Тайна

Мадам Байкер

— Откуда ты знаешь кто там был, если… тебя там вообще то не было? — Удивился Кевин.

— Кевин, Гермиона была в спектральном сне, видела то что хотел показать дух Вильяма и похороны вероятно тоже — Подсказала Луна.

— Я не знаю где я была, но похороны видела и половину своей жизни, даже заклятье пущенное в грудь отца — Прошептала я.

— Что? Какое проклятье? Кто его пустил? — Заволновался Женя.

— Вернёмся к этому вопросу позже, кто-му же я знаю что это было за заклятье. Оно передалось матери, но меня и Гермиону не тронет.

Весь удар на себя приняли родители ещё когда отдали нас в Дурмстранг — Отмахнулся брат.

— Ты знал? Прошептала я.

— Родители просили меня защищать тебя, но только издалека я даже поступил в Гласиас из-за их просьбы. Мне тебя очень не хватало — Признался он.

— Ты серьёзно? — Удивилась я.

— Давай позже — Попросил он.

— Ты прав. Нужно разослать приглашения, церемония будет проходить в парке Родендон — Сев на кровати, сообщила я.

— Среди её любимых цветов, знаешь, это потрясающая идея. Пепел можно развеять там же — Согласился Кевин.

— Вот и замечательно.

Сама церемония проходила в тихой обстановке, в специальном траурном зале при закрытых дверях и закрытом гробе, увешанном цветами. Священник прочёл молебен, огласил желание мамы и некролог. Потом он сказал, что тело будет сожжено, пепел развеян. Люди встали почтить память минутой молчания и спели христианскую песню. Затем все вышли из зала и, немного пообщавшись, уехали обедать в паб, который выбрал Кевин. Шведский стол, состоящий из бутербродов, сухих закусочек, чая и сока гостям естественно понравился. Они мило беседовали между собой и уже почти никто не вспоминал о маме, некоторые даже смеялись, обстановка была непринужденной. После трапезы большинство из них уехало по поместьям и только самые близкие из них остались, чтобы побыть с нами. Мы ведь не виделись тысячу лет. Посмотрев, как мы живём, потому что это самый «удобный случай» встретиться они уехали.

Когда все разъехались я осталась наедине со своим горем, постепенно приходя в сознание, и, осознавая, что же произошло. Луна сказала:

— Нужно начинать новую жизнь, я понимаю невосполнимость потери, моя мама тоже умерла несколько лет назад, поверь всё пройдёт. Теперье у вас с Кевином новая семья.

— О чём ты? — Не поняла я.

— Кевин же сказал, что вы находитесь под временной опекой династии Парфёновых — Напомнила подруга, кажется я настолько глубоко ушла в себя, что не слышала никого вокруг.

— Что?! Когда он это сказал?

— Вчера, ты перед этим предложила место для развеивания праха — Настаивала она.

— Не помню — Призналась я.

— Это нормально — Отмахнулась подруга.

— Получается, что формально Женя мой брат? Переваривая информацию, поняла я.

— Да. Он тебе нравится?

— Ты с ума сошла? Он мне с детства как брат, теперь официально — Расплылась во лживой улыбке я.

— Ах твои мозгошмыги считают, что это правда. Ты не представляешь как я рада — Воскликнула подруга.

— Почему?

— Ну понимаешь… Женя… он… Начала мяться подруга, дослушивать её было бесполезно и я сказала за неё.

—

Тебе нравится.

— Он мой парень.

— Мерлин! Луна, ты почему раньше не сказала? — Закричала я.

— Я не хотела тебя ранить.

— Ну ты и дура, лунатиха. Я же вас люблю. Вы для меня семья. Я счастлива, что вы вместе и если честно, то я попросила остаться со мной именно вас не случайно — Лгала в лицо я, ели сдерживая подступающие слёзы. Как это чертовски больно.

— Ну, ящерка, я от тебя такого не ожидала. Спасибо. Мы тоже тебя любим. Знай, что я всегда рядом, ты мне не просто друг, ты-сестра. Папа хотел взять вас, но ему отказали, мол один с тремя детьми вы не справитесь — Меняя мимики по ходу рассказа, сообщила подруга.

— Расслабься, всё в порядке. Лучше оставь меня одну. Я устала и хочу побыть одна — Прошептала я, понимая что больше не выдержу.

— Конечно, Гермиона, зови я прибуду моментально. Пока. Главное помни ты не одна.

Луна транснрессировала, а я наконец дала волю слезам. В голове было одно слово «почему?» это так не честно. Я теряю всех тех, кого люблю. Папа… Мама… Женя…

Комментарий к Что делать?

Диснейленд был открыт в апреле 1992 года, летом того же года туда поехали герои.

Несмотря на то что прах рассеивали в Германии похороны проводились по всем (существующим) древним английским традициям.

В моих фанфиках есть эмоциональные обращения такие как:

“!” - повышение голоса, чаще крик.

“п-п-прос-с-ти” - тянущиеся буквы, обозначают слёзы (всхлипы)

“ЭТОГО. НЕ. МОЖЕТ…” - гневные реплики сочетающие в себе яростный крик и подступающую эмоцию (например истерику)

“…” - голосовая пауза, чаще обдумывание мысли перед её изложением.

“***абв***” - отдельно взятая записка, письмо, документ с точным его содержанием.

“!?” - вопрос, звучащий на повышенных тонах.

“Ха-ха-ха - смех перед речью (не факт, что именно в такой формулировке).

========== Мысли ==========

Боль

Что такое боль? Всепоглощающая, убивающая надежду, веру в лучшее, в хорошее. Зачем нужна боль? Я не знаю, но понимаю одно моральную боль можно приглушить физической, пусть ненадолго, но можно. Сейчас я вернулась в поместье матери, точнее сказать моё поместье. Детство не успело кончиться, а на земле уже ничего не держит. Я сама разрушила своё счастье отказав влюблённому в меня парню, познакомив любимого с подругой, отказавшись от общения с внешним миром, похоронив отца и мать. По завещанию Кевин получил всё имущество отца, мне досталось «приданное» от матери. Побыв со мной неделю, брат вернулся в университет и я осталась наедине со своими мыслями о собственной никчемности и безысходностью. Рядом со мной ни одной живой души. За окном зима, сегодня канун рождества, а я совсем одна. В любимый праздник со мной только Бен и Белла, они прячут от меня сигареты по всему поместью. Единственное моё занятие это поиск спасительных пачек. Докатилась, хотя могло быть и хуже. Пока мысли о бесконечном одиночестве грызли мою душу в окно постучал филин. «Пророк» читать настроения не было и я решила не прерывать процесс самобичевания, но эта надоедливая сова не улетала. Решив, что её нужно впустить пока она не выдолбила стекло, я поднялась с пола и пошла к окну. Там сидела знакомая сова, кажется это филин Лавгудов. Пришлось впустить. Как нестранно у него не было письма, вместо него был крохотный клочок пергамента на котором написано одно слово «скоро».