Тайна Кукабурры
Шрифт:
— Не понимаю, что ты имеешь в виду? — недоумевал Шоу.
— То же, что и ты. Иначе бы ты не захотел предупредить все двадцать семь судов компании «Голубой флаг».
Шоу склонил набок голову и улыбнулся.
— Ты уверен, что я вожу тебя за нос, не договаривая чего-то? Конечно же, братья Барринги не могут справиться со всей компанией «Голубой флаг». Один пароход, ну даже два, но все суда — это не по зубам даже такой семье, как Барринги.
Роджер кивнул.
— Как ты думаешь, кто стоит за этим? — спросил Шоу.
— Понятия не имею. Знаю только, что за этим кроется громадное состояние. Здесь замешаны
— Сдаюсь, — сказал он. — Конечно, это не кровная месть. Недаром же я сообщал тебе по телефону и в донесениях, что дело слишком сложное и распутать его нелегко. Но постарайся избежать ошибки, Красавчик. Барринги ненавидят компанию «Голубой флаг». И они пойдут на любой риск, лишь бы отомстить им. Возможно, что им кто-то платит, но они не просто наемные убийцы. Кроме всего прочего, это отвечает их собственным интересам. И когда Маркус Барринг говорит, что они будут мстить, пока у «Голубого флага» не останется ни одного парохода, он не шутит.
— Тут ты, пожалуй, прав.
— Пожалуй! Это как дважды два — четыре.
— Мне показалось, что, когда я предложил ему признаться во всем, он на мгновение задумался, — сказал Роджер. — Если бы нам удалось еще раз сделать ему это предложение, он мог бы согласиться. Люк, как ты думаешь, кто может стоять за ним?
— Кто-то хочет просто разорить компанию «Голубой флаг», — ответил Шоу. — Но что же получается, если мы исключим мотив мести?..
— Ну, договаривай.
— Захват, — сказал Шоу уверенно. — И не вздумай мне возражать. Те, кто хочет захватить компанию, пойдут на все, чтобы сбить стоимость акций, и сделают это открыто. Они не решатся на массовое убийство.
— Ну-ну, продолжай, — сказал Роджер.
— По поводу некоторых австралийских пароходных компаний ходят самые разные слухи, — сказал Шоу. — Говорят, что красный Китай хочет купить контрольный пакет акций. Китайские корабли не могут торговать свободно, им запрещено заходить во многие порты, и они не могут перевозить целый ряд грузов. В китайских доках почти не строят крупных судов — в основном все мелочь. Если верить слухам, то китайцы хотят установить финансовый контроль над компаниями, суда которых плавают под разными флагами. На Цейлоне и Дальнем Востоке у них ведутся большие горнорудные разработки, и они пробились еще в целый ряд мест. Мы не уверены, но думаем, что одна или две небольшие австралийские пароходные компании, имеющие связь с Гонконгом, контролируются китайцами. Компания «Голубой флаг» на шестьдесят процентов финансируется австралийским капиталом — в основном это капитал семьи Флэг, — а сорок процентов — это китайские деньги из Гонконга. В деловые и финансовые круги Гонконга проникает много подданных из КНР. Об этом мне сказал Фред Ходжес. Я тебе уже говорил, что он сейчас занимается гонконгским отделением компании «Голубой флаг», и я уверен, что он узнает там многое. Ты понимаешь, Красавчик?
— Понимаю, — ответил медленно Роджер.
— Ты как будто не очень-то в это веришь?
—
— А ты не согласен?
— Почему же, вполне вероятно, — быстро согласился Роджер. — Но мне нужны существенные доказательства, что они решатся на это, не боясь возможного разоблачения.
— Они считают, что такая возможность исключена, возразил Шоу. — Если бы Барринги были коммунистами, это бы объясняло нам многое. Например, почему Поль Барринг и Ланселот Смит решили умереть, но не быть арестованными? Они боялись, что проболтаются, а для них дело было дороже собственной жизни.
Он умолк, Роджер тоже молчал. Потом Шоу продолжил:
— Так что же ты думаешь, Красавчик?
— Ты убежден в этом? — спросил Роджер. Шоу улыбнулся.
— Не совсем, но, мне кажется, это вполне правдоподобно. У тебя есть какой-нибудь веский аргумент против моей гипотезы?
— Нет.
— Ну тогда мы с тобой сработаемся, — сказал Шоу полушутя, полусерьезно. — Теперь ты понял, почему я хочу предупредить каждое судно? Практически все они, вернее, на всех пароходах команды, за исключением офицеров, на сто процентов состоят из китайцев. И то, что случилось с «Коалой», может произойти с любым из пароходов. Для члена экипажа легче всего взорвать судно.
— А заодно и себя? — возразил Роджер.
— Сразу видно, что ты не часто сталкивался с китайцами, — отрезал Шоу. — Большинство из них — настоящие маньяки. Они считают, что их семьям помогут, а смерть их не страшит. Они живут бок о бок со смертью. Прибавь к этому азиатский фанатизм — и ответ готов.
— Конечно, все возможно, — сказал Роджер, — по крайней мере в одном ты меня убедил.
— В чем?
— Каждое судно компании «Голубой флаг», где бы оно ни находилось, подвергается опасности.
Глаза Шоу загорелись.
— Значит, ты поддержишь меня, когда я потребую предупредить все пароходы?
— Да.
— Я знал, что на тебя можно рассчитывать. — Шоу громко хлопнул в ладоши. — Молодец, Красавчик. — И после небольшой паузы добавил: — Может быть, ты хотел бы сейчас поговорить с начальством?
— Давай сначала посмотрим, поддержат ли нас директора компании, — предложил Роджер.
— Ну, как хочешь, — согласился Шоу. Он открыл папку, лежавшую у него на столе. — Так, посмотрим. Ага, вот она. Сегодня в шесть утра «Кукабурра» взяла на борт лоцмана Грэйт Бэриера Рифа. Через четыре дня они будут в Сиднее. На борту все спокойно. Наши ребята из Куинс-ленда попросили лоцмана кое-что проверить. Все пассажиры, включая Пэрришей, в полном здравии.
— Это уже немало, — согласился Роджер.
— А вот телеграмма от твоего парня Кебла. Роджер выпрямился.
— В Туре, Франция, Сэмуэль Хэкит сделал предложение дамочке по имени Тереза Донэ.
— Отлично, черт побери!
— Ну это мне непонятно, — съязвил Шоу. — Но у меня возникла мысль, Красавчик.
— А именно?
— Эти убийства в Лондоне…
— Я слушаю тебя.
— Всех пассажиров, направлявшихся обратно в Австралию, убили, кроме Парришей. Может быть, это один из мотивов — убить их, чтобы быть уверенным, что они не вернутся сюда?