Тайна
Шрифт:
— Сейчас довольно темно, — начал он. — И...
Лампочка торшера, стоящего рядом со столом, неожиданно взорвалась, а в пол или в стену за спиной Тома ударилось что-то, напоминавшее по звуку кирпич, упавший на бетонный пол. Стул словно сам собой вылетел из-под Тома, и, упав, он больно ударился. Том лежал, зацепившись ногами за ножки стула, вокруг него блестели осколки разбитой лампы. Кусочки стекла запутались у него в волосах. Том слышал звук собственного дыхания, казавшегося ему громким, как звук едущего в гору товарного поезда. Несколько
— Том, ты здесь? Где ты, Том?
Том освободил ноги и высунул голову из-за крышки стола. Свет горел только в окне дома Лангенхайма. Прохладный воздух проникал через выбитую форточку.
— Ты слышишь меня? — повторял металлический голос в трубке.
Том схватил трубку и прижал ее к щеке. Кусок стекла, выпав из волос, упал ему на запястье.
— Хей, — сказал он.
— С тобой все в порядке? Что-то случилось?
— Кажется, все в порядке, — Том стряхнул с руки блестящий осколок стекла и снова посмотрел на спокойные воды озера и свет, горящий в окне Лангенхаймов.
— Скажи мне, что случилось? — потребовал дедушка.
— Кто-то выстрелил в окно, — сказал Том.
— Ты ранен?
— Нет, не думаю. Я просто, я просто — даже не знаю что.
— Ты видел кого-нибудь?
— Нет. Там никого нет.
— Ты уверен, что все было именно так, как ты говоришь?
— Я ни в чем не уверен, — огрызнулся Том. — Кто-то чуть не убил меня. Взорвалась лампа, разбита форточка.
— Я скажу тебе, что произошло. Местные жители иногда бродят по лесам в надежде подстрелить оленя. Я помню, что когда мы жила на Игл-лейк, там часто можно было услышать выстрелы. Охотники.
Том вспомнил, что Леймон фон Хайлиц тоже говорил ему что-то подобное.
— Охотники, — повторил он.
— Это был случайный выстрел. Сейчас они уже успели убежать. Как ты себя чувствуешь?
— Меня немного трясет.
— Но с тобой все в порядке.
— Хм, да, пожалуй, да.
— Не думаю, что тебе стоит вызвать полицию, если, конечно, ты сам не считаешь это необходимым. В конце концов ты ведь не понес особого ущерба. А охотники сейчас уже на полпути к городку. А от полиции в этих местах никогда не было большого толку.
— Кто-то стрелял в меня! — воскликнул Том. — А ты считаешь, что я не должен обращаться в полицию!
— Я просто хочу уберечь тебя от неприятностей. Том. Есть много вещей, которых ты не знаешь. — Глен тяжело дышал и очень медленно произносил слова. — И ты доказал это, отправившись к Сэму Гамильтону.
— К Чету Гамильтону, — поправил его Том. — Он — сын Сэма.
— Чет Гамильтон! Какая разница? Ты не слушаешь меня, — теперь голос дедушки звучал раздраженно. — Игл-лейк — это не Милл Уолк. Здесь полиция не будет на твоей стороне.
Том чуть не рассмеялся.
Все словно перевернулось с ног на голову.
— Ты слышишь меня? — спросил дедушка.
— Я
— Перезвони мне, когда они уедут. — Глен повесил трубку.
Том встал и выглянул в окно. Спина его болела после падения. Он потер спину, поднял стул и сел на него. Абажур лампы склонился в его сторону, на нем виднелось пулевое отверстие с рваными краями. Том потрогал дырочку и поглядел туда, где стена смыкалась с полом. В темноте Том видел только тени в том месте, куда должна была попасть пуля. Том хотел встать и зажечь верхний свет, но ноги отказывались ему повиноваться. Кровь стучала у него в ушах. Том заглянул внутрь лампы. Лампочка исчезла, а погнутый патрон напоминал свернутую шею.
Дедушка спас ему жизнь.
Том нашел в себе силы встать, оттолкнулся от стола и, пройдя через комнату, включил стоящую у противоположной стены лампу. Форточка была разбита, а разбитая лампа у стола покачивалась, словно сломанный цветок. На столе лежали осколки. Том включил фонари на купальне, окно тут же осветилось снаружи, а озеро исчезло. Затем он стал рассматривать стену, ожидая увидеть сломанную доску и расщепленный плинтус, но сначала он вообще ничего не смог разглядеть, а потом нашел наконец маленькую аккуратную дырочку в деревянной стене, на восемь-девять дюймов выше плинтуса.
Через десять минут постучали во входную дверь. Том выглянул в окно и увидел белокурого полицейского, который накануне арестовал пьяного водителя на главной улице городка Игл-лейк.
— Мистер Пасмор? — уточнил он.
Полицейская машина стояла около дома с погашенными фарами — Том напрасно ожидал воя сирен. — Это вы звонили в полицию. Я — офицер Спайчалла. — Том отступил назад, пропуская полицейского внутрь. — Насколько я понимаю, у вас что-то случилось. Покажите мне, где это произошло, чтобы я мог собрать необходимую информацию.
Тому показалось, то полицейская форма немного маловата офицеру Спайчалле. Ремень скрипел при каждом его шаге.
Полицейский быстро осмотрел кабинет, сделал какие-то записи в небольшом блокноте и спросил:
— Где вы сидели в момент выстрела?
— За столом, — сказал Том. — Я разговаривал по телефону.
Спайчалла кивнул, обошел вокруг стола, осмотрел разбитую лампу и пулевое отверстие, затем вышел на купальню, чтобы осмотреть окно снаружи. Вернувшись, он снова записал что-то в блокноте.
— Выстрел был один? — спросил он.
— А разве этого недостаточно?
Спайчалла поднял брови и перевернул страничку блокнота.
— Вы ведь приехали с Милл Уолк? Сколько вам лет и чем вы занимаетесь?
— А вам не кажется, что следует послать людей обыскать лес — может быть, они нападут на след того, кто в меня стрелял.
— Вы постоянно проживаете на острове Милл Уолк? Сообщите ваш возраст и род занятий.
— Да, я живу на Милл Уолк, мне семнадцать лет, я учусь в школе.