Тарси
Шрифт:
И судя по всему, пока единственный кто может взять меня под свою защиту - Ледяная Глыба Джамбо! При одном только воспоминании о хмуром, неэмоциональном воине по телу прошла дрожь. Ну, уж нет! Проще уйти в монастырь и попросить защиты у какого-нибудь местного божества. Если, конечно, такие здесь водятся...
Эх, уж лучше бы я действительно в люк с людскими фекалиями провалилась. Парочку дней бы полежала в ванне, отмокая в парфюмерных средствах, глядишь и смыла бы с себя все неприятности.
Задумчиво обвожу глазами торговую площадь. Где бы прикупить путеводитель по этому дурацкому миру?
– Пирожки с картошкой!
– пошла на второй круг по площади торговка. Эх, была, не была! Помирать, так хоть на сытый желудок!
Быстренько поспрашивав у прохожих, где находиться ближайший ломбард, захожу в нужную лавочку и без зазрения кладу на стойку кольцо из личных запасов принцессы.
Продавец, мужчина предпенсионного возраста, скептически осмотрел сначала на меня, потом кольцо, потом еще раз меня.
– Да украла, украла!
– честно сознаюсь.
Не знаю, что оценил мужичок - наглость или честность. Но кольцо перекочевало под прилавок, а передо мной на стойку легло пять монет, с невнятным изображением толи толстой птицы, толи страшной женщины, толи недокормленного дракона...
Хотя щекастая торговка, приняла их не обратив никакого внимания на некачественную чеканку. Достаточно удобно пристроившись на ближайшем заборе, я глотала свежие пирожки почти не жуя и радовалась жизни.
Опираясь на богатый опыт авторов разного рода бессцелеров, в таких ситуациях главный герой должен либо предаваться горьким слезам или взять себя в руки и пойти громить врагов. Памятуя на опыт или фантазию все тех же авторов, в главном герое должна еще проснуться неведомая сила при помощи которой он завоюет весь мир и докажет... Собственно что и кому должен доказывать герой тема скользкая и абстрактная.
Стряхнув крошки, я задумчиво повертела руками перед глазами.
– Сим-салабим? Ахалай-махалай?
Ничего!
В руках фаервол не возник, земля не дрогнула, еще один пирожок к моему глубочайшему сожалению не появился.
Погрешив, что это не та магия, я поднапрягла память и выдала:
– Экспектрум патронус!
Олени, выдры и другие призраки материализоваться из тумана не желали.
– Ну что там еще осталось?
– чешу затылок.
– По щучьему велению, по моему хотению...
В этот раз вселенная дала мне знак, тупо подвергнув меня атаки птичьими экскрементами.
– Стоило сразу понять, что этому миру на меня насра..
– Привет! Я присяду?
Повернув голову, я встретилась с мудрыми лошадиными глазами.
– Эээ... А у тебя получиться?
– недоверчиво разглядываю непарнокопытное.
– А че не получится?
Перекладина, на которой я совершенно не по-королевски восседала, заметно покачнулась. Повернувшись, я увидела рядом улыбающегося мальчугана лет десяти.
– Я - Тимка, - представился мальчуган, моментально покоряя мое сердце своей детской непосредственностью и двумя замечательными ямочками на щеках.
– А она, - озорно махнул длинными рукавами в сторону лошади он, - Неудачница.
– Да мы с тобой подруги!
– салютую лошадке, с философским видом, ощипывающей кустик полыни, и опять поворачиваюсь к мальчугану: - И как же лошадь умудрилась попасть на черную полосу?
– Что?
– Спрашиваю, почему она неудачница?
– Пятый день пытаюсь продать - никто не берет!
– Тогда может и не надо такую красавицу продавать?
– Надо, - не согласился мальчик.
– Сестра замуж собралась, приданное нужно собрать, а денег нету... Вот Неудачницу и продаем...
Совершенно другими глазами смотрю на лошадку.
У Аськи в детстве жил бульдог. Иногда родители в качестве профилактики отправляли собаку гулять вместе с нами. С чем руководствовались родители, отправляя двух хрупких девчонок с пятидесятикилограммовым кобелем, загадка и по сей день.
Собака нас не то, что не слушалась. Он игнорировал любую нашу команду, тянул за собой в кусты и подбирал всякую гадость с земли. Помню, почти год искренне верила, что бульдога зовут: 'Иди сюда, скотина!', пока однажды папы Аськи, встречающий нас поздно вечером не назвал его - Цезарь.
Придя домой и, рассказав о неожиданном открытии отцу, я получила в подарок книгу: 'Мы и братья наши меньшие'. Вообще, папа любил дарить книги. Вероятно, он полагал, что не имеет смысла тратить время, напрягать язык и извилины и тратить кучу слов, если это сделал кто-то другой. Ведь более полезно можно провести свободное время на диване перед телеком.
Ту книгу я все-таки прочитала, не потому что была послушной девочкой, а потому что написана она была очень просто и интересно. К тому там были роскошные картинки!
К несчастью, в свое время мне так и не удалось применить навыки дрессировки, описанные автором. Цезарь оказался все-таки скотиной и, рванув на прогулке за симпатичной болонкой, домой больше не вернулся. Но теперь, глядя на симпатичную лошадку, где-то в глубинах души просыпался один из братьев Запашных.
– Она смирная?
– толкаю мальчишку в бок.