, так что пусть она их ему выдаст.

— А что, их так и не получили? — спросила она озабоченно.

Нет, все в порядке, чертежи дошли.

— Как они были упакованы? — спросил Сент-Джеймс.

Как обычно, ответила она. В большой почтовый футляр из толстого картона.

— Может быть, их повредили по дороге? — спросила она так же озабоченно.

Не физически, успокоил ее Сент-Джеймс, Поблагодарив Кристал, он задумчиво повесил трубку. Набрал еще один номер и добился немедленного успеха, спросив Уильяма Кифера. Менее чем через тридцать секунд адвокат из Калифорнии был у телефона.

И оспорил версию событий, изложенную Кристал. По его словам, за чертежами он никого не посылал. Мистер Бруар особо предупредил, что чертежи доставит к нему в офис представитель архитектурной фирмы, как только они будут готовы. А когда это произойдет, ему останется только найти курьеров, которые повезут документы из Калифорнии на Гернси. Так и произошло, так он и поступил.