Тайга: андроиды
Шрифт:
— Северное сияние? — Сибиряк удивленно смотрел в окно на зеленеющий вдалеке занавес aurora borealis. Услышав его голос, Ай Пи вышла из каморки.
— Это Аврора? — Сибиряк не отрывал глаз от протянутой по небу зеленой ленты. — И такая яркая. Не помню, чтобы видел северное сияние в это время года.
— Сейчас все меняется. Во многих частях света ученые отмечают аномальные явления, — заверила его Ай Пи.
— Тот случай, когда красота пугает, правда? — задумчиво спросил Сибиряк.
Андроид не ответила.
— Когда я жил в нашем
— Любое так называемое чудо можно объяснить с помощью науки, — заметила Ай Пи.
Сибиряк задумался.
— Наука — наше главное чудо. Она не отрицает божественной природы явлений, а лишь приоткрывает для нас их суть, будто говорит, что все так, как должно быть.
Они почувствовали едва ощутимый толчок.
— Землетрясение? — испугался Сибиряк.
Андроид поискала данные в своей системе.
— Отделение жилого блока, — констатировала она.
— Что-что?
Но Ай Пи не пришлось объяснять. Мимо них шествовала «избушка». Свет в окнах блока погашен, флаги во флагштоках свернуты, антенны и солнечные батареи на крыше аккуратно уложены. Шесть массивных стальных ног, шарнирами назад, несли блок в сторону северного сияния, вдаль по плато. Он куда-то переезжал, неспешно, плавно, как избушка на курьих ножках. Сибиряк улыбнулся этой мысли. Вокруг блока кружились дроны и квадрокоптеры. Все необходимое: мебель, техника, а также персонал — легко передвигалось с места на место. В точке назначения «избушка» соединится с другими блоками, шлюзы откроются и для людей начнется новый этап службы, до следующего переезда.
Все в этих местах было подчинено необходимости, люди здесь еще не пустили корни. Это будет потом, когда в Республике построят Новый мир, а сейчас все двигалось, перемещалось, разгонялось и замедлялось, но никогда не останавливалось.
Запах леса
В столовой было многолюдно. Длинная очередь стояла вдоль стойки с блюдами, протянувшейся от одной стены до другой. Судя по тому, как свободно военные общались между собой и как друг друга подкалывали, высокого командования здесь не было. На Сибиряка посматривали с любопытством — он единственный был в штатском.
Сибиряк нашел Носова в самом хвосте очереди.
— Доброе утро, — обрадовался капитан и протянул ему поднос.
Сибиряк продвигался вдоль стойки. Он уже много лет не видел такого изобилия: напечатанные на принтерах ягоды и фрукты с разных концов мира. В нынешние времена достать такие пищевые картриджи было невероятной роскошью. Он потянулся за клубникой, понюхал ягоду, прикрыл глаза.
— А вот, папайя. Попробуйте, — предложил Носов. — Ради нее я
— Я думал таких картриджей уже не существует, — сказал Сибиряк. Он выбирал фрукты. Хотелось взять всё, но было как-то неудобно. Он тянулся то за манго, то за тамарилло, схватил авокадо и тут же выложил его обратно. Очередь двигалась медленно, а Сибиряк все равно не успевал принять решение. Красное, зеленое, синее, желтое, разложенное рядами и горками. Запахи смешивались: сладкие, терпкие, дурманящие.
— Так кормят всех военных в России? — спросил Сибиряк.
— За всю страну не скажу, но на всех базах в Республике подают то же, что и у нас, — кивнул Носов.
Сибиряк поставил тяжелый поднос на обеденный стол. Две клубники скатились с тарелки.
— Вот это жизнь, — выдохнул он и принялся за творог.
Набив рот творогом с ягодами, Сибиряк оглядывался вокруг, и вдруг подумал, как разительно это место отличается от остального мира, будто он попал в параллельную реальность: здесь не было ни страха, ни паники, ни вездесущей обеспокоенности. Военные заняты своим делом, и, похоже, вполне удовлетворены. Сибиряку захотелось видеть Новый мир именно таким: организованным, надежным, сытым и уверенным в завтрашнем дне.
— Здесь почти нет женщин. — Сибиряк наконец наелся.
— Потому что здесь стройка. — Носов с удовольствием жевал дыню. — В других частях Республики много сельхозугодий. Фермы, поля, парники под стеклянными куполами. Там в основном работают женщины. И в госпиталях, — добавил он. — Два года назад я служил в Краснодарском крае во время эвакуации, и знаю, что говорю. В госпиталях медсестры прекрасны, как ангелы.
Сибиряк усмехнулся.
— Насколько я помню, в Краснодарском крае куда как теплее, много солнца и море рядом.
— От моря как раз нужно держаться подальше, — заметил капитан. — Здесь же в основном тяжелая техника, много авиации. Женщинам тут не очень интересно.
Носов принес две чашки чая и две белые пышные субстанции. Они были похожи на клубок тумана, который вот-вот растворится в воздухе.
— Искусственный модификатор с какими-то добавками, вроде витаминов. Заряжает на весь день. С утра мы обязаны съесть по одной штуке.
Сибиряк погрузил палец в белое облачко, осторожно приподнял его — оно было невесомым — и, смакуя, проглотил. Послевкусие напоминало карамель.
— Сегодня воскресенье, свободный день. Можем поехать посмотреть учения, — предложил капитан.
— Куда ехать? — спросил Сибиряк, оживившись. Ему хотелось поскорее воспользоваться правом на личный автомобиль. Второй день он в родных местах, но еще не был в тайге. Его тянуло в лес, к деревьям.
— Аэродром за плато. В общем чате пишут, что сегодня программисты тестируют новый камуфляж для авиации, — Носов листал ветку чата в наручном браслете.
— Увидимся на выходе через полчаса? — предложил Сибиряк.