Тайна России
Шрифт:
Тем не менее утверждение, будто "жидо-масонский заговор" продолжался в России и после захвата власти большевиками, можно понять на описанном историко-политическом фоне, учитывая перечисленные и новые факторы:
— непропорционально большое участие евреев в революции [69], в советской администрации, в карательных органах — чем выше уровень, тем больше (причем политическое качество их должностей было гораздо важнее их количества); к тому же возглавили страну бывшие эмигранты, контакты которых с людьми типа Я. Шиффа и Гельфанда-Парвуса уже тогда были известны;
— бросалась в глаза помощь большевикам со стороны западного капитала в целом, и особенно американского (с большим участием еврейства и масонства) [70], эгоистически стремившегося с самого начала революции завоевать российский рынок
— огромное впечатление на эмиграцию произвело принятие коммунистами пятиконечной звезды — пентаграммы: она "относится к общепринятым символам масонства", имеет связь с традицией каббалы и "восходит к "печати Соломона", которой он отметил краеугольный камень своего Храма" [71], - объясняет популярный масонский словарь. Государственные символы всегда принимаются продуманно — у большевиков же это произошло внезапно и без убедительных объяснений. Было ли это тактической приманкой для западных политиков или просто недомыслием, стремлением выглядеть «прогрессивно», иметь модный значок "как у людей"? Во всяком случае, для правого фланга эмиграции этот факт лежал в том же русле, что и использование в США той же пентаграммы в армии, еврейской звезды в государственной и полицейской символике, масонских знаков на американских долларах (правда, в США это было неудивительно);
— был также очевиден союз масонов в коммунистов в Западной Европе, прежде всего во Франции в 1920-1930-е годы, когда они совместно противостояли "национально-клерикальной" в затем "фашистской опасности" (пики этого сотрудничества: победа "картеля левых сил" в 1924 г., что привело к открытию советского посольства в Париже: "народный фронт" в 1936–1939 гг.). Этот союз, как и существование масонов-коммунистов, давали правым кругам повод думать, что то же самое (если не большее) происходит и в СССР.
Чего не было: масонство там было запрещено вместе со всеми некоммунистическими течениями. В 1920-е годы не раз появлялись сообщения о преследованиях масонов в советской России, например, в связи с деятельностью организации «АРА», руководимой масоном Г. Гувером, будущим президентом США. «АРА» (American Relief Administration) оказала немалую помощь голодающим в России, но она, очевидно, заботилась и об идейном окормлении: два сотрудника «АРА» фигурируют в числе организаторов в 1923 г. ложи «Астрея» в Петрограде, у которой было в подчинении еще 6 лож [72], раскрытых большевиками. В числе руководящих членов Всероссийского Комитета помощи голодающим (связанного с "АРА") также были масоны: Е. Кускова, с. Прокопович, М. Осоргин и др., арестованные и высланные за границу — большевики видели в этом Комитете соперничающую «буржуазную» политическую структуру.
Сотрудничество (экономическое, дипломатическое) между большевиками и "сильными мира сего", особенно в годы нэпа, конечно, существовало, но при этом каждая сторона стремилась использовать другую в своих целях. Большевикам была нужна западная техника и дипломатическое признание, а западному капиталу — российские ценности и природные богатства.
Возможно, в довольно пестром советском руководстве поначалу оставался и какой-то узкий «смазочный», слой между теми и другими, на основе прежних связей. Например, масон Ю. В. Ломоносов: сначала он — "правая рука министра путей сообщения" Временного правительства; пробыв в Америке в 1918–1919 гг. (в группе посла-масона Б. А. Бахметева), он "вернулся и работал у большевиков: член президиума ВСНХ"; в 1920 г. под его контролем, при участии фирмы Я. Шиффа "Кун, Леб и K° и "красного банкира" О. Ашберга, происходил вывоз царского золота в США [73] (как видим, после революции деньги по тому же каналу, но в гораздо больших количествах, потекли в обратную сторону…). Но достоверных сведений о принадлежности руководящих большевиков к масонству очень мало.
Е. Кускова утверждала, что в числе масонов "знала двух виднейших большевиков". Н. В. Вольский писал, что масоном был большевик с. П. Середа, будущий нарком земледелия. Секретарь (т. е. глава) масонского Верховного Совета с 1916 г.
Г. Катков также отмечает, что имевшие отношение к масонству большевики И. И. Скворцов-Степанов и Г. И. Петровский установили в 1914 г. «по-братски» контакт с масоном А. И. Коноваловым для финансирования большевистской партии [75]. Из книги Н. Берберовой узнаем, что М. Горький был близок к масонам через масонку-жену, Е. П. Пешкову и приемного сына, видного французского масона 3. А. Пешкова [76] (брата Я. Свердлова). Там же опубликовано свидетельство Е. Д. Кусковой, что Н. И. Бухарин, выступая в 1936 г. перед эмигрантами в Праге, сделал масонский знак — "давал знать аудитории, что есть связь между нею и им, что прошлая близость не умерла" [77]. В один из масонских словарей включен К. Радек, правда с оговоркой, что "его принадлежности к масонству, часто упоминаемая, никогда не была доказана" [78].
Интересная фигура в этом отношении — Л. Троцкий. Он описывает, как во время заключения в Одессе в 1898 г. в течение целого года усердно изучал масонство, получал соответствующую литературу от друзей, "завел себе для франк-масонства тетрадь в тысячу нумерованных страниц и мелким бисером записывал в нее выдержки из многочисленных книг… К концу моего пребывания в одесской тюрьме толстая тетрадь… стала настоящим кладезем исторической эрудиции и философской глубины… Думаю, что это имело значение для всего моего дальнейшего идейного развития" [79], - признает он. Ссылаясь на это, масонская энциклопедия отмечает, что и к большевизму Троцкий пришел через масонство, но масоном не стал [80]. (Тогда тем более интересно выяснить по советским архивам, почему, обладая "кладезем эрудиции", создатель Красной армии выбрал ее символом пентаграмму.)
Проф. Н. Первушин пишет, что арестованного большевиками в 1920 г. бывшего министра Временного правительства Н. В. Некрасова (секретаря масонского Верховного Совета в 1910–1912 и 1916 гг. [81]) по чьей-то таинственной протекции "освободили и даже допустили к работе в Центральном союзе потребительских обществ в Москве, со значительным повышением по службе". Даже в 1950-е годы Кускова отказала Первушину в опубликовании списка масонов, "так как в Советском Союзе остались члены этой группы и, в частности, в самых высших партийных кругах (!), и она не вправе поставить их жизнь под угрозу" [82] (восклицательный знак Первушина).
Но даже из приведенных примеров следует лишь то, что оставшиеся в СССР масоны скрывали свое прошлое, а не правили страной, иначе бы им никакие заграничные разоблачения не могли быть опасны. После уничтожения Сталиным старой "ленинской гвардии" шансы на то, что на партийных верхах остались масоны, были практически сведены к нулю.
А что касается сотрудничества масонов и коммунистов за границей, даже такой критик масонства, как А. Костон, считает, что "коммунисты не поддерживают ложи, когда те находятся у власти, но они поддерживают масонов в тех странах, где те в меньшинстве, поскольку надеются пользоваться ими в своей борьбе против реакции". Большевики "не собирались служить французским масонам, а пытались использовать их" в своих политических целях: Троцкий надеялся, что приход к власти либералов-масонов "типа Керенского создаст чрезвычайно благоприятные условия для коммунистов" [83]. Тот же Троцкий в 1922 г, на IV Конгрессе Коминтерна отвергал масонство вполне искренне как явление буржуазное, каким оно в сущности и было. Поэтому и произошло совмещение обуржуазившейся части социалистических партий и атеистического масонства; последнее видело в этом способ влияния на рабочие массы для удержания их от крайностей — что понимали большевики, стремившиеся как раз к этим крайностям.