Тайна башни (сборник)

Коллектив авторов

— Вот это приятно слышать! — ответил Шерлок Холмс, приветливо улыбаясь и пожимая руку преступника. — Если ты останешься верен данному слову, то найдешь во мне друга. Ты будешь не первым мошенником, из которого я сделаю порядочного человека! Вот бери, Чарли! — и он сунул новому приятелю золотой. — Выпей за мое здоровье! Если хочешь, приходи ко мне на днях, у меня, вероятно, найдется для тебя работа!

Не дожидаясь благодарности, сыщик быстро ушел к ближайшему месту стоянки карет и уехал домой. Он остался доволен истекшим днем

* * *

После

этих событий прошла неделя, в течение которой Шерлок Холмс спокойно ожидал дальнейшего.

В одно прекрасное утро Гарри Тэксон доложил о приходе давнишнего приятеля сыщика, полицейского комиссара Броуна.

— Садитесь, дорогой мой, — сказал Шерлок Холмс и предложил гостю сигару, — долго же вы заставили меня ждать! Вы прямо из полицейского управления?

Броун закурил сигару и несколько раз затянулся.

— Вы угадали, друг мой! — начал он. — Когда мы не знаем, как быть, то к кому же идти, как не к Шерлоку Холмсу!

— К этому я уже давно привык, — засмеялся сыщик и налил себе и гостю по рюмке бренди, — меня это нисколько не удивляет. Разве Лодж ничего не добился?

Броун пожал плечами.

— Дело более сложно, чем мы предполагали, — ответил он. — Лодж все время наблюдал за дачей в Дартфорде, но узнал только, что Витней ежедневно в одно в то же время, так между шестью и семью часами вечера, является туда и затем возвращается в свою квартиру на Пикадилли, где продолжает разыгрывать роль знатного барина.

— И это все? — спросил сыщик.

— К сожалению, все! К этому Витней не подберешься! Нельзя же ему запретить проводить иногда несколько часов па своей даче? Ему, по-видимому, доставляет удовольствие водить нас за нос!

— Просто он знает, что за ним следят, и остерегается. Но неужели же Лодж так-таки ничего особенного и не заметил?

— Ему показалось, что Витней уходил с дачи всегда с туго набитыми карманами.

— Вот как!

— Он рассказывает, что Витней, приближаясь к даче, всегда размахивает руками, а уходя, прячет их в карманы.

— Из этого ведь еще не следует, что Витней уносил что-нибудь из дома. Впрочем, кто же ему может запретить. Ведь дача принадлежит ему!

— Ну, а что вы думаете по этому поводу?

— Я думаю, что Витней, зная, что за ним следят, просто хочет провести Лоджа. Он, вероятно, ничего не выносит из дачи, а напротив, приносит туда что-нибудь'

По лицу комиссара было видно, что он далеко не соглаесен с доводами своего приятеля.

— Никто не сомневается в том, милейший Холмс, что вы удивительно точно соображаете, обыкновенно попадая в самую точку, но в данном случае я, право, не могу согласиться с вами! Я сам много раз тайком бывал на этой даче и осматривал все сверху донизу, но ни разу не нашел ничего подозрительного, что могло бы выдать ловкого мошенника.

— И все-таки, милейший Броун, ключ от загадки скрывается именно там. Если на даче и нет ничего подозрительного, то тайные сообщники этого завзятого

мошенника скрываются в каком-нибудь месте, путь к которому ведет через дачу!

— Вот это похоже на Шерлока Холмса! — рассмеялся Броун. — На даче нет ничего подозрительного, и все-таки путь к какому-то тайному месту ведет через нее! Очень интересно знать, чего вы добьетесь? Действительно, я чуть не забыл самого главного: вот, извольте, вам приглашение начальника полиции заняться этим делом!

Холмс бегло взглянул на бумагу.

— Я готов, — сказал он, кладя документ в карман, — но с условием, чтобы дело было поручено только исключительно мне! У семи нянек дитя всегда без глазу!

— Вы требуете отозвания Лоджа?

— Именно!

— Придется сегодня же вечером отозвать его.

— А когда он вернется в управление?

— Около восьми часов.

— Жаль! Я потеряю много времени. Но делать нечего, придется покориться, лишь бы потом я был уверен, что…

— Будьте покойны, как только Лодж вечером явится, я сейчас же извещу его о решении начальства, и он не будет мешать вам.

— Убедительно прошу вас об этом!

— Право, не знаешь, — проговорил Броун почти сердито, покачивая головой, — чему больше удивляться: беспримерному ли лукавству негодяя, не дающегося в наши руки, или вашему самомнению, с которым вы беретесь за это дело, кажущееся вам легким и стоящее нам уже недели работы. Вы хотите один справиться с тем, с чем не могут справиться Лодж и целая армия полицейских?

— Хочу! — подтвердил Шерлок Холмс. — И справлюсь потому, что расследую тайну дачи в Дартфорде, владельца которой считаю соучастником преступления, похищения жемчуга и исчезновения консула.

— Желаю вам успеха! — ответил комиссар. — Но мне кажется, вы слишком легко смотрите на это дело! В лице Исаака Витней вы, пожалуй, найдете достойного противника!

— Очень буду рад, — отозвался сыщик. — В общем, милейший Броун, мне нет никакого дела до убитых персов, до похищенных жемчугов, хотя бы они и стоили миллиарды! Человечество ничего не потеряет, если исчезнут эти иностранцы и эти драгоценности, но меня прельщает возможность обезвредить одного из опаснейших преступников и его сообщников, помериться с ним в борьбе! Связанные с этой борьбой волнения и опасности нужны мне для здоровья, это, так сказать, моя живительная сила!

— А что вы думаете предпринять? — спросил Броун, с удивлением глядя на сыщика, так фанатически преданного своему делу.

— Вероятно, я тоже посещу дачу в Дартфорде. Скажите, друг мой, разве вы не обрадовались бы, если бы я нашел в этом логовище Боба Гринфильда?

— Значит, вы придаете этому малому большое значение?

— Видите ли, Броун, — сказал сыщик, — он лучше других знает все тайны дома банкира, и можете быть уверены, что в его руках сходятся все нити таинственного преступления на Оксфорд-стрит. Надеюсь, мне удастся убедить вас в этом в самом недалеком будущем!