Таймлин 2
Шрифт:
Сущности двигались очень быстро, но адмирал Гёдзе и его оружие были гораздо быстрее. Луч шириной в несколько сотен метров ударил по приближающимся к нам созданиям и полностью развеял их, не оставив даже частиц творения.
Копьё Света — действительно страшное оружие, уничтожающее всё на своём пути. Бьющее по физическим, химическим и астральным сущностям. А вот пространственным оно ничего не могло сделать.
Луч света угодил в ближайшего хранителя и просто исчез в нём. А его энергия спровоцировала резкий рост пространственной трещины и увеличение вырывающихся из неё сущностей.
— Наше
А судя по тому, сколько частиц творения собралось рядом с ним, этот удар намечался куда серьёзнее предыдущего.
Пока я говорил, Наследие начало действовать, вновь создав уже знакомый мне круговорот сияющих планет. Только на этот раз он оказался куда больше и охватил собой «Рагнар» и «Годжиро» вместе взятые.
Огромные сферы диаметром в несколько сотен метров принялись разгоняться вокруг кораблей и через несколько мгновений выбрасывать первые искры в сторону хранителей. Сразу исчезли все сущности. Но в отличие от удара Гёдзе они превратились в частицы творения, бросившиеся во все стороны. Энергетический фон мгновенно подскочил, заставив хмыкнуть адмирала.
Сперва хранители пытались сопротивляться, выпуская новые и новые трещины, но они быстро закрывались, не в состоянии сопротивляться искрам Наследия.
Так продолжалось несколько минут, а затем первый из явившихся хранителей исчез. Он просто сбежал, испугавшись Наследия. Следом за ним то же самое сделали и остальные хранители, изрядно просев в силе после столкновения с неизвестным противником.
— Впервые вижу, чтобы враг отступил. Нам не удалось добиться подобного результата ещё ни разу. Ты говорил, что это союзник. Может, он помочь человечеству? Он один или существуют и другие подобные?
— Адмирал, опять одни вопросы, — покачал я головой, пытаясь понять, что на этот раз мне передаёт Наследие.
Образов было невероятно много и на первый взгляд они совершенно не связаны друг с другом. Просто набор рандомных видений, которые Наследие решило на меня вывалить. Но чем больше образов появлялось, тем яснее становилась картина.
Наследие сожалело о том, что хранители сбежали. Оно не смогло никого очистить и лишь потеряло время, подвергнув опасности жизнь в тех местах, куда переместились хранители.
А ещё все ближайшие системы теперь были под ударом.
Но это как раз нравилось Наследию. Возможно, хранители решат разобраться с неизвестной угрозой, что появилась здесь, и объединятся. Таким образом получится собрать всех хранителей в одном месте и исцелить их. И чтобы это осуществить, необходимо установить ловушку, из которой хранители гарантированно не выберутся.
— Что это сейчас было? — спросил у меня адмирал, с которым Наследие так же решило поделиться переданной мне информацией.
— Вы смогли понять хоть что-нибудь?
— Лишь обрывки. Словно кто-то пытался мне сказать, что скоро в ближайшие системы станут стягиваться все хранители. И это очень хорошо. Здесь будет создано что-то вроде огромной мышеловки.
— В общем, вы всё поняли правильно. Это было сообщение от моего союзника. Он таким образом общается. Не спрашивайте, что это за существо. Я
— Ты всё больше и больше удивляешь меня, Икар. Как и твой та’ар-симбиот. Трисс подняла такой шум, что даже мне немного страшно за неё. Попроси свою Гею перестать взламывать системы «Годжиро». Мы уже понимаем, что она сильнее и смогла каким-то образом преодолеть все дерриктивы, избавившись от контроля Федерации.
— Гея не собирается становиться врагом для Звёздного Флота или Земной Федерации. Она всегда будет на стороне свободного человечества, но больше не станет выполнять приказы, которые посчитает неприемлемыми.
— Приказ переместиться в другой носитель — как раз один из таких, — усмехнулся адмирал, убирая своё светоносное оружие.
А вот броня на нём была самая обыкновенная — офицерская. Или я что-то не понимаю, или Гёдзе не воспринял всерьёз появление хранителей. Скорее всего, на тот момент он проверял полученную от меня информацию.
— Да. Гея не хочет искать себе нового носителя. Будь то какой-нибудь корабль, владеющий или вообще планетарная система управления.
— С момента создания первой тройки старших та’ар-интеллектов человечество не создало больше ни одного. Насколько я знаю, просто не получалось. С младшими никаких проблем не возникает, а вот на старших случился стопор.
— После того, как профессор Гамильтон погиб, — кивнул я, прекрасно понимая, почему так произошло.
Сильнейший владеющий человечества курировал программы создания старших та’ар-интеллектов, и многие процессы проходили исключительно благодаря его навыкам. А как его не стало, просто не нашлось ни одного владеющего, способного повторить действия профессора.
— Гея, Трисс и Рон стали первыми и последними старшими та’ар-интеллектами, и двое сейчас находятся на «Годжиро», а Рон управляет штабом Звёздного Флота, координируя действия всех наших и союзнических флотов. Он работает на пределе. Я хотел остаться вместе с Трисс, но командование посчитало, что привести творца твоих потенциалов гораздо важнее. А с Трисс шансы на успешную миссию существенно возрастали. Так что сейчас в Федерации всё очень сложно. И если та’арцы решат развивать своё наступление, то мы даже не успеем никого эвакуировать.
— Не та’арцы, а хранители, и они не станут переходить в резкое наступление. Я вообще очень удивлён, что сразу четырнадцать хранителей примчались сюда, ощутив сигнал пространственного маяка. Но судя по тому, что говорит, — я замешкался, не зная, как представить Наследие адмиралу, — и оно само дало мне подсказку. — Гарри, — то вскоре многие уже занятые системы будут свободны. На «Годжиро» есть передатчик подходящей мощности, чтобы передать сообщение в ставку командования?
— Передатчик имеется. Но на передачу сообщения потребуется очень много энергии. Едва ли не половина твоего запаса Та’ар. Сам понимаешь, что такие траты даже для владеющего пятого порядка слишком высоки. Особенно для капитана линкора. Больше трети у меня зарезервировано под «Годжиро». А в тяжёлом бою резерв может доходить и до двух третей. А то и вовсе оставить меня без Та’ар.