Тайна пропавшего ожерелья

Блайтон Энид

– Наверно, занят какой-нибудь Тайной, о которой мы ничего не знаем, – уныло заметил Ларри. – В последнее время здесь было немало краж, и, возможно, Гун подбирается сейчас к их раскрытию.

– Да, но кражи совершены не в его районе, – сказал Фатти. – В основном они произошли за мили от нас. Я читал о них в газете. Только на прошлой неделе украли драгоценности леди Рексхэм, а неделей раньше знаменитые алмазы кого-то еще. Очень умная шайка воров – но, насколько знаю, действует она не в нашем районе.

– Эх, действовала бы она в

нашем! – сказала Бетси. – Тогда бы мы могли их поймать. Ты, Фатти, принял бы тогда одно из своих новых обличий и выследил бы их!

– Ты сама знаешь, малышка, что все не так просто! – рассмеялся Фатти. – Только припомни все те трудности, с которыми мы сталкивались при раскрытии прошлых тайн.

– Мы еще ни разу не видели тебя переодетым в какого-нибудь взрослого, Фатти, – напомнила Дэйзи. – Пожалуйста, переоденься, а мы, если сумеем, тебя опознаем!

– Я все время репетирую у себя в спальне, – сказал Фатти. – Но я не хочу появляться перед вами ни под одной из своих новых личин, пока у меня не отработано все до конца. Опробую на вас, когда буду готов, обещаю. И отдам мой почти лучший выдвижной карандаш тому из вас, кто первым меня узнает. Идет?

– Ух ты, Фатти! Тот самый карандаш, у которого три цвета: простой, красный и синий? – спросила Бетси. – Ты и в самом деле готов им пожертвовать?

– Непременно отдам его тому из Тайноискателей, кто окажется достаточно сообразительным, чтобы опознать меня под моей первой взрослой маской! – заверил Фатти. – Ставка сделана!

– Пари держу, я узнаю тебя первым, – сказал Ларри. – Что девчонки тебя не опознают – я уверен. Пип может – но я буду первым!

– Нам придется оставить Бастера дома, когда мы будем опознавать тебя, – сказал Пип. – Не то он просто кинется к тебе и бешено залает, выдавая всем, что ты – это ты!

– Да, Бастер вне игры, – согласился Фатти, и Бастер навострил уши, услышав свое имя. – Извини, Бастер, старина, но завтра ты останешься дома вместе с кошкой,

– Ой, Фатти, ты собираешься переодеваться прямо завтра? – восторженно спросила Бетси. – Правда завтра? Ну, меня ты не проведешь! Я каждого буду пронизывать насквозь взглядом!

– Идет, – сказал Фатти. – Но все равно, у меня такое чувство, что мой выдвижной карандаш завтра вечером так и останется спокойненько лежать в моем кармане! Вы, может, и отличные Тайноискатели – но я все-таки чуть-чуть поумнее!

– В хвастовстве ты несомненно первый из нас всех, – сказал Ларри. – Твои фанфары, наверное, уже здорово поизносились.

– Какие фанфары? – с любопытством спросила Бетси. – Я никогда не видела Фатти с фанфарами.

– Фанфары ты не видела, а фанфаронаду его слышала наверняка, – сказал Ларри. – От нее порой уши закладывает! Она…

Тут Фатти подтянулся, прыгнул на Ларри, и раздались крики, вопли и визг. В сильнейшем возбуждении, Бастер тоже кинулся в самую гущу свалки. Появилась миссис Хилтон.

– Дети! Вы ведь знаете, что у меня в саду гости? Если хотите

орать, вопить и устраивать потасовки, то почему бы вам ни заняться этим где-нибудь в другом месте? Не хотите пойти прогуляться?

– Ой, мама, слишком жарко для прогулки, – простонал Пип.

– А я бы сказала, что слишком жарко для таких потасовок, – неодобрительно заметила миссис Хилтон. – Поглядите на себя, Ларри и Фредерик, какой у вас грязный и неопрятный вид!

– Извините, миссис Хилтон, – смиренно проговорил Фатти, а Ларри постарался пригладить взъерошенные волосы. – Мы отправимся прогуляться. Я забыл, что у вас в саду приглашенные к чаю гости. Приношу свои извинения.

В общении со взрослыми Фатти держал себя великолепно, и миссис Хилтон опять начала улыбаться.

– Идите в молочную и возьмите себе каждый по мороженому, – сказала она. – Так я ненадолго от вас избавлюсь. Вот деньги, Пип.

– Спасибо, мама! – сказал Пип, и друзья, довольные, отправились в путь. За сегодняшний день они отведают мороженого уже в четвертый раз, но об этом, пожалуй, не стоило упоминать миссис Хилтон. Сперва ребят угостила мороженым мать Фатти, затем – мать Ларри, потом Фатти щедро выставил всем мороженое за свой счет. Так что теперь они идут по четвертому кругу. Отлично.

Они степенно прошли через сад и по въездной аллее вышли за ворота на улицу. Пройдя в молочную, где продавали мороженое собственного изготовления – такое, что пальчики оближешь, – они устроились за маленьким столиком у окна, чтобы съесть свои порции.

Пока они там сидели, мимо окна проехал мистер Гун, с ожесточением крутя педали велосипеда, весь красный и запарившийся.

– Тяжелая работка для Гуна, – заметил Фатти, как можно медленнее беря с ложечки и глотая мороженое. – Похоже, он весь в делах, а?

Не успели они доесть свои порции мороженого, как Гун появился снова, все так же яростно нажимая на педали. Полицейский участок находился как раз напротив молочной, и ребята видели, как констебль браво взбежал по ступенькам. Затем в одном из окон полицейского участка появился его силуэт. Констебль явно с кем-то разговаривал, причем больше говорил он сам, энергично при этом кивая головой.

– Никогда прежде не видел Гуна таким деловитым! – изумленно сказал Фатти. – Как вы думаете, может быть, ему в самом деле поручили какое-то дело и он раскрывает тайну, о которой мы ничего не знаем?

– Ого, вот он опять! – сказал Пип, когда Гун вывалился из полицейского участка, застегивая нагрудный карман, в который он только что запихнул большую пачку бумаг. – Его распирает от важности.

– Он чем-то чертовски доволен, – добавил Фатти. – Да я с ума сойду, если в Питерсвуде что-то приключилось, пока меня не было, а мы ничего об этом не знаем!

Гун вскочил на велосипед и снова умчался. Невмоготу было сидеть в молочной и видеть его таким деловитым и важным, не зная причины. Фатти сгорал от любопытства.