Тайна Кукабурры

Кризи Джон

Зазвонил телефон. Он поколебался, наклонился и снял трубку.

— Я же просил меня не беспокоить… Ах, вот что… Да, да, с таком случае вы были совершенно правы.

Он протянул трубку Роджеру.

— Это вас.

— Благодарю, — беря трубку, Роджер коснулся руки Мортимера Флэга — горячая и влажная, мысленно отметил он, потом произнес:

— Вест слушает.

Красавчик, похоже, что мы попали пальцем в небо, — сказал Люк Шоу, и в голосе его звучала нескрываемая тревога. — Получены радиограммы со всех судов, у всех полный порядок,

в том числе и на «Кукабурре», которая будет здесь в понедельник, на день раньше.

Было утро понедельника, времени оставалось мало.

20. РАДОСТЬ СМЕНЯЕТСЯ ОТЧАЯНИЕМ

Все еще стоя у стола, Мортимер Флэг пристально смотрел на Роджера. Роджеру показалось, что директор уже знал о результатах обыска, а сейчас только и ждет момента, чтобы поиздеваться на этот счет. Роджер, плюнув на гордость, сказал:

— Все суда доложили, что все в порядке, не так ли?

— Вот именно. Прямо зло берет, что ни одно из них не взорвалось, — мрачно пошутил Шоу, — Я решил предупредить тебя: братья Флэг уже знают об этом. Ты, конечно, понимаешь, что сейчас не стоит на них нажимать. Извини, что я впутал тебя в эту историю, Красавчик.

Роджер искренне рассмеялся.

— Дай Бог, чтобы это была самая большая неприятность в моей жизни. Увидимся, — он положил трубку, улыбнувшись Мортимеру Флэгу, — На ваших судах все в порядке, — сказал он.

Глаза Мортимера загорелись.

— Это прекрасно! (Итак, он ничего не знал, отметил про себя Роджер.) Я же говорил вам, вы попадете впросак. — Он поднял трубку, но, прежде чем он заговорил, дверь позади Роджера распахнулась и в комнату влетел Раймонд Флэг. Оглянувшись, Роджер увидел сияющие глаза и победоносный вид председателя правления. За ним семенил улыбающийся от восторга Грэгори Флэг.

— Ничего не найдено! — гаркнул Раймонд.

— Боже, какое счастье! — воскликнул Грэгори. Роджер встал так, чтобы ни к кому из них не быть спиной. Он ожидал, что Флэги будут злорадствовать, но вместо этого увидел неподдельную радость, а это уже примечательно для людей, которые абсолютно уверены в том, что у компании — «Голубой флаг» не могут возникнуть какие-то осложнения.

— Удивлены, комиссар? — спросил Раймонд. — Но это же естественно. Мы-то знали, что вы ошибаетесь, однако вы настаивали, и мы тоже невольно забеспокоились. Это огромное облегчение.

— Даже если оно и огорчило комиссара Веста, — ядовито заметил Мортимер.

— Если у вас создалось впечатление, что мне хотелось видеть один из ваших пароходов на дне моря, со всем экипажем и пассажирами, значит, я вел себя неправильно, — сказал Роджер. — Возможно, это рассеяло ваши опасения, но мои остались при мне. Я хочу поймать убийцу. Я должен добраться до тех богачей, которые стоят за ним, и должен узнать, почему были совершены убийства, почему Ланселот Смит предупредил меня о том, что любое из ваших судов может быть потоплено и…

— Я же говорил вам, что Смит страдал

навязчивыми идеями, — прервал его Раймонд.

— Вы думаете, что по этой же причине Маркус Барринг позвонил комиссару Шоу и сказал, что «Кукабурра» никогда не пришвартуется в сиднейской гавани? — спросил Роджер.

— Я не верю… — начал было Грэгори, но замолчал.

— Что?! — ахнул Мортимер.

— Когда это было? — спросил Раймонд Флэг.

В мгновение настроение их резко изменилось. Радость исчезла, ее сменила тревога, даже испуг. Они встали рядом по одну сторону стола Мортимера, а Роджер, повернувшись спиной к двери, стоял по другую.

— Именно поэтому я настаивал на обыске, — сказал Роджер. Все молчали, и в этом молчании отчетливо прозвучал вопрос, который он все время хотел задать этим людям.

— Мне сообщили, что кое-кто в Пекине захотел приобрести компанию «Голубой флаг» и пытается вынудить вас продать компанию. Точно так же, как когда-то вы заставили сделать это Баррингов. На вас действительно оказывают такое давление? — Никто ему не ответил, и он продолжал: — Дело в том, что жертва, принесенная Ланселотом Смитом и Полем Баррингом, весьма смахивает на Политический фанатизм. У вас есть какие-либо основания считать, что Смит был связан с Китаем?

— Бог мой! — сказал Грэгори Флэг.

Мортимер пересек кабинет и плюхнулся в мягкое кресло у окна.

Раймонд остался у письменного стола, бледный, по внешне спокойный. Казалось, прошла вечность, прежде чем он смог собраться с мыслями и заговорить.

— Да, — бесстрастно начал он.

Голос Роджера, поддавшегося напряжению момента, стал хриплым.

— Вы уверены в этом?

— Да.

— Знали ли вы, что он замешан в заговоре против компании?

— Мы опасались этого, — ответил Раймонд.

— Почему?

— Мы знали, что он хотел, чтобы мы продали большую часть наших акций подставным лицам. Мы отказались. Когда были совершены эти преступления, мы поняли, что это попытка силой вынудить нас пойти на соглашение.

— Когда началось это давление?

— Полгода назад.

— После того, как затонула «Коала»?

— Да, — ответил Раймонд. — Дело в том…

— Раймонд, зачем все это, — сказал Мортимер. Побледневший, он вскочил с кресла, словно приготовясь к драке. — Нет необходимости в дальнейшем признании или заявлениях. Их было достаточно. Мы сделали все от нас зависящее. Давай оставим все как есть.

— Не так-то уж вы много сделали, предупредив капитанов ваших судов, к тому же вы знали, что одному или нескольким из них грозит опасность, — резко сказал Роджер.

— Мы прекрасно понимали, что, если вы решили предупредить капитанов, вы бы сделали это, хотим мы того или нет, — холодно заметил Мортимер. — Ваши действия, рассматривались бы просто как вмешательство полиции. Запрос же, поступивший от нас, показал, что реальная опасность существует. В этом не было необходимости. Мы не дураки, мистер Вест.