Тарси
Шрифт:
– Бочкин, материал есть. В подвале вчера тощего закрыли. Пойдем, поспрошаем.
– Ага, - радостно оживился Бочкин.
Разбирательства четверки служителей Долгу был совсем короткие. Они выволокли тощего вертлявого типа, закоченевшего до синевы и дрожи во всех членах. Недолго думая они повели его к тайнику с рацией. Тайник оказался в силовой будке под вышкой сотовой связи на территории накопителя. Антенна была выведена непосредственно на мачту вышки, а сама рация оказалась стационарной милицейской Моторолой, возможно
– Слышь, болезный. Когда у тебя сеанс связи с твоим Пистоном?
У тощего тряслись руки и звонко клацали зубы, даже на теплом весеннем солнце он еще не успел согреться.
– В десять должен был быть. Но мы его пропустили. Еще резервный сеанс связи в тринадцать часов, а потом только в шестнадцать. Есть еще вечером в двадцать два ноль- ноль, но это бесполезно, они тогда уже все пьяные или под кайфом.
– А вне установленного времени ты с ним сможешь связаться?
– Такого не было, но у них дежурный связист есть, он всегда на связи.
– Что ты во время последнего сеанса связи им передавал?
– Про дагов передал, про то, как большой караван в Вологодскую область отправили, про поселение в Талдомском районе на базе со складом мобрезерва.
– Вот, сука, - Попов влепил тощему такую затрещину, что тот чуть не упал.
– Так, - спокойно сказал Иваницкий.
– Сейчас ты свяжешься с вашим дежурным и вытащишь этого Пистона сюда.
Тощий скорчил страдающую рожу:
– Так не ездит он сам. У него Сулико и Куропатка есть. Они все время к нам наведываются.
– Во, погоняла! Ты вообще в курсе, кого так по ту сторону колючки называют?
– спросил у тощего Попов.
– Знаю конечно. Только у них теперь банда своя. Крупная и хорошо вооруженная. Да и воюют они сильно. Крыша у них серьезная. Вроде как и государственная как-бы. Их в отряд из сидельцев обиженных специально отбирали.
– Песец! Теперь у нас еще отряд боевых петухов выискался, на службе государевой, - глумливо заметил Петров и опять дико заливисто заржал.
Его не поддержали.
Иваницкий вполне серьезно сказал тощему:
– Сейчас ты выходишь на связь с торпедно-петушиным отрядом. Просишь пригасить лично Пистона. Потом сообщаешь ему, что был бой с дагами. Всех убили. А в бараке нашли тонну золота и бриллиантов. И завтра утром собираются все это богатство вывозить с колонной военных. Понял меня. Тощий с готовностью закивал головой.
Ему оказали всяческую помощь. Кирильцев самолично одел наушники на голову тощего и перевернул один из наушников наружу, что бы лучше было слышно.
Тощий нудно и долго вызывал связного. Наконец из динамика донесся недовольный заплетающийся и икающий голос.
Тощий перевал разухабистую трель недовольного дежурного связиста:
– Пистона срочно позови к аппарату.
–
– Если сейчас товар уйдет, а Пистон его упустит, то я все стрелки на тебя переведу.
Динамик взорвался выбросом угроз и проклятий, но все же связной позвал Пистона.
Из динамика затрещал грубый неприятный голос:
– Ты че меня дергаешь? Если фуфел какой, то я тебя на козлодерню отправлю! Всосал?
– Пистон, у нас тут бойня была. Помнишь, про догов я передавал.
– Ну.
– Так их всех красные перебили.
– Туда им и дорога, а звал то зачем.
– Пистон, ту такой расклад получается. Черные с собой общак ихний везли. Брюлики и рыжуху. Очень...
– Стой!
Дальше раздался уже приглушенный голос. Пистон убрал микрофон от лица и орал благим матом:
– А ну съеб... отсюда все. Мухой бля. Куропатка, у двери станешь. Кто подойдет - сразу в башку стреляй.
Из динамика донеслись звуки понятной суматохи. Наконец они снова услышали голос Пистона:
– Говори теперь.
– Пистон, тут рыжухи видимо-невидимо. И цацки, и монеты, и посуда всякая. Завтра утром колонна придет. Все забрать должны.
– А раньше чего на связь не выходили?
– Так возможности не было. У нас после боя с дагами, военный режим ввели. Носа на улицу не высунуть.
– А ты чего прилагаешь?
– Подогреться можно. Все добро в ангаре пока оставили, где даги были. Там стенку подломить можно. А внутри охрана из местных. Они хоть и вооружены, но измотаны. Мы недавно проверяли - спят они на посту. Их по-тихому взять можно. Прибыло усиление, но они территорию охраняют и периметр снаружи. Сейчас Горыныч с татарами на месте все готовит. Только не справиться нам самим, человек десять-пятнадцать еще нужно.
– Ты чего это, прошмандовка вокзальная, с товаром слинять хотел?
– Нет, что ты. Мы же так, со всем уважением. Ну не по нашему рылу такой навар.
– То-то же. Жди меня через полтора часа на стоянке возле остановки автобусной. Понял?
– Да. Буду ждать.
На этом сеанс связи закончился.
– Ну, вот и славненько, - Иваницкий похлопал тощего по плечу.
– Вы всегда на остановке встречаетесь?
– спросил у тощего Кирильцев.
– Никогда. Это первый раз будет.
– Это, не спроста. Они явно там фишку держат.
– А вот в этом нам и нужно успеть разобраться. Ты знаешь, откуда они поедут?
– Да. Мы были у них на базе несколько раз.
– Сколько туда ехать?
– Километров десять-пятнадцать.
– Так, это максимум от двадцати до тридцати минут хода. Значит, выезжать он будут в лучшем случае минут за сорок до встречи. Хотя наверняка опоздают. Я такую братию хорошо знаю.
– Ты предлагаешь их по дороге взять?
– спросил Бочкин.