Тайна XV

Де ля Ир Жан

— Друг мой, — сказал Сэнт-Клер, — позовите начальника поста.

Солдат закричал, и почти тотчас же на пороге смежной двери показался унтер-офицер.

— Сержант, — сказал Сэнт-Клер, — доложите г-ну адмиралу, что г-н Дюто из Парижа хочет его видеть. И передайте ему это.

Тон был такой авторитетный, что сержант взял карточку ночного посетителя и бросился во дворец…

Через минуту Сэнт-Клер пожимал руку адмирала Сизэра и его адъютанта.

Объяснения с одной и другой стороны были быстры и точны. По мере того как Сэнт-Клер говорил, г-н Сизэра и Дамприх

все более таращили глаза. В особенности им показалась забавной идея, что знаменитому Фламмариону, может быть, на практике придется проверить все то, что он писал о планете Марс. Адмирал сиял, потому что, как ни велики были препятствия к достижению цели, судьба все время, казалось, благоприятствовала ему, и он мог убаюкивать себя надеждой найти и освободить Ксаверию и Ивонну и их подруг по плену.

Действительно, ни одному отцу никогда не пришлось проехать 5,600,000 километров междупланетного пространства, отделяющих землю от планеты Марс, преследуя похитителей своих дочерей. Самая богатая фантазия никогда не могла сравниться с этой печальной действительностью…

Решение было сейчас же принято. Губернатор Конго, которого вызвал адмирал, взял на себя распоряжения по отношению экспедиционного отряда, чтобы, в случае затруднений, быть наготове. Адмирал, Дамприх, Бонтан, Тори и Максимилиан Жоливе должны были отправиться с Сэнт-Клером на борт Кондора, и после того, как откроют и по возможности исследуют таинственную земную станцию XV-ти, должны были действовать смотря по обстоятельствам.

Было два часа ночи, когда на открытой просеке в окрестностях Браззавиля Сэнт-Клер пустил целый сноп сигналов. И через мгновение пара за парой, шесть авантюристов — потому что это название подходит к ним как нельзя больше — были подтянуты на шлюпке к аэро-кораблю.

Представление произошло в каюте с картами. Затем быстро Клептон был ознакомлен с тем, что произошло.

— Хорошо, — сказал он, справившись с картой, — отсюда к намеченному пункту около 900 километров. Делая 300 километров, мы будем там около шести часов утра.

— Великолепно! Вперед!

Взяв трубку телефона, Клептон отдал приказ дежурному механику:

— Алло, алло… Мерляк!.. Пункт направления на 1-й градус южной широты и 20-й восточной долготы… Прямо… Поняли? Хорошо!..

В продолжение двух часов предводители воздушной экспедиции (Бонтан, Тори и Жоливе были отправлены вместе с Пири в помещение экипажа) беседовали о предстоящих необыкновенных событиях. Но их нетерпение, их возбуждение были так сильны, что разговор был довольно несвязен.

Пробило пять часов.

— Следовало бы, может быть, — сказал Сэнт-Клер, — уменьшить ход, чтобы мы могли взойти на платформу и обозреть страну.

— Страну и небо, — сказал Клептон, — потому что, если Бастьен дал верные указания, очень возможно, что мы встретим какой-нибудь враждебный аэроплан около этой таинственной станции.

— В таком случае идем на платформу.

— Отлично… Я жду, чтобы вы отдали приказ Гайнору замедлить ход.

И оба предводителя, согласно уговору, отдали каждый свои приказания.

Затем Сэнт-Клер взял карту,

которую, с помощью кнопок, прикрепил к квадратной доске, взял под мышку два бинокля и направился к лестнице в сопровождении адмирала, Фламмариона и Дамприха. Наверху их ожидал Клептон с колониальными касками в руках.

— Оденьте каски, — сказал инженер. — Через несколько часов солнце начнет жечь: не следует входить на платформу с открытой головой.

Освободившись от биноклей, Сэнт-Клер одел каску — и все пятеро вышли на платформу.

Зрелище, которое представилось им, вызвало у них крик восторга.

На востоке небо было пурпурного цвета; в этом величественном свете плавало несколько маленьких облаков, бледно-голубых сверху и серебристых внизу, лучи еще скрытого солнца прорезывали их как будто сверкающими стрелами. В зените бледнели звезды перед наступающим днем. Воздух был необыкновенно чист и ароматен.

Внизу восходящее солнце озаряло золотистым блеском море зелени, расстилавшееся далеко под ними: девственный лес, лес еще неисследованный человеком, населенный слонами, гиппопотамами, носорогами, пантерами, леопардами. В реке и ручьях кишат крокодилы… Девственный лес! Жилище тайны и ужаса, где человек с трудом прокладывает себе дорогу; где поминутно грозит ему смертельная опасность. Кондор летел над всеми этими ужасами и препятствиями; летел в небесах стремительный и недосягаемый победитель этой суровой природы, с которой с незапамятных времен борется человек!

Сидя на платформе с картами на коленях, с биноклями и телефонными трубками в руках, Сэнт-Клер и Клептон внимательно следили за полетом Кондора. Остальные были погружены в созерцание величественной картины.

То смотря на карту, то на горизонт, где величественно поднималось солнце, то обращая внимание на лес, над которым на высоте 500 метров пролетал Кондор, Сэнт-Клер предавался мечтам, наполненным прелестными личиками, среди которых гордо улыбался энергичный и благородный образ Ксаверии.

И молодой человек, перелетая через препятствия одним скачком своего страшного воображения, видел будущее, сиявшее любовью и счастьем…

— Эй! Эй! — воскликнул вдруг Клептон. — Не будемте забывать главного.

— Что такое? — спросил Сэнт-Клер, удивленный этим призывом к действительности.

— А оружие!

— Черт возьми! Вы правы. Оружейник Варе предупрежден?

— Нет!

Клептон схватил трубку телефона и нажал среднюю кнопку; он ждал тридцать секунд.

— Вот он и предупрежден.

Затем стал отдавать приказания:

— Алло, алло!.. Варе? Позовите ваших товарищей, чтобы каждый был на своем посту; все свободные люди должны вам помогать в оружейной… Алло… приготовьте спиральные торпеды, взрывающиеся на пятьсот метров, а также ударные… Приготовьте также разрывные снаряды для бросания с верхней платформы… Алло!.. Идем на врага… Хорошо…

— Воздушный флот XV-ти может теперь показаться, — сказал Сэнт-Клер, — и один Варе, нажимая электрические коммутаторы при всякой нашей команде, уничтожит аэропланы, как ловкий стрелок убивает одного за другим жаворонков.