Таша
Шрифт:
Вика тут же подтвердила мои слова, откинув копну белоснежных волос назад, за спину.
— А что тут может быть сложного? Да и секс с Дмитриевым мне никогда не нравился…
Я подавилась глотком горячего свежезаваренного кофе так сильно, что из глаз брызнули слёзы.
Викуля похлопала мне по спине с таким видом, будто делает неимоверное одолжение.
— Что ты сказала? — Просипела я, вытирая слёзы одноразовыми салфетками.
— Что трахается он неважно.
— Вика! Тебе
— Ой, да ладно, — Отмахнулась от меня мелкая зараза, словно от мухи. — Это ты, вечно шарахалась от парней, будто те чумные, дожидаясь своего гориллу…
— Я бы тебя попросила так не говорить больше о Руслане, — процедила сквозь зубы, начиная злиться.
— Заметь, я даже не сказала, о ком речь, — хмыкнула сестра, но тут же убрала улыбку подальше, взглянув на меня. — Ладно, попробую сдерживаться, только не сверли своими глазищами моё бренное тело. Кстати, ставлю сто баксов, что твой Русик здорово трахается…
— ВИКТОРИЯ!!!
Блондинка лишь расхохоталась, совсем не испугавшись моего бешенства.
— Я это к тому, — снисходительно улыбнулась девушка, пробравшаяся в тело моей сестры, словно инопланетная гадость в героя фильма «Веном», — что ты не затягивай с постельной сценой, а то будет, как со Стасиком…
— А что не так было «со Стасиком»? — Меня пробрало от нехорошего предчувствия, как только Вика вспомнила о моём бывшем ухажере, имевшем место быть более года назад.
— А то! Станиславу было скучно с тобой… пришлось мне взрослеть…
Вика уже вышла из кухни, прихватив апельсин в свою комнату, а я продолжала стоять посреди комнаты, будто громом поражённая.
«Нет… мне не было жаль разорванных отношений с мужчиной, который в один прекрасный день стал мне выговаривать, что ему недостаточно поцелуев и невинных прикосновений. Но то, что он тронул мою пятнадцатилетнюю сестру»!?!
— Сука… — чашка полетела в стену в тот момент, когда из комнаты младшенькой послышалась заводная клубная музыка, которая заглушила приступ ярости.
Мне казалось, если бы Стасик сейчас, внезапно так, появился на моей кухне, я бы его убила! Вот честное слово!!!
В кармане халата завибрировал телефон, и я вздрогнула от неожиданности, приходя в себя.
— Да.
— Ташик, привет.
— Привет, Воропаева.
— Что-то случилось? Больно голос у тебя убитый.
— Меня догнало прошлое. Не бери в голову. Ты что-то хотела, — ответила я немного грубо, всё никак не отойдя от признания Вики.
— Прости, если помешала, — притихли на другом конце связи, и я поняла, что Лера обиделась. — Просто так звоню… хотела в киношку пригласить.
— Это ты меня прости, Лерочка. Я с удовольствием пойду с тобой куда угодно…
— Что?
«Ой! Я это вслух сказала»?!
— Мысли вслух, — тут же призналась в очевидном. — А что за кино?
Лерка по-девчоночьи захихикала:
— Ещё не знаю. Я так по тебе соскучилась, что мне это не важно! С тобой будет круто даже на кошмариках!
— Ой, нет. С современными возможностями кинематографа… думаю, мокрые штаны — это не слишком весело.
Леркин смех, как бальзам, излечил все мои раны, вызванные предательством сестры, которую я с детства воспринимала самой родной… частью себя.
В дверь позвонили.
— Лер, у меня гости. Давай так: купи билеты на любой фильм, только не ужасы, с меня попкорн и кафешка. Окей?
— Супер. Давай! Часа через три я к тебе прилечу.
— На чём это?
— На байке своём. Ты же не думаешь, что у «принцессы» стритрейсеров, которой меня величают уже лет пять как, нет своего байка?
— Ммм… — от одного воспоминания езды с Ящеровым, завистливо застонала. — Здорово. Тогда бери билеты побыстрее и лети ко мне, — я посмотрела в дверной глазок, и тут же запищала от счастья, — Воропаева! Отмена! Бери на ночной сеанс, у меня родители приехали!
— Всё с тобой ясно, — я чувствовала, как подруга улыбается на расстоянии. — Только предупреждаю, что ночные сеансы — это двести процентов плюс восемнадцать… если не хуже…
Бормотания Воропаевой рассмешили.
— Не боись! Приставать не буду.
— Тююю… — внезапно поменялся сам тембр девушки. — Как это «не буду»?! Я только на это и рассчитываю, зая. Ночной сеанс, ты, я и плюс восемнадцать… возьму билеты на задние ряды…
Я застыла с вытянутой рукой, так и не коснувшись замка.
— Лера?
— Витя? Ты что-то хотел? — Немного приглушился голос Воропаевой. Видимо, подруга повернула голову к ещё одному свидетелю нашего разговора. — А где твоя подружка, которую ты вчера на улице подцепил? Что? Неважно… я так спросила… чтобы лишний раз получить подтверждение, что кружки после тебя нужно ставить в посудомоечную машинку на девяносто градусов…
Отношения Леры и этого самого Вити были, как минимум, странными. Так хотелось, в конце концов, сесть с Леркой и поговорить. Узнать, что с ней произошло за эти года, пока мы не виделись. Она сильно изменилась, но всё равно оставалась такой же близкой, как раньше. Кому скажешь, что Лера намного роднее Вики — не поверят!
— Леруся, мне прям так интересно, кто такой этот твой Витя…
— Рррр…расскажу — начала грозно кудрявая танцовщица, а закончила томно, — всё… при встрече… чао, сладкий…