Тайна
Шрифт:
Глава 13
Джонатан подскочил к Рашели и схватил ее за плечи.
— Ты видела Абигайль? Где?
— За окном своей комнаты. Она звала меня: "Рашель, пойди сюда!"
— Но как ты узнала, что это Абигайль? — спросил брат. — Разве ты ее помнишь?
— Она была точь-в-точь как на папиной картине, — сказала сестренка. — На ней был белый чепчик с синими лентами. Абигайль парила за окном, а потом исчезла.
Джонатан отпустил ее. "Может
Но о чем?
— Мама, я хочу пойти к Уилсонам, — сказал Джонатан. Джейн сидела на кухне у очага. Она была очень утомлена.
— Я пойду с тобой, — встрепенулась Рашель. — Мне так нравится Делайла.
— Не сегодня, сестричка, — ответил парень. — Я хочу побыть с ней наедине.
Мать дала Джонтану с собой корзинку со сладкими рулетами.
— Передай привет отцу Делайлы, — сказала Джейн, затем вздохнула: — Мы бы пригласили их на чай, да сейчас это нам не под силу.
На глазах у женщины выступили слезы, но она тут же их смахнула. С тех пор как умерла Абигайль, мать сильно постарела. В уголках рта появились морщины, а глаза стали почти бесцветными. Джонатан заметил, что в последние дни на ее лице появилось выражение постоянной боли.
— Извинись за меня перед Уилсонами, — продолжала Джейн. — И скажи… скажи, что я больна.
— Скажу, — заверил ее сын, а затем взял за руку и добавил: — Тебе скоро станет лучше, мама. Вот увидишь.
Она кивнула с отсутствующим видом. Джонатан взял корзинку и направился по дороге к дому соседей. Юноша застал преподобного Уилсона работающим в поле. Зато его дочь в этот момент была свободна. Она с улыбкой приняла гостинцы.
— Это так любезно со стороны твоей матери, — сказала Делайла. — Как она себя чувствует?
— Не очень, — со вздохом ответил Джонатан. — Мама все видит Абигайль по ночам. Но теперь не только она.
— Что ты имеешь в виду?
— Рашель тоже видела сестру. А я… я слышал ее голос. Аби звала меня.
Делайла поставила корзину и отвернулась. Джонатан увидел, как затряслись ее плечи.
— Что такое, Делайла? — Он бережно развернул ее к себе, положил руки ей на плечи и внимательно посмотрел в глаза. Но девушка склонила голову, будто пряча лицо.
Когда она наконец подняла глаза, в них стояли слезы.
— Я очень беспокоюсь о тебе, Джонатан, — сказала Делайла. — О тебе и твоей семье. Я… я никогда не пожелаю вам зла.
Юноша подумал, что слезы ей даже к лицу. Ему
— О чем это ты, Делайла? — спросил он. — Я и так знаю, что ты не желаешь нам зла. Тебе не о чем беспокоиться. — Джонатан сделал паузу, чувствуя досаду. — Не стоило нагружать тебя нашими проблемами. Ты принимаешь их слишком близко к сердцу.
Делайла опустила глаза.
— Мы с отцом уедем отсюда, — произнесла она тихо. — Причем совсем скоро…
— Нет! — воскликнул Джонатан. — Не бросай меня! Пожалуйста!
Парень сам удивился своим словам. Мысль о том, что Делайла уедет, причинила ему страшную боль. Джонатан словно получил удар в живот.
"Да я же влюбился в нее, — неожиданно понял он. — По-настоящему, по-взрослому влюбился".
Джонатан взял ее за руки и спросил:
— Почему? Почему вы собираетесь уезжать? Пожалуйста, Делайла, останься…
Та снова склоняла голову.
— Поверь мне, так будет лучше, Джонатан. В конце этой недели мы должны уехать.
— Но, Делайла, я ничего не понимаю…
— Пожалуйста, уйди, Джонатан, — сказала она дрожащим голосом. — Пожалуйста… Ты должен сейчас же уйти.
Юноша с тяжелым сердцем зашагал к своему дому. "Я люблю ее, — думая он в отчаянии. — И, похоже, она тоже меня любит. Это сразу видно. Но почему же Делайла уезжает? И не хочет объяснить причину. Почему у нее такой таинственный и грустный вид?"
Этой ночью Джонатан, ожидая опять услышать крики своей матери, старался не смыкать глаз.
Но после стольких бессонных ночей бодрствовать оказалось выше его сил. И вскоре Джонатан забылся тяжелым сном без всяких сновидений.
И вот перед самым рассветом пелену сна пронзил душераздирающий вопль.
Парень тут же сел на кровати. Крик доносился с заднего двора.
Джонатан подскочил к окну. Первые утренние лучи уже румянили горизонт. Окинув взглядом двор, он не обнаружил ничего необычного.
Но крик продолжал звучать в его голове, эхом звенеть в ушах. Пережив столько ужасных недель, Джонатан был готов к самому худшему.
На лестнице послышались шаги. Это были Эзра и Рашель, спускавшиеся по ступенькам. Джонатан последовал за ними.
"А где же мама?" — подумал он. Страх перехватил ему горло, и Джонатан тяжело сглотнул. Сейчас не время паниковать.
Все трое выбрались на улицу. Во дворе стояла тишина. Но ведь все они слышали ужасный вопль. И доносился он именно отсюда.
— Где мама? — спросил сын у отца.
— Не знаю, — ответил тот. — Когда я проснулся от этого крика, ее рядом уже не было. А что, если…