Тайна
Шрифт:
Воин не остановился, но все же оглянулся через плечо и, коротко кивнув, продолжил свой путь. Джудит поблагодарила также Алекса, Гаури и Бродика, когда те проезжали мимо. Они ответили в том же духе, что и их предводитель, — коротко и отчужденно.
Джудит поняла, что ей не следует ожидать ничего большего. Эти люди выполнили свой долг и наконец-то избавились от нее. Сохранив на лице улыбку, девушка повернула обратно. Проходя мимо стоявших неподалеку женщин, Джудит услышала, как одна из них прошептала:
—
Если Джудит и не выдала ее одежда, то наверняка выдал акцент.
Продолжая шагать к Фрэнсис Кэтрин, она улыбнулась глазевшим на нее женщинам.
— Да, я — англичанка.
У одной из женщин буквально отвисла челюсть. Джудит подавила в себе приступ смеха, потому что чувствовала — ужасно неприлично было бы потешаться над столь явно выраженным потрясением.
— Кажется, все в восторге от моего приезда, — сказала она, подойдя к подруге.
Фрэнсис Кэтрин рассмеялась. Реакция же Патрика была прямо противоположной. Очевидно, он подумал, что она сказала это всерьез.
— Джудит, мне кажется, «восторг» в данном случае не совсем верное слово. В действительности, могу поспорить, что они…
Он взглянул на жену, как бы прося о помощи: подскажи, как мне смягчить эту правду. Но Фрэнсис Кэтрин ничем ему не могла помочь, поскольку продолжала весело и задорно смеяться.
Джудит улыбнулась Патрику.
— А слово «возмущение» не будет более подходящим?
— Нет, — вмешалась Фрэнсис Кэтрин. — Злость, отвращение или, возможно, даже..
— Хватит, — перебил ее Патрик тихим рычанием. Искры в его глазах говорили о том, что он лишь притворяется рассерженным. — Так вы подшутили надо мной, когда сказали…
Джудит кивнула.
— Да, подшутила. Я знаю, что мне здесь отнюдь не рады. Йан уже предупредил меня об этом.
Не успел Патрик ответить на это замечание, как его окликнул пожилой воин. Ему пришлось поклониться жене и ее подруге и отойти к группке мужчин, стоявших у ступеней замка. Фрэнсис Кэтрин взяла Джудит под руку, и девушки направились вниз по склону.
— Ты будешь жить со мной и Патриком, — объяснила подруге Фрэнсис Кэтрин. — Может, и будет немного тесновато, но я хочу, чтобы ты все время была рядом со мной.
— А разве в вашем доме только одна комната?
— Да, одна. Но муж хочет пристроить вторую, как только родится ребенок.
Патрик догнал девушек, когда те уже спустились с холма. Его хмурое лицо недвусмысленно говорило Джудит о том, что ему уже пришлось оправдывать ее приезд перед воинами.
— Патрик, у вас возникли трудности из-за того, что вы пригласили меня к себе?
— Со временем они привыкнут к вашему присутствию, — ответил тот уклончиво.
Они подошли к дому, стоявшему крайним у дороги. Фасад дома был окружен цветами, розовыми и
Внутри все было так же приветливо и уютно, как и снаружи. Половину одной из стен занимал камин. Большая кровать, покрытая красивым разноцветным пледом, стояла у противоположной стены, а круглый стол в окружении шести табуретов занимал все остальное пространство. У дверей располагался умывальник.
— Вечером мы принесем раскладную кровать, — пообещала Фрэнсис Кэтрин.
Патрик кивнул в знак согласия, но по выражению его лица было ясно, что он не в восторге от подобной идеи. Скорее всего ему просто пришлось смириться с решением жены.
Вопрос был достаточно деликатным, но решить его следовало как можно быстрее. Джудит подошла к столу и села на один из табуретов.
— Патрик, задержитесь, пожалуйста, еще на минуту, — попросила она, видя, что тот направляется к выходу. — Я бы хотела поговорить с вами о своем ночлеге.
Патрик обернулся, прислонился к косяку и, скрестив на груди руки, стал ждать ее объяснений. Он решил, что Джудит сейчас попросит его подыскать ей другое место для ночлега на то время, пока она будет находиться здесь, и уже заранее готовился выдержать неудовольствие жены в тот момент, когда он согласится с гостьей. Хотя физическая близость с Фрэнсис Кэтрин и была в настоящее время невозможной, Патрику нравилось по ночам держать в объятиях свою возлюбленную, и видит Бог, он не собирался отказываться от этого удовольствия.
«Если только Фрэнсис Кэтрин снова не утопит меня в слезах», — признался он себе, готовый отказаться от чего угодно, лишь бы не огорчать жену.
Джудит поразило его суровое, нахмуренное лицо. Муж Фрэнсис Кэтрин имел, по-видимому, такой же угрюмый характер, как и Йан, и все же он ей нравился, хотя бы уже потому, что Джудит, видя, как он смотрит на свою жену, понимала, как крепко он ее любит.
Джудит сложила руки.
— Мне не следует жить вместе с вами, ибо по ночам вы должны оставаться наедине, — поспешно прибавила она, видя, что Фрэнсис Кэтрин собирается ей возразить. — Пожалуйста, не обижайтесь. Но мне действительно кажется, что по ночам муж и жена должны оставаться наедине друг с другом. Нет ли поблизости какого-нибудь дома, где я могла бы остановиться?
Фрэнсис Кэтрин яростно затрясла головой, но тут в разговор вступил Патрик:
— Через два дома от нашего стоит пустой дом. Правда, он немного меньше, чем этот, но, уверен, что вам в нем понравится.
— Патрик, я хочу, чтобы Джудит остановилась у нас.
— Любимая, она же только что объяснила, что не хочет этого делать. Пусть поступает по-своему.
Джудит смутилась.
— Дело не в том, что я не хочу оставаться…
— Вот видишь? Она хочет…