Тайна Чаши
Шрифт:
Он даже нашел в себе силы улыбнуться перед тем, как выйти из часовни.
— Ради Бога, — шепнул он Валю, — выпроводи этих людей и приходи в библиотеку. Пусть все придут.
Глава десятая
Две разгневанные девицы
Сэр Персиваль Гирт мерил шагами библиотеку, тогда как двое его детей, мистер Кемпион и Бранч беспомощно следили за ним взглядом.
— Слава Богу, эта женщина уехала. — Сэр Гирт прижал ладонь ко лбу. — Не знаю уж, насколько она поверила мне,
— Значит, она и вправду исчезла? — спросил Валь.
— Ну, конечно, исчезла, — подтвердил сэр Персиваль таким тоном, что ни у кого больше не осталось сомнений в случившемся. — Исчезла. Растворилась в воздухе. Я сам укрыл ее бархатом в воскресенье сразу после того, как ты рассказал мне о Кэйри. Она была на алтаре. Ключи я унес с собой и положил на место, как всегда. Насколько мне известно, это место знаем только я, ты и Бранч.
Бранч изменился в лице, но сэр Персиваль успокоил его:
— Нет, нет я никого не обвиняю. Просто странно. Вещи не могут исчезать сами по себе.
Некоторое время находившиеся в библиотеке молчали, словно от неожиданности на них напал столбняк.
— Может быть, мне послать за полицией? Или вы сами позвоните? — спросил Бранч.
Сэр Персиваль медлил с ответом.
— Пока не знаю. Но все равно спасибо, Бранч. Нам ни в коем случае не нужна шумиха. Она может иметь самые ужасные последствия. Мы ведь хранители королевской чаши. Пусть часовня стоит закрытой, как всегда, и никому не говорите о пропаже.
— Что нам делать? — еле слышно спросил Валь. — Не можем же мы сидеть тут и ждать невесть чего.
Его отец с любопытством взглянул на него.
— Не можем, мой мальчик. Поэтому вы все должны знать. Чаша большая и тяжелая, и ни один чужак не покинул этот дом с тех пор, как я запер ее в последний раз. Только у нас был доступ к ней, но мы все заинтересованы в том, чтобы вернуть ее на место.
— Ты хочешь сказать, что она еще здесь? Тогда где? Пошли за начальником полиции. Он же твой старый друг.
— Может, и надо было бы, — неуверенно произнес сэр Персиваль, — но что в этом толку? Он только всех перебаламутит. Будет допрашивать слуг, обыскивать дом… Нет, мы должны сами справиться.
Он сказал это так, что ясно было — спорить бесполезно.
— Я не буду звать полицейских, по крайней мере, пока. И очень прошу вас всех никому ничего не рассказывать. По моему глубокому убеждению, чаша еще в доме. А теперь оставьте меня одного.
Все, кроме Валя, покинули библиотеку, и когда дверь закрылась, он подошел к отцу, который уже сидел за своим столом.
— Послушай, папа, если ты зачем-то спрятал чашу, ради Бога, скажи мне. Я же твой наследник, и у меня есть право знать.
— Мальчик, не глупи. — Голос старого сэра Персиваля было трудно узнать, и лицо у него мгновенно посерело и осунулось, едва он остался без свидетелей. — Ничего более ужасного мне не приходилось
Он посмотрел прямо в глаза сыну.
— Через неделю тебе исполнится двадцать пять лет. И через неделю мне было бы легче объяснить тебе все до конца.
На другое утро Кемпион встал рано, спустился по лестнице, пересек холл и вышел в залитый солнцем парк У него не было причин для веселья Все его усилия в Санктьюари свелись на нет. Леди Петвик умерла при загадочных обстоятельствах через восемь часов после его приезда, а теперь у него из-под носа увели чашу, которую он собирался охранять.
Тем не менее он уселся на одну из каменных скамеек и улыбнулся безоблачному миру.
И почти тотчас он услышал шум, который ожидал услышать, поэтому встал и не спеша направился прочь от дома по подъездной аллее. Он все еще был далеко от ворот, когда позади него несколько раз нажали на клаксон, и, обернувшись, он увидел в спортивной машине Пенни, которая недовольно смотрела на него, отчего он тотчас изобразил на лице глуповатую улыбку.
— Куда вы собрались, прелестная госпожа? Не возьмете ли с собой бедного путешественника?
Девушке его предложение пришлось явно не по вкусу.
— Я в город к портнихе. Могу подвезти вас до деревни.
— Мне тоже в Лондон. Отсюда далековато, не правда ли? Но я знал, что мне не придется идти пешком.
Пенни покраснела.
— Но вы же не можете оставить «Башню», — со страхом проговорила она.
— Никогда не смейтесь над могущественными людьми. Не забывайте, что случилось с испорченными детьми, которые посмеялись над Елисеем. Я ведь могу придумать смерть и пострашнее, чем в зубах медведицы.
Девушка молчала, и было очевидно, что она никак не ожидала встретить на своем пути мистера Кемпиона.
— Послушайте, — наконец проговорила она — Мне надо отвезти Бет в Лондон, если хотите знать. Она уже ждет меня.
Кемпион просиял.
— Правильно. Так мне и надо. Не позволяйте мне командовать собой. Я, собственно, и не собирался, но мне нужно в Лондон, а Лагг не разрешил мне воспользоваться «бентли».
Девушка недоверчиво поглядела на мистера Кемпиона, который снял очки и стал протирать их.
— Кто же этот ваш Лагг?
— Зависит от того, что вы хотите узнать. Человек, естественно. Да, да, гомо сапиенс. Статус — никакого, прошлое — ужасное, занятие — мой слуга.
Пенни рассмеялась.
— А я уж подумала, что он — ваш хозяин.
— Ну и ну, — обиженно протянул Кемпион. — Надеюсь, мое путешествие будет приятным. Ведь мне совсем не нравится, когда меня вот так вышучивают. А вот и ваша подружка. Позвольте мне занять откидное сиденье.
— Нет! — воскликнула Пенни с такой горячностью, что Кемпион вздрогнул от неожиданности. Девушка закусила губу, поняв, что переборщила. — Сидите на месте. Бет устроится как-нибудь.