Тавриз туманный
Шрифт:
Гости выстроились в две шеренги и, по обычаю, сложив на груди руки, отвешивали принцу глубокие поклоны. Он любезно кивал в ответ, а тем, кому хотел выразить особое расположение, пожимал руки. Познакомившись с Фриксоном и его женой, он подошел ко мне, ласково улыбаясь пожал мне руку и указал на свою даму.
– Княжна Осипова*.
______________ * Княжна Осипова принадлежала к царской фамилии, была сестрой великого князя, убившего Распутина.
Я поклонился и представил Нину. Гости снова почувствовали себя свободно. Женщины, оживленно беседуя, расхаживали по залу, мужчины разбились на
Кто мог поверить, что в самый разгар мировой войны княжна Осипова решится покинуть Петроград и приехать в Иран, который в любую минуту мог стать театром военных действий? И что ей тут было делать? Этот прием выдавать шпионов за известных аристократов был не нов.
Отведя Нину в сторону, княжна долго беседовала с ней, а я вместе с Фриксоном, его женой и мисс Ганной ходил по залу. Мохаммед-Гасан-Мирзу занимали русский и английский консулы. Они не отходили от него ни на шаг. Несомненно, они вели с ним дипломатические разговоры, убеждали его, что их правительства хотят видеть Иран независимой державой и будут всячески помогать ему и защищать его. Может быть, их беседа продолжалась бы еще долго, но, попрощавшись с Ниной, княжна подошла к Мохаммед-Гасан-Мирзе и взяла его под руку.
Ровно в полночь гостей пригласили к столу. Княжна и принц сели на почетном месте. Справа от них поместился английский консул, слева - русский.
Первый бокал был поднят за здоровье Мохаммед-Гасан-Мирзы и княжны Осиповой. Хозяин снова и снова лицемерно повторял то, что всем присутствующим давно уже надоело слушать, говорили о свободе и независимости Ирана, в то время как в стране не осталось ни одной неоккупированной деревни, о славе и величии шахиншаха, власть которого была сведена на нет.
Мы с Ниной сидели в стороне и все время наблюдали за наследным принцем, сделавшимся игрушкой в искусных руках европейских дипломатов. Мисс Ганна сидела напротив нас. Она внимательно следила за мной и за Ниной, все время стараясь определить, какие между нами отношения.
В три часа ночи наследник престола попрощался с консулами, но прежде чем направиться к выходу, подошел ко мне.
– Я не знал, что ваша жена европейка. Княжне она очень понравилась. Прошу вас вместе пожаловать к нам. Княжна здесь одинока, ей тоскливо. Она наша гостья, нужно ее развлечь. Мы ждем вас.
Княжна в свою очередь пожала мне руку и похвалила Нину:
– Ваша супруга - замечательная женщина. Поздравляю вас с таким удачным выбором.
КНЯЖНА ОСИПОВА
Революционный комитет был обеспокоен тем, что, избавившись от Емельянова, наследный принц оказался под надзором княжны Осиповой. Я был убежден, что он попадет под ее влияние. Каджары были падки на женщин, и Мохаммед-Гасан-Мирза не составлял исключения. Еще до его приезда в Тавриз, целая толпа его возлюбленных прибыла в город. Можно было не сомневаться, что княжна сделает гораздо больше, чем все шпионы русского консульства вместе взятые.
Удивительнее всего было то, что не прошло и месяца со дня удаления Емельянова, как во дворце появилась эта женщина. Как попала она
Я решил спросить об этом у Нины, ведь на новогоднем банкете у царского консула она долго беседовала с мнимой княжной.
После возвращения с банкета она не разговаривала со мной, даже Меджида не подпускала ко мне. Единственное, на что она могла обидеться, это на близкие отношения с мисс Ганной, о чем у нее зародились подозрения, едва только она заметила, как та изменилась в лице, увидев нас вместе.
Тем не менее, когда я позвал ее, она тут же пришла, правда с Меджидом. Нина держала себя так, будто мы недавно познакомились. Войдя, она сухо поздоровалась, уселась в стороне, поправила воротничок Меджида и стала гладить его волосы.
Я хотел нарушить воцарившееся неловкое молчание, но вопрос мой был явно неуместным:
– Тебе нездоровилось?
– Больных навещают, чтобы справиться о здоровье. Первый раз вижу, чтобы для этого больного вызывали. На это способен только ты, никто другой.
Она волновалась. Голос ее прерывался. Помолчав немного и, видимо, успокоившись, она спросила:
– Кто была та девушка?
– Какая?
– Девушка, с которой ты меня познакомил на новогоднем банкете у консула. И почему она приревновала тебя ко мне, когда услышала мое имя? Почему ее бросило в дрожь? Почему она так часто менялась в лице?
– Странно. Разве ты не знаешь ее? Разве я не говорил тебе о ней?
– Нет! Не говорил!
Мне не оставалось ничего другого, как рассказать подробности моего знакомства с мисс Ганной, о ее услугах Революционному комитету. Я напомнил Нине, что сведения, которые она сама принесла нам о Ганне, помогли своевременно отослать ее из Тавриза и спасти от ареста. Нина заинтересовалась моим повествованием и стала даже проявлять любопытство. Я рассказал, как Рафи-заде обманул ее и повел в цыганский притон, как мы спасли ее оттуда и организовали убийство Махмуд-хана, почему Рафи-заде скрылся из Тавриза. Не забыл я и его возвращения в качестве шпиона, и списка революционеров, составленного им, и как мисс Ганна помогла нам казнить его.
Нина почувствовала облегчение. Лицо ее засияло, словно она скинула с плеч тяжелую ношу, изнурявшую ее. Она встала и крепко обняла меня:
– Как я, счастлива. Герой, которого женщины ищут в романах, сидит передо мной.
– Она приблизила свои губы к моим, но Меджид вклинился между нами и прильнул своими маленькими сочными губками ко рту Нины.
Нина загорелась желанием повидать мисс Ганну и подружиться с ней. Я обещал ей это, хотя понимал, что не так просто подготовить к встрече мисс Ганну, погасить в ней огонь ревности.
Окончательно успокоившись, Нина начала трогательно заботиться обо мне и Меджиде, а я ни о чем другом и не мечтал. Она подзадоривала мальчика задавать мне вопросы, ей нравилось, когда мы беседовали.
В это время вошла Тахмина-ханум. Увидев, что Нина задержалась у меня, она испугалась, что мы поссорились. Найдя нас в хорошем настроении, добрая женщина заплакала от радости. Меджид не мог спокойно видеть ее слезы, вскочил с места и подбежал к ней.
– Мама, почему ты плачешь? Я же не больной!
– и повис на шее Тахмины-ханум.