Тайфун
Шрифт:
Катера без каких-либо опознавательных знаков, появившись с той же стороны, что и в предыдущий раз, вновь заходили кругами и зигзагами по акватории и наконец остановились примерно там, где произошли взрывы. Вполне возможно, американцы задействовали специальную аппаратуру, наподобие высокочувствительных радаров и магнитомеров, которые и позволили им выйти на то место, где затонули обломки взорванных катеров.
Даже издалека на их палубе можно было различить людей с аквалангами и в гидрокостюмах. Плюхнувшись в волны, они один за другим пошли на погружение.
– Та-а-к… – наблюдая за катерами, многозначительно протянул Сливченко. –
– Не каркай! – с хмурым видом проворчал Крёмин. – Надеюсь, что эти две лоханки раскидало так, что ни одна собака на дне ничего найти не сможет.
– Чепуха! Не так-то просто разыскать что-то нужное на большой глубине, где света, считай, уже ноль, – совершенно спокойно, словно наблюдал за чем-то, его совершенно не касающимся, откликнулся Матвеев. – А глубина там наверняка метров сто пятьдесят, не меньше. Даже если они в аквалангах и дойдут до дна, то потом на декомпрессию потратят уймищу времени. Скорее всего, с полчаса поваландаются и смоются. Не думаю, что они так рьяно будут искать утопших пиратов, рискуя заработать кессонку.
Его предположение оправдалось еще раньше – всего минут через пятнадцать аквалангисты показались на поверхности и начали взбираться на борт катеров. Еще через некоторое время оба судна, вспенив воду винтами, убрались восвояси. Собрав добычу в свои камуфляжные куртки, морпехи, не мешкая, вернулись к зарослям. Все уже были на ногах. Свалив лежаки в одну кучу, чтобы нельзя было определить, что это за хлам, парни окунулись в прибрежной воде, после чего, рассевшись на камнях, приступили к завтраку. Сухие пайки, взятые с пиратских катеров, было решено оставить про запас.
– Эх, блин! – вскрывая мидию, вздохнул Лукинов. – Опять дары моря… На том острове хоть что-то похожее на хлеб имелось. Когда ж я наконец поем свои любимые макароны по-флотски?
– Ты ж их терпеть не мог! – фыркнул Маленький, с аппетитом уминая мидию за мидией.
– Вот! Тогда – терпеть не мог. А теперь, можно сказать, безумно обожаю… – Борька стукнул себя в грудь кулаком.
– Да, на том острове и еда посытнее, и народ гостеприимный… – мечтательно причмокнул Дедкин. – Жаль, теперь туда уже не на чем возвращаться. Командир, а у нас в планах не предусмотрена приватизация плавсредств американцев? Выбираться-то отсюда на чем-то надо!
– Да, скорее всего, что-нибудь стоящее у теперешних хозяев острова позаимствовать придется… – задумчиво проговорил Александр. – Но это потом. В первую очередь мы обязаны выяснить, чем здесь занимаются эти господа. Ну, а по возможности каким-то образом попробуем внести в их деятельность и свои коррективы, если это нацелено против России. Сейчас вот закончим с едой, ликвидируем следы своего пребывания, после чего разобьемся по трое-четверо и пойдем обследовать остров. Я так понял, главный объект укрыт на этой горе. А может, и внутри горы – это мы проверим. Наверх пока не суйтесь – вдруг там ловушки или системы сигнализации? Обшариваем только окрестности. Сбор через два часа на этом самом месте.
…Тщательно собрав пустые раковины и закопав их в яме, вырытой ножами, морпехи распределились по группам. По общему согласию решили идти теми же составами, что и на Матта-ии-бау, с той разницей, что теперь в группе Матвеева прибавился Алтынов, а в группе Крё-мина – Маленький. Спрятав под грудой валежника «Манлихеры», разведчики
Впрочем, с учетом того, что день был в самом разгаре, в разы повышались требования к умению маскироваться и вести разведку предельно скрытно. Пожелав всем удачи, Александр направился чуть наискосок на подъем, придерживаясь юго-восточного направления, чтобы далее свернуть на восток. Продравшись со своей командой через высоченные, плотные кусты, он увидел пусть и густую, но вполне проходимую пальмовую рощу, разросшуюся на относительно покатом склоне.
Над ними кружились стаи пернатой мелочи, напоминающей то ли раскрашенных воробьев, то ли гибрид попугая с ласточкой. Какое-то мелкое животное, наподобие хомяка, кинулось наутек.
– Эх, жаркое побежало! – шепотом воскликнул Злыднев. – Мя-я-я-со… – облизнувшись, добавил он.
– Вернемся, куплю барана и сделаю целый котел плова… – тоже шепотом сообщил Ринат.
– Отставить разговоры про еду! – сердито скомандовал шепотом Александр. – Тоже мне, гурманы выискались. Думаете, мы бы с Максом отказались от хорошего жаркого? Все, хватит об этом!..
В полном молчании, где – ускоренным шагом, где – легкой пробежкой, они продвигались вдоль подошвы горы, напряженно вслушиваясь в доносящиеся до них звуки тропического леса. Однако ничего подозрительного уловить не удалось. Форсировав низину, поросшую все тем же вездесущим кустарником, разведчики оказались в густом лесу, где преобладали широколистные пандан и лумбанг с примесью акации коа. Впрочем, здесь нашлось и нечто другое, куда более радующее глаз – деревья, скрывающие в своей кроне продолговатые красные с желтизной «сливы» размером с хороший кулак. Под самим деревом, чем-то отдаленно напоминающим яблоню, валялось множество уже догнивающих остатков «слив», расклеванных птицами и обглоданных зверьками, а также масса голых семенных косточек величиной с грецкий орех.
Все четверо остановились, с вожделением глядя на неведомую благодать, впрочем, совершенно непонятную по своей пригодности в пищу.
– Может, съесть для пробы? – глотая набегающую слюну, предложил Злыднев. – Вдруг не ядовитое?
– А вдруг съешь, и как у волка из «Ну, погоди!» хобот вырастет?.. – хохотнул Алтынов и вразрез с только что сказанным плотоядно причмокнул.
– Вот темнота-то! – хлопнув себя по лбу, рассмеялся Александр. – Да это же манго, ребята! Тропический фрукт, очень вкусный и полезный. Недаром, я смотрю, птицы да грызуны тут хорошо попаслись…
Подпрыгнув, он сорвал с дерева видневшуюся меж листьев «сливу» и, зажмурившись от удовольствия, впился зубами в сочную, сладкую мякоть с пряным, чуть терпковатым запахом.
– Что, и в самом деле можно?.. – обходя дерево, то ли спрашивал, то ли сам себя убеждал Ринат.
– Да можно, можно! – махнув рукой, уверенно сказал Матвеев. – Я манго когда-то в магазине во Владике видел. Только там они были желтовато-зеленые. Они же разных сортов, как яблоки и груши…
Четверть часа спустя они вновь двинулись вдоль основания горы, к которой с южной стороны примыкал высоченный пологий с боков и при этом изрезанный расщелинами и изобилующий каменными выступами длинный, поросший лесом, зубчатый холм.